195 цитат из книги «Джордж Мартин, Джордж Р.Р. Мартин. Игра престолов» — от иронии до философии

Ниже 195 цитат из книги «Джордж Мартин, Джордж Р.Р. Мартин. Игра престолов»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Всякого карлика можно считать бастардом, но бастарду не обязательно быть карликом!

   Всякого карлика можно считать бастардом, но бастарду не обязательно быть карликом!

   — Тирион Ланнистер · книга
2. «

   Погляди-ка на своего кхала и увидишь, чего стоит жизнь, когда ушло всё остальное.

   Погляди-ка на своего кхала и увидишь, чего стоит жизнь, когда ушло всё остальное.

   — Мирри Маз Дуур · книга
3. «

   Усидеть на троне в тысячу раз труднее, чем завоевать его.

   Усидеть на троне в тысячу раз труднее, чем завоевать его.

   — Роберт Баратеон · книга
4. «

   — В настоящий момент мне трудно представить себе человека, в чьем обществе я нуждался бы меньше, чем в вашем. — Вы не правы. Хорошенько подумав, вы, бесспорно, найдете еще несколько имен. Скажем, Вариса, или Серсеи, или самого Роберта.

   — В настоящий момент мне трудно представить себе человека, в чьем обществе я нуждался бы меньше, чем в вашем. — Вы не правы. Хорошенько подумав, вы, бесспорно, найдете еще несколько имен. Скажем, Вариса, или Серсеи, или самого Роберта.
5. «

   Роберт был не из тех, кто оставляет поле боя, пока враг стоит на ногах.

   Роберт был не из тех, кто оставляет поле боя, пока враг стоит на ногах.
6. «

   Ты родилась долгим летом, моя милая, ты не знала ничего другого, но теперь воистину зима близко. Вспомни герб нашего дома, Арья.

   Ты родилась долгим летом, моя милая, ты не знала ничего другого, но теперь воистину зима близко. Вспомни герб нашего дома, Арья.
7. «

   Надо знать людей, которые следуют за тобой. — Она слыхала, как он говорил эти слова Роббу. — И пусть они знают тебя. Нельзя требовать, чтобы люди отдавали свою жизнь ради незнакомца.

   Надо знать людей, которые следуют за тобой. — Она слыхала, как он говорил эти слова Роббу. — И пусть они знают тебя. Нельзя требовать, чтобы люди отдавали свою жизнь ради незнакомца.
8. «

   — И к утру я уже влюбился. — Ты? — В голосе Бронна звучало удивление. — Невероятно, правда ли? — Тирион снова начал насвистывать. — Более того, я женился на ней, — наконец признался он. — Ланнистер с Бобрового утеса взял в жены дочь мелкого землевладельца? — спросил Бронн. — И как тебе это удалось? — О, ты даже не знаешь, что может соорудить мальчишка с помощью лжи, пятидесяти сребреников и пьяного септона. Я не смел привести свою невесту домой на Бобровый утес и поэтому устроил ее в собственном домике, и две недели мы с ней играли в мужа и жену. Потом септон протрезвел и признался во всем моему лорду-отцу. Тирион удивился той грусти, которую он все еще ощущал даже по прошествии стольких лет. Наверное, он очень устал. — Тут и пришел конец моему браку. — Тирион сел и, моргая, уставился в огонь умирающего костра.

   — И к утру я уже влюбился. — Ты? — В голосе Бронна звучало удивление. — Невероятно, правда ли? — Тирион снова начал насвистывать. — Более того, я женился на ней, — наконец признался он. — Ланнистер с Бобрового утеса взял в жены дочь мелкого землевладельца? — спросил Бронн. — И как тебе это удалось? — О, ты даже не знаешь, что может соорудить мальчишка с помощью лжи, пятидесяти сребреников и пьяного септона. Я не смел привести свою невесту домой на Бобровый утес и поэтому устроил ее в собственном домике, и две недели мы с ней играли в мужа и жену. Потом септон протрезвел и признался во всем моему лорду-отцу. Тирион удивился той грусти, которую он все еще ощущал даже по прошествии стольких лет. Наверное, он очень устал. — Тут и пришел конец моему браку. — Тирион сел и, моргая, уставился в огонь умирающего костра.
9. «

   Бран, любивший смеяться, лазать, мечтавший о рыцарстве. Все теперь пропало, она никогда не услышит его смеха. С рыданиями она высвободила свою руку и прикрыла уши, чтобы не слышать этого жуткого воя. — Пусть они умолкнут, — всхлипнула ока. — Я не могу терпеть этого, пусть они умолкнут, угомони их, убей их всех, если иначе нельзя, но пусть они умолкнут. Она не помнила, как упала на пол, но, очнувшись, ощутила, как Робб поднимает ее своими сильными руками. — Не бойся, мать. Они не причинят Брану вреда. — Он подвел ее к узкой постели в уголке комнаты и сказал: — Закрой глаза, отдохни. Мейстер Лювин говорил, что ты почти не спала после падения Брана. — Я не могу заснуть, — пробормотала Кейтилин сквозь слезы. — Пусть простят меня боги, Робб, я не могу заснуть. Что будет, если он умрет, когда я засну, что будет, если он умрет, что будет, если он умрет… — Волки все еще выли. Вскрикнув, она вновь прикрыла уши. — О боги, закрой же окно!

   Бран, любивший смеяться, лазать, мечтавший о рыцарстве. Все теперь пропало, она никогда не услышит его смеха. С рыданиями она высвободила свою руку и прикрыла уши, чтобы не слышать этого жуткого воя. — Пусть они умолкнут, — всхлипнула ока. — Я не могу терпеть этого, пусть они умолкнут, угомони их, убей их всех, если иначе нельзя, но пусть они умолкнут. Она не помнила, как упала на пол, но, очнувшись, ощутила, как Робб поднимает ее своими сильными руками. — Не бойся, мать. Они не причинят Брану вреда. — Он подвел ее к узкой постели в уголке комнаты и сказал: — Закрой глаза, отдохни. Мейстер Лювин говорил, что ты почти не спала после падения Брана. — Я не могу заснуть, — пробормотала Кейтилин сквозь слезы. — Пусть простят меня боги, Робб, я не могу заснуть. Что будет, если он умрет, когда я засну, что будет, если он умрет, что будет, если он умрет… — Волки все еще выли. Вскрикнув, она вновь прикрыла уши. — О боги, закрой же окно!
10. «

    — В бою всегда следуй за рослым. — А почему так? — Из них получается великолепная цель. А уж этот притянет к себе внимание каждого лучника. — Признаюсь, я никогда не воспринимал его в таком свете.

    — В бою всегда следуй за рослым. — А почему так? — Из них получается великолепная цель. А уж этот притянет к себе внимание каждого лучника. — Признаюсь, я никогда не воспринимал его в таком свете.

    — Бронн · книга
11. «

    Если переправляться в панцире через быструю реку на грубом плоту, когда враг ждёт тебя на другом берегу, — это отвага, то он готов считать себя трусом. Интересно, а ощущал ли лорд Бракс свою доблесть, когда тяжесть стали увлекала его в чёрные воды?

    Если переправляться в панцире через быструю реку на грубом плоту, когда враг ждёт тебя на другом берегу, — это отвага, то он готов считать себя трусом. Интересно, а ощущал ли лорд Бракс свою доблесть, когда тяжесть стали увлекала его в чёрные воды?

    — Тирион Ланнистер · книга
12. «

    В том, что ты боишься, нет позора. Главное, как мы встречаем свой страх.

    В том, что ты боишься, нет позора. Главное, как мы встречаем свой страх.

    — Эддард Старк · книга
13. «

    Однажды эти лорды увидят в тебе своего сюзерена. И если я отправлю тебя сейчас домой — словно ребёнка в постель без ужина, — они запомнят это и только посмеются за своими кубками. А потом придёт тот день, когда потребуется тебе, чтобы они уважали или даже боялись тебя. Но смех убивает страх.

    Однажды эти лорды увидят в тебе своего сюзерена. И если я отправлю тебя сейчас домой — словно ребёнка в постель без ужина, — они запомнят это и только посмеются за своими кубками. А потом придёт тот день, когда потребуется тебе, чтобы они уважали или даже боялись тебя. Но смех убивает страх.

    — Кейтилин Старк · книга
14. «

    Если друзья могут стать врагами, то и враги способны превратиться в друзей.

    Если друзья могут стать врагами, то и враги способны превратиться в друзей.

    — Серсея Ланнистер · книга
15. «

    — Когда судьба приводит тебя в постель к уродливой женщине, лучше всего закрыть глаза и приступить к делу. От ожидания она не станет красавицей. Делай её, и всё тут. — Как это — делай? — Сталью.

    — Когда судьба приводит тебя в постель к уродливой женщине, лучше всего закрыть глаза и приступить к делу. От ожидания она не станет красавицей. Делай её, и всё тут. — Как это — делай? — Сталью.

    — Петир Бейлиш · книга
16. «

    Серые глаза лорда нынче смотрели угрюмо, он казался непохожим на того мужчину, который вечерами возле огня негромко рассказывал о Веке Героев и Детях Леса. Бран подумал: он снял с себя личину отца и надел маску, подобающую лорду Старку, владетелю Винтерфелла.

    Серые глаза лорда нынче смотрели угрюмо, он казался непохожим на того мужчину, который вечерами возле огня негромко рассказывал о Веке Героев и Детях Леса. Бран подумал: он снял с себя личину отца и надел маску, подобающую лорду Старку, владетелю Винтерфелла.

    — Бран Старк · книга
17. «

    Вежливость — доспехи леди.

    Вежливость — доспехи леди.

    — Санса Старк · книга
18. «

    Жестокую истину труднее всего принять.

    Жестокую истину труднее всего принять.

    — Джиор Мормонт · книга
19. «

    — Позволь мне дать тебе кое-какой совет, бастард, — сказал Ланнистер. — Никогда не забывай, кто ты такой, ведь мир, конечно, этого не забудет. Сделай происхождение своей силой. Не допускай, чтобы оно превратилось в слабость. Облачись в это, словно в броню, и тогда никто не сможет ранить тебя.

    — Позволь мне дать тебе кое-какой совет, бастард, — сказал Ланнистер. — Никогда не забывай, кто ты такой, ведь мир, конечно, этого не забудет. Сделай происхождение своей силой. Не допускай, чтобы оно превратилось в слабость. Облачись в это, словно в броню, и тогда никто не сможет ранить тебя.
20. «

    Он всегда был умён, даже в мальчишеские годы, но ум и мудрость — вещи разные.

    Он всегда был умён, даже в мальчишеские годы, но ум и мудрость — вещи разные.

    — Кейтилин Старк · книга