11 цитат из книги «Гленн Бек (писатель), Николь Баарт. Снежный ангел», ставших крылатыми

Ниже 11 цитат из книги «Гленн Бек (писатель), Николь Баарт. Снежный ангел»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Бев по-всякому меня обзывала: и кривозубой, и тупицей. Обиднее всего было, когда она ругала меня уродкой. Но, разглядывая себя в куцем, старомодном платье, я убедилась: мама права — я уродка.

   Бев по-всякому меня обзывала: и кривозубой, и тупицей. Обиднее всего было, когда она ругала меня уродкой. Но, разглядывая себя в куцем, старомодном платье, я убедилась: мама права — я уродка.
2. «

   При одной мысли о нем, совесть вцеплялась в меня, как злая собака.

   При одной мысли о нем, совесть вцеплялась в меня, как злая собака.
3. «

   Сколько бы мы ни убеждали себя в обратном, наш внешний облик приоткрывает и нашу внутреннюю сущность.

   Сколько бы мы ни убеждали себя в обратном, наш внешний облик приоткрывает и нашу внутреннюю сущность.

   — Макс Уивер · книга
4. «

   Если доброе имя станет твоим одеянием, то это платье прослужит тебе всю жизнь; если ее одеяние станет тебе дороже доброго имени, то оно живо обтреплется.

   Если доброе имя станет твоим одеянием, то это платье прослужит тебе всю жизнь; если ее одеяние станет тебе дороже доброго имени, то оно живо обтреплется.

   — Макс Уивер · книга
5. «

   Конечно, он знает. Знает, что ее нет. Но на мгновение она встает у него перед глазами. Стройные бедра под белым фартуком, глаза, сверкающие огнем и льдом. И за словом она в карман не лезла. Митча охватывает неясное беспокойство, легкое чувство стыда. Из-за этого чувства он одновременно любит и ненавидит женщину, прошедшую по самому краешку его разбитой памяти.

   Конечно, он знает. Знает, что ее нет. Но на мгновение она встает у него перед глазами. Стройные бедра под белым фартуком, глаза, сверкающие огнем и льдом. И за словом она в карман не лезла. Митча охватывает неясное беспокойство, легкое чувство стыда. Из-за этого чувства он одновременно любит и ненавидит женщину, прошедшую по самому краешку его разбитой памяти.
6. «

   Думаю, он хотел помочь своей девятилетней дочери понять, почему любит женщину, которая валяется в отключке на диване в гостиной. Но тот урок прошел для меня даром. Я так и не поняла, зачем надо было отводить волосы с бледной маминой щеки, почему он укутывал ее одеялом с такой нежностью, что у меня дыхание перехватывало. Папа делал это не из чувства долга — он заботился о ней, потому что этого требовало его сердце. Отец был обезоружен перед матерью.

   Думаю, он хотел помочь своей девятилетней дочери понять, почему любит женщину, которая валяется в отключке на диване в гостиной. Но тот урок прошел для меня даром. Я так и не поняла, зачем надо было отводить волосы с бледной маминой щеки, почему он укутывал ее одеялом с такой нежностью, что у меня дыхание перехватывало. Папа делал это не из чувства долга — он заботился о ней, потому что этого требовало его сердце. Отец был обезоружен перед матерью.
7. «

   Мы бессильны против тех, кого любим.

   Мы бессильны против тех, кого любим.
8. «

   Сердце упало и разбилось на мелкие части. Не склеишь.

   Сердце упало и разбилось на мелкие части. Не склеишь.
9. «

   Всем нужен кусочек рая. Особенно тем, чья жизнь очень от этого далека.

   Всем нужен кусочек рая. Особенно тем, чья жизнь очень от этого далека.
10. «

    От уязвленной гордости еще никто не умирал.

    От уязвленной гордости еще никто не умирал.
11. «

    Родной, живой и здоровый отец, которого просто-напросто так занимала собственная жизнь, что не хватало времени вспомнить про дочь. Живую и здоровую дочь, которой нужен папа.

    Родной, живой и здоровый отец, которого просто-напросто так занимала собственная жизнь, что не хватало времени вспомнить про дочь. Живую и здоровую дочь, которой нужен папа.