36 сильных цитат из книги «Гийом Мюссо. Девушка и ночь»

Собрали 36 цитат из книги «Гийом Мюссо. Девушка и ночь» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Я придумал Винку такой, какой она должна была бы быть, по моему разумению, и не замечал ту, какой она была на самом деле. Я наделял ее качествами, которые существовали только в моем воображении. И даже не мог допустить, что глубоко заблуждался.

   Я придумал Винку такой, какой она должна была бы быть, по моему разумению, и не замечал ту, какой она была на самом деле. Я наделял ее качествами, которые существовали только в моем воображении. И даже не мог допустить, что глубоко заблуждался.

   — Тома Дегале · книга
2. «

   Ведь это привилегия писателя, нет? Придумывать истории и таким образом бросать вызов действительности. Не только для того, чтобы сделать ее лучше, а еще для того, чтобы сразиться с ней на ее собственной территории. Исследовать ее, чтобы потом ловчее ниспровергнуть. Познать ее, чтобы со спокойной совестью противопоставить ей взамен другой мир.

   Ведь это привилегия писателя, нет? Придумывать истории и таким образом бросать вызов действительности. Не только для того, чтобы сделать ее лучше, а еще для того, чтобы сразиться с ней на ее собственной территории. Исследовать ее, чтобы потом ловчее ниспровергнуть. Познать ее, чтобы со спокойной совестью противопоставить ей взамен другой мир.

   — Полина Делатур · книга
3. «

   Сколько себя помню, я всегда чувствовал себя одиноким, немного чужим в этом шумном, обыденном мире, который поражал, как заразная болезнь. Одно время я убеждал себя, что от тоскливого чувства одиночества могут избавить книги, но от книг нельзя требовать слишком многого. Они пичкают разными историями, как бы по доверенности вынуждают проживать обрывки чужих жизней, но они никогда не обнимут и не утешат, когда станет страшно.

   Сколько себя помню, я всегда чувствовал себя одиноким, немного чужим в этом шумном, обыденном мире, который поражал, как заразная болезнь. Одно время я убеждал себя, что от тоскливого чувства одиночества могут избавить книги, но от книг нельзя требовать слишком многого. Они пичкают разными историями, как бы по доверенности вынуждают проживать обрывки чужих жизней, но они никогда не обнимут и не утешат, когда станет страшно.
4. «

   Мы буквально читали мысли друг друга, и наше взаимопонимание неизменно меня изумляло. Винка стала для меня родной душой, которую я ждал с той поры, как достиг того возраста, когда начинаешь кого-то ждать.

   Мы буквально читали мысли друг друга, и наше взаимопонимание неизменно меня изумляло. Винка стала для меня родной душой, которую я ждал с той поры, как достиг того возраста, когда начинаешь кого-то ждать.

   — Тома Дегале · книга
5. «

   Всякий раз, задумываясь о будущем, я чувствую страх, тоску, пустоту, желание бежать и боль.

   Всякий раз, задумываясь о будущем, я чувствую страх, тоску, пустоту, желание бежать и боль.

   — Фанни · книга
6. «

   Самый посредственный роман, несомненно, куда более ценен, нежели критика, глумящаяся над ним.

   Самый посредственный роман, несомненно, куда более ценен, нежели критика, глумящаяся над ним.

   — Антон Эго · книга
7. «

   Чаще всего судьба выступает в роли эдакой продувной, порочной бестии, которой в радость ломать жизнь слабейшим, в то время как бессчетное число безмозглых подонков живут долго и счастливо.

   Чаще всего судьба выступает в роли эдакой продувной, порочной бестии, которой в радость ломать жизнь слабейшим, в то время как бессчетное число безмозглых подонков живут долго и счастливо.
8. «

   Познать жизнь по-настоящему можно лишь набив шишки.

   Познать жизнь по-настоящему можно лишь набив шишки.

   — Тома Дегале · книга
9. «

   Быстротечное время совсем меня не пугало. Я не впал в уныние, когда отметил свое сорокалетие и когда у меня побелели виски. Сказать по чести, мне даже не терпелось постареть, потому как это означало отдалиться от прошлого, не имеющего ничего общего с потерянным раем, но казавшегося мне эпицентром драмы, от которой я убегал всю свою жизнь.

   Быстротечное время совсем меня не пугало. Я не впал в уныние, когда отметил свое сорокалетие и когда у меня побелели виски. Сказать по чести, мне даже не терпелось постареть, потому как это означало отдалиться от прошлого, не имеющего ничего общего с потерянным раем, но казавшегося мне эпицентром драмы, от которой я убегал всю свою жизнь.

   — Тома Дегале · книга
10. «

    Кто управляет прошлым, тот управляет будущим.

    Кто управляет прошлым, тот управляет будущим.

    — Олдос Хексли · книга
11. «

    Самое трудное — научиться жить во лжи для того, чтобы ловко обманывать других, нужно прежде всего наловчиться обманывать самого себя.

    Самое трудное — научиться жить во лжи для того, чтобы ловко обманывать других, нужно прежде всего наловчиться обманывать самого себя.

    — Анабель · книга
12. «

    Хорошенько взвешивайте, стоит ли ввязываться в ту или иную драку, поскольку вмешательства заслуживает далеко не каждая.

    Хорошенько взвешивайте, стоит ли ввязываться в ту или иную драку, поскольку вмешательства заслуживает далеко не каждая.

    — Жан-Кристоф · книга
13. «

    Красота – это еще и духовный опыт, хрупкая сила, которую ты то ли применяешь сам, то ли ощущаешь на себе, бог его знает.

    Красота – это еще и духовный опыт, хрупкая сила, которую ты то ли применяешь сам, то ли ощущаешь на себе, бог его знает.
14. «

    Убить может кто угодно: это всего лишь вопрос обстоятельств, никак не связанных с натурой. Кто угодно и когда угодно.

    Убить может кто угодно: это всего лишь вопрос обстоятельств, никак не связанных с натурой. Кто угодно и когда угодно.

    — Патриция Хайсмит · книга
15. «

    Некоторые люди как будто застревают во времени. Для них прошлое никогда не заканчивается.

    Некоторые люди как будто застревают во времени. Для них прошлое никогда не заканчивается.

    — Тьерри Сенека · книга
16. «

    Любой роман — как и любой кинофильм и любая театральная пьеса — зачастую плод многих лет упорного труда, сомнений и переосмыслений.

    Любой роман — как и любой кинофильм и любая театральная пьеса — зачастую плод многих лет упорного труда, сомнений и переосмыслений.

    — Тома Дегале · книга
17. «

    Ни одна девица не стоит того, чтобы из-за нее я забросил учебу.

    Ни одна девица не стоит того, чтобы из-за нее я забросил учебу.

    — Тома Дегале · книга
18. «

    Тайна делает нашу любовь только дороже, а выставляя ее на показ, мы делаем ее общим достоянием и лишаем духа таинственности.

    Тайна делает нашу любовь только дороже, а выставляя ее на показ, мы делаем ее общим достоянием и лишаем духа таинственности.

    — Аннабель · книга
19. «

    Жизнь наша многогранна, зачастую непонятна и полна противоречий. Жизнь наша хрупка, бесценна и в то же время ничтожна; нас швыряет то в стылые воды одиночества, то в теплый источник молодости. Но самое главное — жизнь наша на самом деле не поддается управлению. Довольно сущего пустяка — и она уже летит под откос.

    Жизнь наша многогранна, зачастую непонятна и полна противоречий. Жизнь наша хрупка, бесценна и в то же время ничтожна; нас швыряет то в стылые воды одиночества, то в теплый источник молодости. Но самое главное — жизнь наша на самом деле не поддается управлению. Довольно сущего пустяка — и она уже летит под откос.

    — Тома Дегале · книга
20. «

    Сочинять роман — дело хитрое и сложное.

    Сочинять роман — дело хитрое и сложное.