32 цитаты из книги «Генрик Сенкевич. Камо грядеши», которые стоит перечитать

32 цитаты из книги «Генрик Сенкевич. Камо грядеши» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Пока глаза того, кто тебе мил, не откроются свету истины, до тех пор, дитя, ты избегай его, дабы он не ввёл тебя во грех, но молись за него и знай, что в любви твоей нет вины.

   Пока глаза того, кто тебе мил, не откроются свету истины, до тех пор, дитя, ты избегай его, дабы он не ввёл тебя во грех, но молись за него и знай, что в любви твоей нет вины.

   — Апостол Пётр · книга
2. «

   И в эту минуту оба чувствовали себя бесконечно счастливыми, сознавая, что кроме любви их соединяет ещё иная сила, сила добрая и неодолимая, благодаря которой сама любовь становится чем-то неиссякаемым, неподвластным перемене, разочарованию измене и даже смерти. В сердцах у обоих жила уверенность, что при любых превратностях они не перестанут любить и принадлежать друг другу. И эта уверенность наполняла их несказанным спокойствием.

   И в эту минуту оба чувствовали себя бесконечно счастливыми, сознавая, что кроме любви их соединяет ещё иная сила, сила добрая и неодолимая, благодаря которой сама любовь становится чем-то неиссякаемым, неподвластным перемене, разочарованию измене и даже смерти. В сердцах у обоих жила уверенность, что при любых превратностях они не перестанут любить и принадлежать друг другу. И эта уверенность наполняла их несказанным спокойствием.
3. «

   Кто выходит чистым из обиталища порока, того заслуга ценнее.

   Кто выходит чистым из обиталища порока, того заслуга ценнее.

   — Помпония · книга
4. «

   У тебя любовь изменила обоняние, ты вербне стал предпочитать фиалки, а во мне она изменила душу, и я при всей моей порочности предпочитаю, чтобы Лигия была такой, как она есть, чем чтобы она походила на других.

   У тебя любовь изменила обоняние, ты вербне стал предпочитать фиалки, а во мне она изменила душу, и я при всей моей порочности предпочитаю, чтобы Лигия была такой, как она есть, чем чтобы она походила на других.

   — Виниций · книга
5. «

   Эрос вывел мир из хаоса. Хорошо ли он поступил, это другой вопрос, но раз уж так случилось, мы должны признать его могущество, хотя можем и не благословлять его.

   Эрос вывел мир из хаоса. Хорошо ли он поступил, это другой вопрос, но раз уж так случилось, мы должны признать его могущество, хотя можем и не благословлять его.
6. «

   Некоторые вещи в мире прекрасны, но люди по большей части так ничтожны, что жалеть о жизни не стоит. Кто умел жить, должен уметь умереть.

   Некоторые вещи в мире прекрасны, но люди по большей части так ничтожны, что жалеть о жизни не стоит. Кто умел жить, должен уметь умереть.

   — Петроний · книга
7. «

   Ты не прав, Марк Виттилий, я верю в красоту! Вот единственная богиня, которой я поклоняюсь. И наиболее ценю в ней то, что она не бессмертна, преходяща и тленна. У нее есть лишь краткое мгновение, и поэтому Красота спешит отдать все самое лучшее здесь и сейчас, не ожидая выгоды или более достойных зрителей. Краткая вспышка, которая остается в памяти навсегда!

   Ты не прав, Марк Виттилий, я верю в красоту! Вот единственная богиня, которой я поклоняюсь. И наиболее ценю в ней то, что она не бессмертна, преходяща и тленна. У нее есть лишь краткое мгновение, и поэтому Красота спешит отдать все самое лучшее здесь и сейчас, не ожидая выгоды или более достойных зрителей. Краткая вспышка, которая остается в памяти навсегда!

   — Петроний · книга
8. «

   Пусть весь мир и жизнь погрязнут в зле, одно благо пребудет вечно — молодость!

   Пусть весь мир и жизнь погрязнут в зле, одно благо пребудет вечно — молодость!

   — Петроний · книга
9. «

   Вчера была теплая ночь, и я видел, как звезды сыпались градом.

   Вчера была теплая ночь, и я видел, как звезды сыпались градом.
10. «

    Почитать Христа недостаточно, надо еще жить согласно его учению, и тут оказываешься как бы на берегу моря, которое тебе велят перейти пешком. <...> И скажу тебе так: я не знаю, как устраиваются христиане, чтобы существовать, но знаю одно: где начинается их учение, там кончается римское владычество, кончается Рим, кончается жизнь, различие между побежденным и победителем, богатым и бедным, господином и рабом, кончается всякая власть, кончается император, закон и весь миропорядок, и вместо всего этого приходит Христос и какое-то милосердие, какого до сих пор не было, и какая-то доброта, несвойственная людям и чуждая нашим римским склонностям.

    Почитать Христа недостаточно, надо еще жить согласно его учению, и тут оказываешься как бы на берегу моря, которое тебе велят перейти пешком. <...> И скажу тебе так: я не знаю, как устраиваются христиане, чтобы существовать, но знаю одно: где начинается их учение, там кончается римское владычество, кончается Рим, кончается жизнь, различие между побежденным и победителем, богатым и бедным, господином и рабом, кончается всякая власть, кончается император, закон и весь миропорядок, и вместо всего этого приходит Христос и какое-то милосердие, какого до сих пор не было, и какая-то доброта, несвойственная людям и чуждая нашим римским склонностям.

    — Виниций · книга
11. «

    Праздная жизнь претила ему, а все, составлявшее прежде смысл жизни, либо полностью для него перестало существовать, либо виделось чем-то бесконечно ничтожным. Словно в душе его перерезали струны, соединявшие его с жизнью, а новых не натянули.

    Праздная жизнь претила ему, а все, составлявшее прежде смысл жизни, либо полностью для него перестало существовать, либо виделось чем-то бесконечно ничтожным. Словно в душе его перерезали струны, соединявшие его с жизнью, а новых не натянули.

    — Виниций · книга
12. «

    Кто любит красоту, по одной этой причине неспособен любить безобразие.

    Кто любит красоту, по одной этой причине неспособен любить безобразие.

    — Петроний · книга
13. «

    Почему сводничество в наши времена куда доходнее, чем добродетель?

    Почему сводничество в наши времена куда доходнее, чем добродетель?

    — Хилон Хилонид · книга
14. «

    Беседа его была подобна солнечному лучу, освещающему то один, то другой предмет, либо летнему ветерку, колеблющему цветы в саду.

    Беседа его была подобна солнечному лучу, освещающему то один, то другой предмет, либо летнему ветерку, колеблющему цветы в саду.
15. «

    Хочу, чтобы вот эти мои руки, которые сейчас обнимают только воздух, могли обнять ее и прижать к груди. Хочу дышать ее дыханием. Хочу иметь ее у себя в моем доме до тех пор, пока голова моя не побелеет, как вершина Соракта зимою.

    Хочу, чтобы вот эти мои руки, которые сейчас обнимают только воздух, могли обнять ее и прижать к груди. Хочу дышать ее дыханием. Хочу иметь ее у себя в моем доме до тех пор, пока голова моя не побелеет, как вершина Соракта зимою.
16. «

    ... Под нарядным платьем часто скрываются глубокие раны.

    ... Под нарядным платьем часто скрываются глубокие раны.
17. «

    Шутовской хоровод будет нестись и дальше под предводительством Нерона, а коль Нерон сгинет, найдется второй такой же или еще худший, ибо при таком народе и таких патрициях нет никакой надежды, что найдется лучший. Будет новая оргия, и, наверно, еще более мерзкая и безобразная.

    Шутовской хоровод будет нестись и дальше под предводительством Нерона, а коль Нерон сгинет, найдется второй такой же или еще худший, ибо при таком народе и таких патрициях нет никакой надежды, что найдется лучший. Будет новая оргия, и, наверно, еще более мерзкая и безобразная.

    — Петроний · книга
18. «

    Агенобарда можно порицать, но при условии, чтобы в малом порицании заключалась большая лесть.

    Агенобарда можно порицать, но при условии, чтобы в малом порицании заключалась большая лесть.

    — Петроний · книга
19. «

    Счастье всегда там, где человек его видит.

    Счастье всегда там, где человек его видит.
20. «

    Десять тысяч обнаженных девушек производят меньшее впечатление, чем одна.

    Десять тысяч обнаженных девушек производят меньшее впечатление, чем одна.

    — Петроний · книга