47 цитат из книги «Гийом Мюссо. Девушка из Бруклина» — от иронии до философии

47 цитат из книги «Гийом Мюссо. Девушка из Бруклина» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Будь вокруг нас столько ужасов, как у вас в романах, нам бы несдобровать.

   Будь вокруг нас столько ужасов, как у вас в романах, нам бы несдобровать.

   — шофер такси · книга
2. «

   Если у меня в руках нет книги, если я не думаю о той, какую напишу, я готов завыть от тоски. Жизнь можно терпеть, только если от нее спрячешься.

   Если у меня в руках нет книги, если я не думаю о той, какую напишу, я готов завыть от тоски. Жизнь можно терпеть, только если от нее спрячешься.

   — Гюстав Флобер · книга
3. «

   Всем известно, что политики умеют притворяться.

   Всем известно, что политики умеют притворяться.

   — Рафаэль · книга
4. «

   — Прошлое прошло. Это аксиома. И его не изменишь. — Прошлое определяет настоящее.

   — Прошлое прошло. Это аксиома. И его не изменишь. — Прошлое определяет настоящее.

   — Анна (Anna) · книга
5. «

   Время настало странное. С арены ушли государственные умы. Вышли из оборота интеллектуально осмысленные программы. Отклик в СМИ находили только примитивные популистские речевки. Правдивость перестала быть ценностью.

   Время настало странное. С арены ушли государственные умы. Вышли из оборота интеллектуально осмысленные программы. Отклик в СМИ находили только примитивные популистские речевки. Правдивость перестала быть ценностью.
6. «

   Истина хороша для химии и математики, но не для жизни.

   Истина хороша для химии и математики, но не для жизни.

   — Сабато · книга
7. «

   Не смей подпускать к себе воспоминания. Воспоминания надо держать под замком, обороняться от них, не приближаться к ним ни на шаг, иначе — гибель!

   Не смей подпускать к себе воспоминания. Воспоминания надо держать под замком, обороняться от них, не приближаться к ним ни на шаг, иначе — гибель!
8. «

   Газета «Нью-Йорк пост», королева бульварной прессы занималась Клер чуть ли не целую неделю. С присущей ей равнодушием к истине и любовью к пикантным подробностям, она выдвигала самые невероятные версии.

   Газета «Нью-Йорк пост», королева бульварной прессы занималась Клер чуть ли не целую неделю. С присущей ей равнодушием к истине и любовью к пикантным подробностям, она выдвигала самые невероятные версии.
9. «

   Я ни с кем из родни не ссорился, но отношения сложились далекие. Проще сказать, их не было вообще.

   Я ни с кем из родни не ссорился, но отношения сложились далекие. Проще сказать, их не было вообще.

   — Рафаэль · книга
10. «

    Взрослые любят поиграть в страшилки. Им нужны страшные сказки, чтобы совладать с собственными страхами.

    Взрослые любят поиграть в страшилки. Им нужны страшные сказки, чтобы совладать с собственными страхами.

    — Рафаэль · книга
11. «

    Ведь у большинства людей нет ничего драгоценнее минувшего: былая невинность, утраченная любовь... Что может быть пронзительнее воспоминаний об улетевшем счастье, о волнующем аромате несбывшегося?

    Ведь у большинства людей нет ничего драгоценнее минувшего: былая невинность, утраченная любовь... Что может быть пронзительнее воспоминаний об улетевшем счастье, о волнующем аромате несбывшегося?

    — Марк Карадек · книга
12. «

    «Нам нравится быть не собой», — написал Альбер Коэн. Может быть, мы потому и влюбляемся иной раз в полную свою противоположность. Надеемся на дополнение, преображение, метаморфозу. Ожидаем, что сблизившись с антиподом, станем полноценнее, богаче, шире. На бумаге это получается хорошо, в жизни — в редчайших случаях.

    «Нам нравится быть не собой», — написал Альбер Коэн. Может быть, мы потому и влюбляемся иной раз в полную свою противоположность. Надеемся на дополнение, преображение, метаморфозу. Ожидаем, что сблизившись с антиподом, станем полноценнее, богаче, шире. На бумаге это получается хорошо, в жизни — в редчайших случаях.

    — Рафаэль · книга
13. «

    Всегда, когда пишешь роман, наступает минута, когда герои тебя изумляют. Бывает, они задумывают дела, о которых ты даже не помышлял, или затевают разговор, делают невероятное признание, которое едва успевают записывать твои пальцы, бегающие по клавишам. Непредсказуемое и есть нерв творчества.

    Всегда, когда пишешь роман, наступает минута, когда герои тебя изумляют. Бывает, они задумывают дела, о которых ты даже не помышлял, или затевают разговор, делают невероятное признание, которое едва успевают записывать твои пальцы, бегающие по клавишам. Непредсказуемое и есть нерв творчества.

    — Рафаэль · книга
14. «

    Зачем говорить, что любишь, если не можешь защитить?

    Зачем говорить, что любишь, если не можешь защитить?

    — Рафаэль · книга
15. «

    Жизнь иногда поворачивает на 180 градусов, и когда она это делает, это называется крутой вираж.

    Жизнь иногда поворачивает на 180 градусов, и когда она это делает, это называется крутой вираж.

    — Стивен Кинг · книга
16. «

    Пристрастие читателей к детективам позволило мне прожить сказочные десять лет, став одним из немногих авторов, живущих за счет своего пера.

    Пристрастие читателей к детективам позволило мне прожить сказочные десять лет, став одним из немногих авторов, живущих за счет своего пера.

    — Рафаэль · книга
17. «

    Призрак, привидение. Так некоторые литературоведы, специалисты по драматургии, называют событие, ставшее поворотным пунктом для персонажа. Потрясение, пережитое в прошлом, но продолжающее действовать в настоящем. Какой-то жизненный шок, вытесненное переживание, тайну, которая объясняет особенность личности, ее психологию, внутреннюю жизнь, большую часть поступков.

    Призрак, привидение. Так некоторые литературоведы, специалисты по драматургии, называют событие, ставшее поворотным пунктом для персонажа. Потрясение, пережитое в прошлом, но продолжающее действовать в настоящем. Какой-то жизненный шок, вытесненное переживание, тайну, которая объясняет особенность личности, ее психологию, внутреннюю жизнь, большую часть поступков.

    — Рафаэль · книга
18. «

    Книги — особый предмет, сродни волшебной палочке. Пропуск в иной мир. Бегство. Книги могут стать лекарством и помочь справиться с житейскими передрягами.

    Книги — особый предмет, сродни волшебной палочке. Пропуск в иной мир. Бегство. Книги могут стать лекарством и помочь справиться с житейскими передрягами.

    — Рафаэль · книга
19. «

    Правовое государство — химера. С древнейших времен существует только одно право — право сильного.

    Правовое государство — химера. С древнейших времен существует только одно право — право сильного.

    — Зора Зоркин · книга
20. «

    У каждого человека три жизни: публичная, личная и тайная.

    У каждого человека три жизни: публичная, личная и тайная.

    — Габриэль Гарсиа Маркес · книга