11 сильных цитат из книги «Ханна Линн. Дитя Афины»

Ниже 11 цитат из книги «Ханна Линн. Дитя Афины»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Им не нужны боги, им просто нужен кто-то: любой, кто скажет им, что и как делать.

   Им не нужны боги, им просто нужен кто-то: любой, кто скажет им, что и как делать.
2. «

   Иногда наши пути скрыты завесой тумана. Иногда ты не видишь своих ног, устремив взгляд к горизонту.

   Иногда наши пути скрыты завесой тумана. Иногда ты не видишь своих ног, устремив взгляд к горизонту.

   — Афина · книга
3. «

   Почему так вышло, что именно женщин считают неуравновешенными? Женщины держат в руках нож чаще, чем мужчины, но это не жены закалывают мужей до смерти, заподозрив измену. Дружба между женщинами крепче железа, но это не женщины избивают своих мужей всей шайкой, стоит только ему хоть в чем-то провиниться. Это не женщины меняют любовницу за любовницей, обещают любить, но отказываются от своих слов, стоит только увидеть кого-то с более темными волосами и глубокими глазами. Раз за разом нас называют пылкими, неразумными. Женщины не напиваются, как мужчины, и не осыпают оскорблениями незнакомцев, не швыряются камнями, когда чем-то недовольны. Женщины используют слова и доводы рассудка там, где мужчины кулаки и силу. Так почему же мы всегда на втором месте?

   Почему так вышло, что именно женщин считают неуравновешенными? Женщины держат в руках нож чаще, чем мужчины, но это не жены закалывают мужей до смерти, заподозрив измену. Дружба между женщинами крепче железа, но это не женщины избивают своих мужей всей шайкой, стоит только ему хоть в чем-то провиниться. Это не женщины меняют любовницу за любовницей, обещают любить, но отказываются от своих слов, стоит только увидеть кого-то с более темными волосами и глубокими глазами. Раз за разом нас называют пылкими, неразумными. Женщины не напиваются, как мужчины, и не осыпают оскорблениями незнакомцев, не швыряются камнями, когда чем-то недовольны. Женщины используют слова и доводы рассудка там, где мужчины кулаки и силу. Так почему же мы всегда на втором месте?

   — Медуза · книга
4. «

   Боги не расплачиваются за свои проступки. Платят смертные. Боги, как и сильные мира сего, используют для своих замыслов тех, чьи голоса недостаточно громки, чтобы постоять за себя. Женщины. Слабые. Нежеланные. И никто не вступится за тех, кто больше всего в этом нуждается. С чего бы кому-то это делать? Вступаться за другого – значит рисковать потерять что-то самому. А человек не может заглянуть в толщу воды сквозь свое отражение.

   Боги не расплачиваются за свои проступки. Платят смертные. Боги, как и сильные мира сего, используют для своих замыслов тех, чьи голоса недостаточно громки, чтобы постоять за себя. Женщины. Слабые. Нежеланные. И никто не вступится за тех, кто больше всего в этом нуждается. С чего бы кому-то это делать? Вступаться за другого – значит рисковать потерять что-то самому. А человек не может заглянуть в толщу воды сквозь свое отражение.

   — Медуза · книга
5. «

   Медуза выросла среди монстров, но не родилась одной из них.

   Медуза выросла среди монстров, но не родилась одной из них.
6. «

   Но что бремя для одного, то другому свобода. Заклинатель змей зарабатывает себе на жизнь тем, что для других стало бы смертью. Моряк проводит в море годы, а кто-то может погибнуть за неделю.

   Но что бремя для одного, то другому свобода. Заклинатель змей зарабатывает себе на жизнь тем, что для других стало бы смертью. Моряк проводит в море годы, а кто-то может погибнуть за неделю.

   — Медуза · книга
7. «

   И теперь мне снова придется убивать, как тысячу раз прежде на этом берегу, потому что у меня нет другого выбора. Мои змеи и богиня, не позволят ничего иного. Когда-то люди приходили ко мне за помощью, за советом. Теперь они приходят, чтобы делать меня убийцей, снова и снова.

   И теперь мне снова придется убивать, как тысячу раз прежде на этом берегу, потому что у меня нет другого выбора. Мои змеи и богиня, не позволят ничего иного. Когда-то люди приходили ко мне за помощью, за советом. Теперь они приходят, чтобы делать меня убийцей, снова и снова.

   — Медуза · книга
8. «

   Доверие не требует ответов. Доверие требует принятия.

   Доверие не требует ответов. Доверие требует принятия.

   — Даная · книга
9. «

   – Но он не заплатит за это. – Заплатит. Боги об этом позаботятся. Медуза фыркнула. – Ты мне не веришь?.. – Рука Афины замерла. – Боги и есть причина происходящего, – ответила Медуза. – Их власть, их сила. Их упрямая злость и страх, который они сеют. Они рады показать, как человек по сравнению с ними беспомощен, и, таким образом, заставляют его требовать права на то единственное, что он способен контролировать.

   – Но он не заплатит за это. – Заплатит. Боги об этом позаботятся. Медуза фыркнула. – Ты мне не веришь?.. – Рука Афины замерла. – Боги и есть причина происходящего, – ответила Медуза. – Их власть, их сила. Их упрямая злость и страх, который они сеют. Они рады показать, как человек по сравнению с ними беспомощен, и, таким образом, заставляют его требовать права на то единственное, что он способен контролировать.

   — Медуза · книга
10. «

    Ничто так не заставляет молчать, как правда.

    Ничто так не заставляет молчать, как правда.

    — Медуза · книга
11. «

    Это правда, я не стояла на поле битвы. Я не из дочерей Спарты, рожденных со знанием, насколько тяжел меч и как с ним управляться. Я не знаю войны, но бывала в битвах. Битвах во имя моей семьи, когда первый поклонник пришел за мной, а мне было всего восемь. Битвах, когда не позволила мужским рукам шарить там, где они чувствовали себя вправе, и отказалась прогуляться вниз по тропинке или в оливковую рощу. Я знаю битвы, что вела, стоя на ярмарке и требуя, чтобы мужчины смотрели не на мою грудь, глаза или ноги, а на плоды, которые я продавала. Это действительно были не кровавые битвы, но они все же битвы. Битвы, где я сражалась и побеждала.

    Это правда, я не стояла на поле битвы. Я не из дочерей Спарты, рожденных со знанием, насколько тяжел меч и как с ним управляться. Я не знаю войны, но бывала в битвах. Битвах во имя моей семьи, когда первый поклонник пришел за мной, а мне было всего восемь. Битвах, когда не позволила мужским рукам шарить там, где они чувствовали себя вправе, и отказалась прогуляться вниз по тропинке или в оливковую рощу. Я знаю битвы, что вела, стоя на ярмарке и требуя, чтобы мужчины смотрели не на мою грудь, глаза или ноги, а на плоды, которые я продавала. Это действительно были не кровавые битвы, но они все же битвы. Битвы, где я сражалась и побеждала.

    — Медуза · книга