58 цитат из книги «Генри Миллер. Сексус»

Собрали 58 цитат из книги «Генри Миллер. Сексус» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Полная и безоговорочная капитуляция перед женщиной, которую полюбил, разрывает все узы, освобождает от всех цепей, остается только одно: страх потерять ее, а это-то и может оказаться самой тяжкой цепью из всех возможных.

   Полная и безоговорочная капитуляция перед женщиной, которую полюбил, разрывает все узы, освобождает от всех цепей, остается только одно: страх потерять ее, а это-то и может оказаться самой тяжкой цепью из всех возможных.
2. «

   Мной владеет любовь, с какой я еще никогда не встречался, – любовь, засасывающая в прорву, любовь, захватывающая целиком, до кончиков ногтей и грязи под ними, – а руки мои все шарят, все цепляются, все хватают, но стискивают только пустоту.

   Мной владеет любовь, с какой я еще никогда не встречался, – любовь, засасывающая в прорву, любовь, захватывающая целиком, до кончиков ногтей и грязи под ними, – а руки мои все шарят, все цепляются, все хватают, но стискивают только пустоту.
3. «

   Не будет ни плохого, ни страшного, ни злого, если мы отпустим себя. Но людям трудно в это поверить.

   Не будет ни плохого, ни страшного, ни злого, если мы отпустим себя. Но людям трудно в это поверить.
4. «

   От женщины я хочу, чтобы она сама шла ко мне. Хочу, чтобы она начинала. И не страшно, если женщина ведет себя слишком смело. Чем отчаяннее она предлагает себя, тем больше я восхищаюсь ею. Ненавижу девственниц. La femme fatale — вот мой идеал.

   От женщины я хочу, чтобы она сама шла ко мне. Хочу, чтобы она начинала. И не страшно, если женщина ведет себя слишком смело. Чем отчаяннее она предлагает себя, тем больше я восхищаюсь ею. Ненавижу девственниц. La femme fatale — вот мой идеал.
5. «

   Открытая, всеобщая демонстрация радости вызывает у некоторых людей чувство неловкости; она кажется им нескромной или немного неприличной.

   Открытая, всеобщая демонстрация радости вызывает у некоторых людей чувство неловкости; она кажется им нескромной или немного неприличной.
6. «

   Теперь, когда я насмотрелся на мир, я не стану ни на что жаловаться. Я на всё согласен, только бы не стоять снова под дождём на обочине, не зная, куда идти.

   Теперь, когда я насмотрелся на мир, я не стану ни на что жаловаться. Я на всё согласен, только бы не стоять снова под дождём на обочине, не зная, куда идти.
7. «

   Если понаблюдать за каждым, выследить, схватить, сунуть под перекрестный допрос, припереть к стенке, заставить признаться, мы бы все, откровенно говоря, очутились бы в тюрьме. И самыми отъявленными преступниками, говорю вам, оказались бы судьи, министры, народные избранники, духовенство, педагоги, деятели благотворительных организаций.

   Если понаблюдать за каждым, выследить, схватить, сунуть под перекрестный допрос, припереть к стенке, заставить признаться, мы бы все, откровенно говоря, очутились бы в тюрьме. И самыми отъявленными преступниками, говорю вам, оказались бы судьи, министры, народные избранники, духовенство, педагоги, деятели благотворительных организаций.
8. «

   Кажется, что единственное загадочное явление, наблюдаемое в жизни некоторых людей — это постоянное затмение.

   Кажется, что единственное загадочное явление, наблюдаемое в жизни некоторых людей — это постоянное затмение.
9. «

   В один прекрасный день ты обнаружишь, что у тебя осталась только одна проблема – ты сам.

   В один прекрасный день ты обнаружишь, что у тебя осталась только одна проблема – ты сам.
10. «

    Все мы виноваты в преступлении, в великом преступлении не жить полной жизнью. Но потенциально все мы свободны. Можно не думать о том, что нам не удалось, и делать всё, что нам по силам.

    Все мы виноваты в преступлении, в великом преступлении не жить полной жизнью. Но потенциально все мы свободны. Можно не думать о том, что нам не удалось, и делать всё, что нам по силам.
11. «

    Подлинную реальность вы постигаете лишь тогда, когда сидите один-одинешенек в туалете и делаете кака.

    Подлинную реальность вы постигаете лишь тогда, когда сидите один-одинешенек в туалете и делаете кака.
12. «

    С той самой минуты, когда вы просыпаетесь утром, и до того момента, когда вечером отправляетесь спать, вы живете среди вранья, позора и надувательства. Все это знают и все участвуют в том, чтобы это продолжалось вечно. Вот почему мы так косимся один на другого. Вот откуда так легко берутся войны, погромы, крестовые походы против пороков и прочие милые штучки. Всегда легче врезать кому-нибудь по морде, чем посторониться и уступить, потому что все мы просим, чтобы нам дали и чтоб дано это было как полагается, а не так, чтобы потом вернуть. Если бы мы еще верили в Бога, мы бы сделали из него Бога Мщения. И со всей душой уступили бы ему честь приводить все в порядок. А нам уж слишком поздно претендовать на участие в уборке. Мы в дерьме по самые уши. И не надо нам нового мира, мы и в старом как-нибудь дотянем.

    С той самой минуты, когда вы просыпаетесь утром, и до того момента, когда вечером отправляетесь спать, вы живете среди вранья, позора и надувательства. Все это знают и все участвуют в том, чтобы это продолжалось вечно. Вот почему мы так косимся один на другого. Вот откуда так легко берутся войны, погромы, крестовые походы против пороков и прочие милые штучки. Всегда легче врезать кому-нибудь по морде, чем посторониться и уступить, потому что все мы просим, чтобы нам дали и чтоб дано это было как полагается, а не так, чтобы потом вернуть. Если бы мы еще верили в Бога, мы бы сделали из него Бога Мщения. И со всей душой уступили бы ему честь приводить все в порядок. А нам уж слишком поздно претендовать на участие в уборке. Мы в дерьме по самые уши. И не надо нам нового мира, мы и в старом как-нибудь дотянем.
13. «

    Любой из нас, если он отречется от суеты, если он будет беспощадно честен с самим собой, способен выразить самую проникновенную правду. Все мы – ветви одного ствола. Нет ничего таинственного в происхождении вещей. Все мы – часть сотворенного, все мы – короли, все мы – поэты, все – музыканты. Надо только открыть и выпустить на волю то, что заключено в тебе с самого начала.

    Любой из нас, если он отречется от суеты, если он будет беспощадно честен с самим собой, способен выразить самую проникновенную правду. Все мы – ветви одного ствола. Нет ничего таинственного в происхождении вещей. Все мы – часть сотворенного, все мы – короли, все мы – поэты, все – музыканты. Надо только открыть и выпустить на волю то, что заключено в тебе с самого начала.
14. «

    Люди, творящие жизнь, люди, бывшие сами по себе жизнью, мало едят, мало спят и собственности у них мало или нет вообще.

    Люди, творящие жизнь, люди, бывшие сами по себе жизнью, мало едят, мало спят и собственности у них мало или нет вообще.
15. «

    Каких необыкновенных результатов может добиться одна — единственная капля, упавшая с пениса в нужное место!

    Каких необыкновенных результатов может добиться одна — единственная капля, упавшая с пениса в нужное место!
16. «

    Наслаждение красивой мыслью не сравнимо с радостью ее выражения. На самом деле практически невозможно удержаться от выражения идей. Мы только инструменты в руках более мощной силы. Мы создаем с чьего-то разрешения, по чьей-то доброте душевной. Никто не создает только от себя в одиночку. Художник — прибор, регистрирующий нечто уже существующее, нечто, что принадлежит всему миру, и если он художник в действительности, он обязан это нечто миру вернуть.

    Наслаждение красивой мыслью не сравнимо с радостью ее выражения. На самом деле практически невозможно удержаться от выражения идей. Мы только инструменты в руках более мощной силы. Мы создаем с чьего-то разрешения, по чьей-то доброте душевной. Никто не создает только от себя в одиночку. Художник — прибор, регистрирующий нечто уже существующее, нечто, что принадлежит всему миру, и если он художник в действительности, он обязан это нечто миру вернуть.
17. «

    В истории человеческой любви все мы застряли еще на первой главе. Даже здесь, в царстве личного, наблюдается скудный, дешевенький ассортимент. Наберется ли хотя бы десяток героев и героинь любви, чтобы следовать их высокому примеру? Учебники переполнены именами великих королей и императоров, государственных мужей, полководцев, всевозможных художников, ученых, изобретателей, открывателей – а где же великие любовники?

    В истории человеческой любви все мы застряли еще на первой главе. Даже здесь, в царстве личного, наблюдается скудный, дешевенький ассортимент. Наберется ли хотя бы десяток героев и героинь любви, чтобы следовать их высокому примеру? Учебники переполнены именами великих королей и императоров, государственных мужей, полководцев, всевозможных художников, ученых, изобретателей, открывателей – а где же великие любовники?
18. «

    Для гения самое важное – не превратиться в приносящего пользу.

    Для гения самое важное – не превратиться в приносящего пользу.
19. «

    ... реальность — сплошное блядство и дурость.

    ... реальность — сплошное блядство и дурость.
20. «

    Говорят, что самые сексуальные люди на земле – это психи.

    Говорят, что самые сексуальные люди на земле – это психи.