Оля

Девушка возникла в жизни Петруччо внезапно. Он пришел в отдел сборки родного гипермаркета ругаться, что движущиеся полки поставили без колесиков и они ездят больше по нервам, чем по полу. И тут он увидел ее. Единственная и неповторимая, изготовленная судьбой исключительно в виде тестовой модели, она стояла на стремянке с дрелью в руке и пила сок из пакета, который только что на глазах у Чимоданова просверлила этой самой дрелью. На ее бежевом брезентовом жилете помещался целый арсенал: молоток, скотч и пистолет, стреляющий железными скрепками. Чимоданов взглянул на нее и почувствовал, что в сердце ему вонзился гвоздь. – Брось мне сок, женщина! – велел он. Девушка насмешливо взглянула на Чимоданова и выполнила просьбу буквально: сбросила со стремянки сок, заливший его с ног до головы. – Женщина, ты ослепла?! Я хотел пить, а не мыться! – взвыл Петруччо. – Учу бесплатно! Пить – это так: наливаешь и глотаешь. При этом не забываешь дышать! – Девушка спрыгнула со стремянки и оказалась рядом с Чимодановым. Маленькая, ниже его ростом, но решительно-задорная. Лицо круглое, глаза круглые, волосы темные и жесткие, нос похож на кнопку звонка. Коня на скаку останавливать не будет, но скотчем обмотает и упакует наилучшим образом. На груди у девушки – обычный магазинный бейджик салатового цвета с надписью «Вам помогает ОЛЬГА». Буква «О» несколько исправлена маркером – имеет уши, рот и глазки. Сердце Чимоданова незримо задумалось, по кабелю связалось с мозгом, сверило ощущения и лопнуло от любви.

— Гвоздик. — Где гвоздик? — Ты гвоздик. Люди бывают двух типов: одни после пожара ходят и причитают: «Вот здесь шкаф стоял, здесь диван...», а другие найдут гвоздик и радуются: «Новый дом будем строить!»

Еще ты снишься мне как море кораблю, Еще друг другу мы с тобой нужны как воздух, Но почему-то все слабей и глуше отзвук От первого «Люблю!»

Мне не нужны переживания, мне нужен живой человек рядом.

Все, абсолютно все (даже дети) утопают в серости, начиная от лиц, заканчивая мелочными глупыми душонками, проданными денежному богу. Они не видят ничего, кроме собственных суетных проблем, ничего кроме собственных псевдо-величия и псевдо-важноси, псевдо-нужности. Это они построили эти уродливые серые дома, залили зеленые луга серым асфальтом, создали машины, зловонно выпускающие из себя серый дым и...создали себе подобных. Научили их своей до боли пошлой жизненной мечте и дали им зеленый свет на перекрестке в жизнь: школа, ВУЗ, работа, семья, дети, погибшая мечта, непройденный путь....

— А я думала, что ты испугаешься и не придёшь. — Что касается секса, то меня может испугать только его отсутствие!

— Ты принадлежишь мне, я победил в играх! — Вы странный человек. Ну разве это так важно, что вы победили? — Я твой начальник. Ты не должна мне возражать. Моя воля — закон. — Вы просто больны и не понимаете, какую чушь несете. Я люблю другого человека. Вы его видели. — Этого пигмея? Разве он победил всех, как я? Разве он начальник, как я? — А я люблю его! И значит он лучше всех!

Сильная женщина — это, по-моему, патология...

— Нет, я не опущу перед тобой глаз, проклятый Коршун! — вдруг крикнула она. — Я не боюсь тебя, потому что презираю! Я знаю, что ложь никогда не убьет правду! А правда на моей стороне.

— Ваше Величество! — Что? — Ковырять в носу неприлично! — Королю всё прилично!

— По-твоему, жизнь это только танцы? — Нет, конечно. Но если ты не станцуешь свой собственный танец, то кто его станцует за тебя?

— А знаешь, почему я с ним, а не с тобой? Я с ним, потому что он так захотел и сделал всё ради этого. А что сделал ты, когда я уехала?

Бабушка продавала бруснику в банке, и в этом была такая щедрость природы – скопление щедрости, множественно сквозь стекло. Бабушка притоптывала и сметала снег пуховой варежкой, тёплой пуховой варежкой, с множественными тонкими волосками из какого-то тёплого животного, которое теперь греет руки людям. Если бабушка умрёт, то её внучка получит наследство – щедрые отрезы ситца и плюша, россыпи семейных фотографий, и эти варежки с запахом бабушки, и какой-нибудь фартук с пятнами брусники. С красивыми пятнами идеального красного цвета, с пятнами витаминов из ягоды.

Читать – очень интересное занятие, а никакое не занудство! Каждая книга – как целый мир, и когда читаешь, можно представить себя на месте любого из героев, придумать, как они выглядят, да и вообще узнать о стольких вещах...

Я шла по улице, и вокруг меня была щедрость. Щедро сыпал снег, и его структура была совершеннее любого ювелирного украшения. Я щедро давила эти кристаллические решётки, и они громко рушились. А сверху падали новые, щедро прикрывали черноту улицы.

Родной мой, что же это за любовь, если она боится жертв? Нет такой любви, милый, а если и есть, то, по-моему, и не любовь это вовсе.