Рафаэль

...если за этим делом застукали старого волосатого уголовника, это в наше время серьезное преступление, а если образованного государственного мужа – то безобидная шалость.

Запомни: довольна жена — доволен муж.

— Я думал, твое появление будет более эффектным. А ты всего лишь вырубил в комнате свет. — И на всём восточном побережье…

Можно было слышать, как трещат кости, даже на задних рядах.

Я больше никогда не смогу пережить это снова. Любить тебя слишком дорогого стоит... — Но она вдыхала знакомый запах Руиса и забывала все свои страхи. — Сначала ты даришь счастье, а потом заставляешь страдать.

— Мне нравится слушать, как ты рассказываешь о своей профессии. Просто я этого не понимаю. Ты похож на канатоходца, который играет с жизнью. — Хоть не сказала, что я похож на клоуна. Это уже хорошо.

Сколько раз жизнь тебя бросает лицом в дерьмо и во все эти повороты, и ты ничего не можешь сделать! Ты бьешься, и нужно сражаться!

Для неудачников нет отдыха...

Совершенство — есть худшее из недостатков.

— Преступление… — Вот слово, высокое, как виселица, и глубокое, как Сена, — заметил Рафаэль.

Я давно уже не верил, что ангельская красота свидетельствует об ангельской душе.

Я получила его ни за что и теперь так боюсь потерять.

— Прошлое прошло. Это аксиома. И его не изменишь. — Прошлое определяет настоящее.

Её имя — Грейси Дюран! И к твоему сведению она выиграла пять чемпионатов мира в трех категориях! И в одном её мизинце было больше таланта, чем у тебя, при твоих-то ста двадцати килограммах.

Если ты проигрываешь публику — ты проигрываешь бой!

– Ты даже представить не можешь, как ты меня сейчас раздражаешь. – А ты даже представить не можешь, насколько мне плевать!