21 цитата из книги «Гийом Мюссо. Девушка из Бруклина» для вдохновения

21 цитата из книги «Гийом Мюссо. Девушка из Бруклина» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Газета «Нью-Йорк пост», королева бульварной прессы занималась Клер чуть ли не целую неделю. С присущей ей равнодушием к истине и любовью к пикантным подробностям, она выдвигала самые невероятные версии.

   Газета «Нью-Йорк пост», королева бульварной прессы занималась Клер чуть ли не целую неделю. С присущей ей равнодушием к истине и любовью к пикантным подробностям, она выдвигала самые невероятные версии.
2. «

   К сожалению, бывает такое в людях. Злобный демон может дремать долгие годы, но он просыпается, стоит тебе оступиться, и пожирает тебя. Демон не умирает, и искра оборачивается пожаром.

   К сожалению, бывает такое в людях. Злобный демон может дремать долгие годы, но он просыпается, стоит тебе оступиться, и пожирает тебя. Демон не умирает, и искра оборачивается пожаром.
3. «

   У каждого человека три жизни: публичная, личная и тайная.

   У каждого человека три жизни: публичная, личная и тайная.

   — Габриэль Гарсиа Маркес · книга
4. «

   Если у меня в руках нет книги, если я не думаю о той, какую напишу, я готов завыть от тоски. Жизнь можно терпеть, только если от нее спрячешься.

   Если у меня в руках нет книги, если я не думаю о той, какую напишу, я готов завыть от тоски. Жизнь можно терпеть, только если от нее спрячешься.

   — Гюстав Флобер · книга
5. «

   Правовое государство — химера. С древнейших времен существует только одно право — право сильного.

   Правовое государство — химера. С древнейших времен существует только одно право — право сильного.

   — Зора Зоркин · книга
6. «

   «Нам нравится быть не собой», — написал Альбер Коэн. Может быть, мы потому и влюбляемся иной раз в полную свою противоположность. Надеемся на дополнение, преображение, метаморфозу. Ожидаем, что сблизившись с антиподом, станем полноценнее, богаче, шире. На бумаге это получается хорошо, в жизни — в редчайших случаях.

   «Нам нравится быть не собой», — написал Альбер Коэн. Может быть, мы потому и влюбляемся иной раз в полную свою противоположность. Надеемся на дополнение, преображение, метаморфозу. Ожидаем, что сблизившись с антиподом, станем полноценнее, богаче, шире. На бумаге это получается хорошо, в жизни — в редчайших случаях.

   — Рафаэль · книга
7. «

   Я ни с кем из родни не ссорился, но отношения сложились далекие. Проще сказать, их не было вообще.

   Я ни с кем из родни не ссорился, но отношения сложились далекие. Проще сказать, их не было вообще.

   — Рафаэль · книга
8. «

   Наверное, у каждого в жизни бывают моменты, когда его переклинивает, и тогда от одной спички загорается целый лес. И в этом пожаре сгорает всё дотла, и мы остаемся ни с чем. Мы тоже в нём сгораем. Или возрождаемся.

   Наверное, у каждого в жизни бывают моменты, когда его переклинивает, и тогда от одной спички загорается целый лес. И в этом пожаре сгорает всё дотла, и мы остаемся ни с чем. Мы тоже в нём сгораем. Или возрождаемся.
9. «

   Всегда, когда пишешь роман, наступает минута, когда герои тебя изумляют. Бывает, они задумывают дела, о которых ты даже не помышлял, или затевают разговор, делают невероятное признание, которое едва успевают записывать твои пальцы, бегающие по клавишам. Непредсказуемое и есть нерв творчества.

   Всегда, когда пишешь роман, наступает минута, когда герои тебя изумляют. Бывает, они задумывают дела, о которых ты даже не помышлял, или затевают разговор, делают невероятное признание, которое едва успевают записывать твои пальцы, бегающие по клавишам. Непредсказуемое и есть нерв творчества.

   — Рафаэль · книга
10. «

    Правда! Правда! Ты только и знаешь, что твердишь слово «правда»; а ты уверен, что сможешь ее выдержать?!

    Правда! Правда! Ты только и знаешь, что твердишь слово «правда»; а ты уверен, что сможешь ее выдержать?!

    — Анна (Anna) · книга
11. «

    Американское общество было потрясено тем, что стражи закона не только судили несправедливо, но создали к тому же механизм, который сплошь и рядом осуждает невиновных. Не десятки, а сотни тысяч граждан были осуждены на пожизненное заключение или смертную казнь на основании всего лишь одного какого-либо свидетельства.

    Американское общество было потрясено тем, что стражи закона не только судили несправедливо, но создали к тому же механизм, который сплошь и рядом осуждает невиновных. Не десятки, а сотни тысяч граждан были осуждены на пожизненное заключение или смертную казнь на основании всего лишь одного какого-либо свидетельства.

    — Рафаэль · книга
12. «

    — Мужчины — они же разные. Нет, все одним миром мазаны: легковерные, трусливые, лживые фанфароны. На вас нельзя положиться. Вы мните себя воинами, а на деле — марионетки, послушные своим капризам.

    — Мужчины — они же разные. Нет, все одним миром мазаны: легковерные, трусливые, лживые фанфароны. На вас нельзя положиться. Вы мните себя воинами, а на деле — марионетки, послушные своим капризам.

    — Анжела Карлайл · книга
13. «

    Вы знаете, как поступают политики, когда приходят к власти? Часто поддаются искушению убрать всех, кто помог им одержать победу. Гораздо спокойнее знать, что выиграл ты один.

    Вы знаете, как поступают политики, когда приходят к власти? Часто поддаются искушению убрать всех, кто помог им одержать победу. Гораздо спокойнее знать, что выиграл ты один.

    — Зора Зоркин · книга
14. «

    Равновесие угроз — самое надежное для прочного паритета. Каждый из нас располагает ядерным оружием, и тот, кто первым попытается уничтожить противника, рискует собственным уничтожением.

    Равновесие угроз — самое надежное для прочного паритета. Каждый из нас располагает ядерным оружием, и тот, кто первым попытается уничтожить противника, рискует собственным уничтожением.

    — Зора Зоркин · книга
15. «

    Ядовитые животные встречаются только среди холоднокровных.

    Ядовитые животные встречаются только среди холоднокровных.

    — Артур Шопенгауэр · книга
16. «

    В голове вертелась строчка Арагона: «Быть человеком значит бесконечно падать».

    В голове вертелась строчка Арагона: «Быть человеком значит бесконечно падать».

    — Марк · книга
17. «

    Несчастье — ледяная топь, черное болото, ноющая язва — оно вынуждает нас сделать выбор, поддаться или превозмочь.

    Несчастье — ледяная топь, черное болото, ноющая язва — оно вынуждает нас сделать выбор, поддаться или превозмочь.

    — Борис Цирюльник · книга
18. «

    Призрак, привидение. Так некоторые литературоведы, специалисты по драматургии, называют событие, ставшее поворотным пунктом для персонажа. Потрясение, пережитое в прошлом, но продолжающее действовать в настоящем. Какой-то жизненный шок, вытесненное переживание, тайну, которая объясняет особенность личности, ее психологию, внутреннюю жизнь, большую часть поступков.

    Призрак, привидение. Так некоторые литературоведы, специалисты по драматургии, называют событие, ставшее поворотным пунктом для персонажа. Потрясение, пережитое в прошлом, но продолжающее действовать в настоящем. Какой-то жизненный шок, вытесненное переживание, тайну, которая объясняет особенность личности, ее психологию, внутреннюю жизнь, большую часть поступков.

    — Рафаэль · книга
19. «

    Мы живем со шрамами, которые сами себе наживаем.

    Мы живем со шрамами, которые сами себе наживаем.

    — Марк · книга
20. «

    Ничего время не лечит, кошмар твой всегда с тобой. И конца ему не видно.

    Ничего время не лечит, кошмар твой всегда с тобой. И конца ему не видно.

    — Марк Карадек · книга