11 цитат из книги «Генрих и Ксения Корн. Сексуальная магия: эротические истории, исполняющие желания» для статуса

Ниже 11 цитат из книги «Генрих и Ксения Корн. Сексуальная магия: эротические истории, исполняющие желания»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Самое трудное — это решиться. Найти в себе смелость и хотя бы раз в жизни просто позволить быть тому, что тебе действительно хочется. Сказать: «Да, я хочу этого — и плевать на всех». В конце концов, если уж ты пришёл в этот мир жить, то живи, а не притворяйся, что живёшь.

   Самое трудное — это решиться. Найти в себе смелость и хотя бы раз в жизни просто позволить быть тому, что тебе действительно хочется. Сказать: «Да, я хочу этого — и плевать на всех». В конце концов, если уж ты пришёл в этот мир жить, то живи, а не притворяйся, что живёшь.
2. «

   Выходные мы просидели в интернете. Тоже как всегда. Как-то в ленте мне встретился пост с цитатой Уоррена Баффетта: «Шанс выпадает очень редко, но ты должен быть готов к нему всегда. Когда с неба польётся золото, у тебя должно быть ведро, а не напёрсток». — Большинству людей шанс не выпадает никогда, — откомментил я это с раздражением. Порой очень хочется вылить свою желчь в мир, кинуть горькую правду, как камень, всем на головы. Становится полегче. Маленькое утешение для маленьких людей. Возможно, комменты для этого и выдуманы. Иначе маленькие люди выйдут на улицы, соберутся в большие толпы, легко и ужасно сделают очередную бессмысленную революцию.

   Выходные мы просидели в интернете. Тоже как всегда. Как-то в ленте мне встретился пост с цитатой Уоррена Баффетта: «Шанс выпадает очень редко, но ты должен быть готов к нему всегда. Когда с неба польётся золото, у тебя должно быть ведро, а не напёрсток». — Большинству людей шанс не выпадает никогда, — откомментил я это с раздражением. Порой очень хочется вылить свою желчь в мир, кинуть горькую правду, как камень, всем на головы. Становится полегче. Маленькое утешение для маленьких людей. Возможно, комменты для этого и выдуманы. Иначе маленькие люди выйдут на улицы, соберутся в большие толпы, легко и ужасно сделают очередную бессмысленную революцию.
3. «

   — А как же ханжи, которые ненавидят секс в принципе, и сами всех осуждают за малейшее проявление сексуальности? Или, наоборот, всякие там извращенцы, которые не боятся осуждения, но именно их сексуальная жизнь вызывает страх и отвращение? Или же сволочи, которые сначала добиваются от тебя желаемого в сексе, а потом сами же тебя и осуждают? Меня вот такие люди окружают! — В каждом ханже живёт тайный извращенец. В каждом извращенце живёт тайный ханжа. По сути, это одни и те же люди, которые сначала очень сильно терпят, а потом, не вытерпев, уже не в силах остановиться. Всё равно ими движет страх перед сексом: как ханжа боится впасть в секс, извращенец боится выпасть из секса, а сволочь боится и того, и другого. А бывает просто ребячество: как дети побалуются спичками, а потом сваливают вину друг на друга. Секс — взрослая вещь и потому требует взрослого интеллекта.

   — А как же ханжи, которые ненавидят секс в принципе, и сами всех осуждают за малейшее проявление сексуальности? Или, наоборот, всякие там извращенцы, которые не боятся осуждения, но именно их сексуальная жизнь вызывает страх и отвращение? Или же сволочи, которые сначала добиваются от тебя желаемого в сексе, а потом сами же тебя и осуждают? Меня вот такие люди окружают! — В каждом ханже живёт тайный извращенец. В каждом извращенце живёт тайный ханжа. По сути, это одни и те же люди, которые сначала очень сильно терпят, а потом, не вытерпев, уже не в силах остановиться. Всё равно ими движет страх перед сексом: как ханжа боится впасть в секс, извращенец боится выпасть из секса, а сволочь боится и того, и другого. А бывает просто ребячество: как дети побалуются спичками, а потом сваливают вину друг на друга. Секс — взрослая вещь и потому требует взрослого интеллекта.
4. «

   Всякая мысль похожа на семя. И воистину так – что посеешь, то и пожнёшь. А твоя жизнь – это поле, на котором ты работаешь каждый день, а ночью о нём же видишь сны. На том поле нет ничего не твоего, ничего, чего бы ты не хотел, хоть и неосознанно, точно во сне, в глубине себя, или чему не позволял бы быть. Там всё – твоё, так или иначе, вольно или поневоле. Потому что ты – это твои мысли.

   Всякая мысль похожа на семя. И воистину так – что посеешь, то и пожнёшь. А твоя жизнь – это поле, на котором ты работаешь каждый день, а ночью о нём же видишь сны. На том поле нет ничего не твоего, ничего, чего бы ты не хотел, хоть и неосознанно, точно во сне, в глубине себя, или чему не позволял бы быть. Там всё – твоё, так или иначе, вольно или поневоле. Потому что ты – это твои мысли.
5. «

   Не ты в мире, а ты — мир. Что такое жизнь человека? Это счастливый билет, один единственный шанс на миллион. Сколько сперматозоидов стремилось к яйцеклетке, чтобы ты мог появиться здесь? И только один победил. Это ты. Ты победил. Твоя победа абсолютна и пересмотру не подлежит. И теперь дело за малым — распорядись своей жизнью, как победитель, а не проигравший. И для начала не забывай никогда о своей победе, живи с мыслью о ней. И ты очень скоро увидишь, что твоя жизнь — радостная и счастливая. Потому что только такая и может быть у победителей.

   Не ты в мире, а ты — мир. Что такое жизнь человека? Это счастливый билет, один единственный шанс на миллион. Сколько сперматозоидов стремилось к яйцеклетке, чтобы ты мог появиться здесь? И только один победил. Это ты. Ты победил. Твоя победа абсолютна и пересмотру не подлежит. И теперь дело за малым — распорядись своей жизнью, как победитель, а не проигравший. И для начала не забывай никогда о своей победе, живи с мыслью о ней. И ты очень скоро увидишь, что твоя жизнь — радостная и счастливая. Потому что только такая и может быть у победителей.
6. «

   Человек несвободен изначально. Его жизнь определяет то, на что он никак повлиять не может. Он не выбирает ни время своего рождения, ни его место. Не выбирает семью, в которой рождается. И никто не спрашивает его, хочет ли он родиться вообще. Всё это он принимает как есть — как данность, как инструкцию к применению, в которой задано направление и вычерчены границы его жизни. Редко кто решается переступить через них. Кто решается — рискует всем: он становится изгоем, и его может покарать породившая его стая. Но только так человек способен обрести свободу.

   Человек несвободен изначально. Его жизнь определяет то, на что он никак повлиять не может. Он не выбирает ни время своего рождения, ни его место. Не выбирает семью, в которой рождается. И никто не спрашивает его, хочет ли он родиться вообще. Всё это он принимает как есть — как данность, как инструкцию к применению, в которой задано направление и вычерчены границы его жизни. Редко кто решается переступить через них. Кто решается — рискует всем: он становится изгоем, и его может покарать породившая его стая. Но только так человек способен обрести свободу.
7. «

   Я вспоминаю свою прошлую жизнь так, словно она была скучным сном в долгую ноябрьскую ночь: за окном шумит бесконечно-нудный дождь, и ты под этот монотонный звук спишь, спишь, спишь… И тебе снятся не то обрывки ушедших дней, не то причудливые тени непрожитого. Мне кажется, что где-то есть далёкие миры, в которых живут своей жизнью все варианты твоей судьбы — того, что ты когда-либо мог прожить, но не прожил. Выбирая один путь, ты отсекаешь другие — и их миллиарды в каждом мгновении жизненного потока, именуемого тобой «я».

   Я вспоминаю свою прошлую жизнь так, словно она была скучным сном в долгую ноябрьскую ночь: за окном шумит бесконечно-нудный дождь, и ты под этот монотонный звук спишь, спишь, спишь… И тебе снятся не то обрывки ушедших дней, не то причудливые тени непрожитого. Мне кажется, что где-то есть далёкие миры, в которых живут своей жизнью все варианты твоей судьбы — того, что ты когда-либо мог прожить, но не прожил. Выбирая один путь, ты отсекаешь другие — и их миллиарды в каждом мгновении жизненного потока, именуемого тобой «я».
8. «

   Я была несчастлива не потому, что не имела нормального заработка в своей жизни, не потому, что у меня не было мужчины, — деньги приходят к тебе, если ты не сидишь сложа руки, мужчины тоже приходят, если ты пока ещё молода и хороша собой. Но есть нечто, действующее не извне, а изнутри тебя. Это особое состояние души — оно либо твой самый лучший друг, какой выручит из любой напасти, либо твой наихудший враг, какой только и ждёт, чтобы в очередной раз выбросить тебя за борт в бушующее море. Я была несчастлива потому, что не любила свою жизнь, себя в ней, весь мой мир, в котором несвобода, несчастье, неблагополучие — как норма. Живи и страдай, ибо вот: жизнь и есть страдание сама по себе, ярмо, которое нужно пронести до конца. А там, на небесах, всё будет хорошо. Если только Господь не упечёт тебя в ад за твои земные грешки.

   Я была несчастлива не потому, что не имела нормального заработка в своей жизни, не потому, что у меня не было мужчины, — деньги приходят к тебе, если ты не сидишь сложа руки, мужчины тоже приходят, если ты пока ещё молода и хороша собой. Но есть нечто, действующее не извне, а изнутри тебя. Это особое состояние души — оно либо твой самый лучший друг, какой выручит из любой напасти, либо твой наихудший враг, какой только и ждёт, чтобы в очередной раз выбросить тебя за борт в бушующее море. Я была несчастлива потому, что не любила свою жизнь, себя в ней, весь мой мир, в котором несвобода, несчастье, неблагополучие — как норма. Живи и страдай, ибо вот: жизнь и есть страдание сама по себе, ярмо, которое нужно пронести до конца. А там, на небесах, всё будет хорошо. Если только Господь не упечёт тебя в ад за твои земные грешки.
9. «

   Мне вспомнился мой первый парень. Школьная любовь. Когда дело дошло до секса, он испугался. Мужчины стыдятся показать своё тело больше, чем женщины. Женщины скорее кокетничают. Играют. Странная игра самок. Он хочет, а она нет. Ему интересно, а ей нет. Ему невмоготу, а ей всё равно. Нет, на самом деле не всё равно. Ей тоже интересно, и она тоже хочет. Меня же прямо распирало от любопытства: как там у него чего. Ага, вот так. И всё, отвела взгляд. Хотя мне хотелось смотреть и смотреть. И потом — с другими парнями — хотелось того же. Но я всегда отводила взгляд. Это словно хотеть пить, но при возможности не утолить жажду даже глотком.

   Мне вспомнился мой первый парень. Школьная любовь. Когда дело дошло до секса, он испугался. Мужчины стыдятся показать своё тело больше, чем женщины. Женщины скорее кокетничают. Играют. Странная игра самок. Он хочет, а она нет. Ему интересно, а ей нет. Ему невмоготу, а ей всё равно. Нет, на самом деле не всё равно. Ей тоже интересно, и она тоже хочет. Меня же прямо распирало от любопытства: как там у него чего. Ага, вот так. И всё, отвела взгляд. Хотя мне хотелось смотреть и смотреть. И потом — с другими парнями — хотелось того же. Но я всегда отводила взгляд. Это словно хотеть пить, но при возможности не утолить жажду даже глотком.
10. «

    Жизнь — это что-то таинственное, как и сон, сказка, волшебство, и мы совершенно не знаем, кто мы такие и что с нами вообще происходит. Магия пропитывает всё, и тайнам нет ни начала, ни конца, тайна прямо сейчас смотрит твоими глазами на этот мир. Просто кто-то настолько ко всему привык, что не задумывается над этим, или не хочет, или не может. Однако тайна от этого не перестаёт быть тайной, а магия — магией.

    Жизнь — это что-то таинственное, как и сон, сказка, волшебство, и мы совершенно не знаем, кто мы такие и что с нами вообще происходит. Магия пропитывает всё, и тайнам нет ни начала, ни конца, тайна прямо сейчас смотрит твоими глазами на этот мир. Просто кто-то настолько ко всему привык, что не задумывается над этим, или не хочет, или не может. Однако тайна от этого не перестаёт быть тайной, а магия — магией.
11. «

    Один человек сказал: «Я не берегу себя — ни для кого, ни от кого; с мужиком, которому плохо и одиноко, выпью вина; с женщиной, которой плохо и одиноко, разделю ложе. Мне не жалко себя ни для чужой печали, ни для чужой радости; с плачущим — поплачу, с веселящимся — повеселюсь… Прожигаю жизнь? Пусть и так. Я не берегу себя. Я горю и не закрываю себя от чужого горения». Собственно — да, жизнь сама по себе и есть горение. Сгорание. Кто-то сгорает медленно: пугливо, робко и незаметно. Кто-то сопротивляется — борется с огнём, цепляется за свою плоть, чадя едким дымом, словно тяжёлые, сырые поленья. Долго и мучительно. Кто-то похож на сентябрьский мусорный костерок, когда жгут высохшую траву, опавшие листья, подгнившие на влажной земле, и прочий тлен, оставшийся после лета, — он то вспыхивает, то тухнет в порывах ветра. А кто-то горит быстро и ярко: как дрова в камине, трещит весело и уютно, — смотри на него и тебе приятно, душа радуется, а если и грустит, то тоже как-то хорошо.

    Один человек сказал: «Я не берегу себя — ни для кого, ни от кого; с мужиком, которому плохо и одиноко, выпью вина; с женщиной, которой плохо и одиноко, разделю ложе. Мне не жалко себя ни для чужой печали, ни для чужой радости; с плачущим — поплачу, с веселящимся — повеселюсь… Прожигаю жизнь? Пусть и так. Я не берегу себя. Я горю и не закрываю себя от чужого горения». Собственно — да, жизнь сама по себе и есть горение. Сгорание. Кто-то сгорает медленно: пугливо, робко и незаметно. Кто-то сопротивляется — борется с огнём, цепляется за свою плоть, чадя едким дымом, словно тяжёлые, сырые поленья. Долго и мучительно. Кто-то похож на сентябрьский мусорный костерок, когда жгут высохшую траву, опавшие листья, подгнившие на влажной земле, и прочий тлен, оставшийся после лета, — он то вспыхивает, то тухнет в порывах ветра. А кто-то горит быстро и ярко: как дрова в камине, трещит весело и уютно, — смотри на него и тебе приятно, душа радуется, а если и грустит, то тоже как-то хорошо.