Топ-32 цитаты из книги «Харпер Ли. Пойди поставь сторожа»

32 цитаты из книги «Харпер Ли. Пойди поставь сторожа» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — И как же мне себя вести, чтоб всех очаровывать? — Прежде всего, держи язык за зубами. Не спорь с мужчиной, особенно если знаешь, что побьешь его в споре. Побольше улыбайся. Покажи ему, какой он значительный. Говори, какой он замечательный, и всячески его обхаживай.

   — И как же мне себя вести, чтоб всех очаровывать? — Прежде всего, держи язык за зубами. Не спорь с мужчиной, особенно если знаешь, что побьешь его в споре. Побольше улыбайся. Покажи ему, какой он значительный. Говори, какой он замечательный, и всячески его обхаживай.

   — Джин Луиза Финч · книга
2. «

   История писаная не совпадает с истинной.

   История писаная не совпадает с истинной.
3. «

   Иногда кажется, что человек причастен к не совсем красивым делам, но ты не торопись судить, пока не узнаешь, чем он руководствовался. Может, у него внутри все кипит, но он помнит, что вежливый ответ действенней, чем ярость напоказ. Можно клясть своих врагов, но разумней — знать их.

   Иногда кажется, что человек причастен к не совсем красивым делам, но ты не торопись судить, пока не узнаешь, чем он руководствовался. Может, у него внутри все кипит, но он помнит, что вежливый ответ действенней, чем ярость напоказ. Можно клясть своих врагов, но разумней — знать их.

   — Генри Клинтон · книга
4. «

   — Знаешь, очень просто объяснить человеку, что ему надо делать. — Но очень трудно его заставить. Едва ли не все беды в нашем мире проистекают от того, что люди не делают, что им говорят.

   — Знаешь, очень просто объяснить человеку, что ему надо делать. — Но очень трудно его заставить. Едва ли не все беды в нашем мире проистекают от того, что люди не делают, что им говорят.

   — Джин Луиза Финч · книга
5. «

   Меня с детства приучили не злоупотреблять своим преимуществом — будь то преимущество ума, богатства или социального положения — перед теми, кому в жизни повезло меньше.

   Меня с детства приучили не злоупотреблять своим преимуществом — будь то преимущество ума, богатства или социального положения — перед теми, кому в жизни повезло меньше.

   — Джин Луиза Финч · книга
6. «

   Для тебя разница между людьми заключается лишь в убеждениях, остроте ума, в характеристике и тому подобном. Тебе не приходилось смотреть на людей как на расу, а раса в наши дни — самая что ни на есть животрепещущая тема. Но ты и сейчас не способна мыслить расово. Ты видишь только людей.

   Для тебя разница между людьми заключается лишь в убеждениях, остроте ума, в характеристике и тому подобном. Тебе не приходилось смотреть на людей как на расу, а раса в наши дни — самая что ни на есть животрепещущая тема. Но ты и сейчас не способна мыслить расово. Ты видишь только людей.

   — Джек Финч · книга
7. «

   И второй раз в жизни она видела, чтобы дядюшка вышел из роли: в первый раз еще в старом доме, он молча сидел в гостиной, слушая уютное журчанье разговоров о том, что Господь дает каждому ношу по силам, а потом вдруг сказал: «От моей плечи ломит нестерпимо».

   И второй раз в жизни она видела, чтобы дядюшка вышел из роли: в первый раз еще в старом доме, он молча сидел в гостиной, слушая уютное журчанье разговоров о том, что Господь дает каждому ношу по силам, а потом вдруг сказал: «От моей плечи ломит нестерпимо».

   — Джин Луиза Финч · книга
8. «

   В любой другой день она долго стояла бы босиком на росистой траве, слушая, как заливаются спозаранку пересмешники; раздумывала бы о бессмысленности этой суровой красы, что беззвучно обновляется с каждым восходом солнца и половиной человечества просто не замечается. Она прошла бы под вознесенным в сияющее небо желтыми кронами сосен, и чувства ее открылись бы навстречу радости утра.

   В любой другой день она долго стояла бы босиком на росистой траве, слушая, как заливаются спозаранку пересмешники; раздумывала бы о бессмысленности этой суровой красы, что беззвучно обновляется с каждым восходом солнца и половиной человечества просто не замечается. Она прошла бы под вознесенным в сияющее небо желтыми кронами сосен, и чувства ее открылись бы навстречу радости утра.
9. «

   Женщине нужно, чтобы ее избранник был человек властный, уверенный в себе и при этом держался отстраненно, если он, конечно, способен на все это разом. Женщина в его присутствии должна чувствовать себя беспомощной, особенно если сама может горы свернуть и реки вспять обратить – и он это знает. Никогда не выказывай перед ней сомнений и ни в коем случае не признавайся, что не понимаешь ее.

   Женщине нужно, чтобы ее избранник был человек властный, уверенный в себе и при этом держался отстраненно, если он, конечно, способен на все это разом. Женщина в его присутствии должна чувствовать себя беспомощной, особенно если сама может горы свернуть и реки вспять обратить – и он это знает. Никогда не выказывай перед ней сомнений и ни в коем случае не признавайся, что не понимаешь ее.

   — Джин Луиза Финч · книга
10. «

    Плебейство не спрячешь и не отскоблишь. Ты, может быть, не обращала внимания, что он облизывает пальцы, когда ест торт? Это оно. Тебе не бросается в глаза, что он кашляет, не прикрывая рот? И это оно.

    Плебейство не спрячешь и не отскоблишь. Ты, может быть, не обращала внимания, что он облизывает пальцы, когда ест торт? Это оно. Тебе не бросается в глаза, что он кашляет, не прикрывая рот? И это оно.

    — Тетушка Александра · книга
11. «

    У лицемеров такое же право жить в этом мире, как и у всех прочих.

    У лицемеров такое же право жить в этом мире, как и у всех прочих.

    — Аттикус Финч · книга
12. «

    Я не могу переспать с человеком, чьи взгляды не разделяю.

    Я не могу переспать с человеком, чьи взгляды не разделяю.

    — Джин Луиза Финч · книга
13. «

    Когда на человека наводят двустволку, он хватается за все, что под руку подвернется, — камень, палку.

    Когда на человека наводят двустволку, он хватается за все, что под руку подвернется, — камень, палку.

    — Доктор Финч · книга
14. «

    Тетушка Александра была последней могиканшей, хранительницей заветов: у нее были изысканно-старомодные манеры барышни из хорошей семьи: готовность подпереть любые моральные устои при малейшем на них покушении; склонность к осуждению ближнего своего и неисцелимая страсть к сплетням.

    Тетушка Александра была последней могиканшей, хранительницей заветов: у нее были изысканно-старомодные манеры барышни из хорошей семьи: готовность подпереть любые моральные устои при малейшем на них покушении; склонность к осуждению ближнего своего и неисцелимая страсть к сплетням.
15. «

    Иисус любит все человечество, но оно состоит из разных групп, а между ними всякого рода заборы и изгороди, и Господь учит, что всякий человек волен идти куда ему вздумается, но только до забора?

    Иисус любит все человечество, но оно состоит из разных групп, а между ними всякого рода заборы и изгороди, и Господь учит, что всякий человек волен идти куда ему вздумается, но только до забора?

    — Джин Луиза Финч · книга
16. «

    Чем дольше меня не было, тем сильней я тосковал по Мейкомбу. И понял однажды: либо вернусь, либо умру. Родина у человека где-то в костях сидит.

    Чем дольше меня не было, тем сильней я тосковал по Мейкомбу. И понял однажды: либо вернусь, либо умру. Родина у человека где-то в костях сидит.

    — мистер Фред · книга
17. «

    Если в рамках одной цивилизации рядом живут люди отсталые и люди передовые, социальной Аркадии быть не может.

    Если в рамках одной цивилизации рядом живут люди отсталые и люди передовые, социальной Аркадии быть не может.

    — Аттикус Финч · книга
18. «

    Кому много не надо, у того всего вдоволь.

    Кому много не надо, у того всего вдоволь.
19. «

    Очень просто оглянуться и увидеть, какими были мы вчера или десять лет назад. Куда трудней увидеть, кто мы сейчас.

    Очень просто оглянуться и увидеть, какими были мы вчера или десять лет назад. Куда трудней увидеть, кто мы сейчас.

    — Джин Луиза Финч · книга
20. «

    В этом мире одну только любовь ни с чем не спутаешь. Разумеется, она бывает разная, но всегда — либо она есть, либо ее нет.

    В этом мире одну только любовь ни с чем не спутаешь. Разумеется, она бывает разная, но всегда — либо она есть, либо ее нет.

    — Джин Луиза Финч · книга