Топ-60 цитат из книги «Хавьер Серкас. В чреве кита»

Ниже 60 цитат из книги «Хавьер Серкас. В чреве кита»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   …когда человек несчастен, то неизбежно все вокруг напоминает ему о его несчастье.

   …когда человек несчастен, то неизбежно все вокруг напоминает ему о его несчастье.
2. «

   …в то время я еще полагал, что люди говорят о своих несчастьях потому, что для них это единственный способ привлечь внимание или вызвать сочувствие других; сейчас-то я знаю, что люди поступают так, чтобы избавиться от своего горя.

   …в то время я еще полагал, что люди говорят о своих несчастьях потому, что для них это единственный способ привлечь внимание или вызвать сочувствие других; сейчас-то я знаю, что люди поступают так, чтобы избавиться от своего горя.
3. «

   …ничто не обязано было происходить так, как произошло, а если все произошло именно так, то лишь потому, что кто-то этого захотел и не помешал произойти…

   …ничто не обязано было происходить так, как произошло, а если все произошло именно так, то лишь потому, что кто-то этого захотел и не помешал произойти…
4. «

   …Всегда значительно проще прибегнуть к чужим словам, чем найти свои…

   …Всегда значительно проще прибегнуть к чужим словам, чем найти свои…
5. «

   …бывают люди, которые не умеют сердиться. Гнев таких людей значительно страшнее, чем гнев холериков: холерики злятся, потому что такова их природа; а эти люди приходят в ярость потому, что в какой-то миг и по какой-то причине решают, что это их долг. Холерик, осознавая себя таковым, стремится контролировать свой гнев; с кротким же человеком происходит обратное: также осознавая свою кротость, он стремится усилить и преувеличить свой гнев. Ярость холерика иссякает сама по себе: ее единственная цель — это доставить облегчение; ярость же кроткого человека, напротив, всегда направлена вовне: ее цель — уничтожить возбудившую ее причину.

   …бывают люди, которые не умеют сердиться. Гнев таких людей значительно страшнее, чем гнев холериков: холерики злятся, потому что такова их природа; а эти люди приходят в ярость потому, что в какой-то миг и по какой-то причине решают, что это их долг. Холерик, осознавая себя таковым, стремится контролировать свой гнев; с кротким же человеком происходит обратное: также осознавая свою кротость, он стремится усилить и преувеличить свой гнев. Ярость холерика иссякает сама по себе: ее единственная цель — это доставить облегчение; ярость же кроткого человека, напротив, всегда направлена вовне: ее цель — уничтожить возбудившую ее причину.
6. «

   Принято много говорить об одиночестве, но на самом деле неплохо иметь друзей.

   Принято много говорить об одиночестве, но на самом деле неплохо иметь друзей.
7. «

   — …привычка уничтожает все, включая людей. А уж после четырех лет брака… — После пяти, — уточнил я. — После пяти лет брака все превращается в привычку. Привычка не оставляет места новизне, а без новизны нет очарования, нет влюбленности. Это правда. Но есть другое. — Например? — Ну, я не знаю, нечто более важное, — ответил он нетерпеливо. — Чувство сообщничества, полагаю, привязанность.

   — …привычка уничтожает все, включая людей. А уж после четырех лет брака… — После пяти, — уточнил я. — После пяти лет брака все превращается в привычку. Привычка не оставляет места новизне, а без новизны нет очарования, нет влюбленности. Это правда. Но есть другое. — Например? — Ну, я не знаю, нечто более важное, — ответил он нетерпеливо. — Чувство сообщничества, полагаю, привязанность.

   — Марсело Куартеро · книга
8. «

   …влюбленность ослепляет человека, подобно внезапной обманчивой вспышке, о чем позже бывает стыдно вспоминать…

   …влюбленность ослепляет человека, подобно внезапной обманчивой вспышке, о чем позже бывает стыдно вспоминать…
9. «

   …сам факт столкновения с человеком, давным-давно утерянным из виду, внезапно возвращает нас в то состояние, в каком мы пребывали в пору наших частых встреч…

   …сам факт столкновения с человеком, давным-давно утерянным из виду, внезапно возвращает нас в то состояние, в каком мы пребывали в пору наших частых встреч…
10. «

    Далекие от академической жизни люди предполагают, что в каждом преподавателе литературы скрывается страстный поклонник литературы, но любой искушенный человек способен развеять это заблуждение. Редко когда страсть способна устоять перед профессиональным подходом, и литература в этом смысле не является исключением, особенно если иметь в виду, что каждый преподаватель со временем все меньше и меньше занимается самими книгами, а все больше их анализом, самостоятельным или чужим.

    Далекие от академической жизни люди предполагают, что в каждом преподавателе литературы скрывается страстный поклонник литературы, но любой искушенный человек способен развеять это заблуждение. Редко когда страсть способна устоять перед профессиональным подходом, и литература в этом смысле не является исключением, особенно если иметь в виду, что каждый преподаватель со временем все меньше и меньше занимается самими книгами, а все больше их анализом, самостоятельным или чужим.
11. «

    …самое страшное во лжи не то, что человек может в нее поверить, а то, что произнесенные слова навязывают говорящему более жесткую необходимость придерживаться их, нежели правда.

    …самое страшное во лжи не то, что человек может в нее поверить, а то, что произнесенные слова навязывают говорящему более жесткую необходимость придерживаться их, нежели правда.
12. «

    — Я да, влюбился. Марсело взглянул мне в глаза, будто надеялся найти в них нечто опровергающее мои слова, но не нашел. Он недоверчиво приподнял кустистые брови, что придало его лицу комичное выражение, и воскликнул: — Да ну тебя, Томас! — Тебе это кажется странным? — Нет, не странным… Ну да, я же тебе говорил, — бормотал он. — Прежде всего, мне это кажется величайшей глупостью. Будто у тебя и так проблем мало!..

    — Я да, влюбился. Марсело взглянул мне в глаза, будто надеялся найти в них нечто опровергающее мои слова, но не нашел. Он недоверчиво приподнял кустистые брови, что придало его лицу комичное выражение, и воскликнул: — Да ну тебя, Томас! — Тебе это кажется странным? — Нет, не странным… Ну да, я же тебе говорил, — бормотал он. — Прежде всего, мне это кажется величайшей глупостью. Будто у тебя и так проблем мало!..

    — Томас · книга
13. «

    …полагаю, что тебя следует поздравить, правда? Ведь не каждый день человек способен влюбиться.

    …полагаю, что тебя следует поздравить, правда? Ведь не каждый день человек способен влюбиться.

    — Марсело Куартеро · книга
14. «

    Для счастья не требуется причин: человек никогда не задается вопросом, отчего он счастлив; он просто счастлив, и все тут. С несчастьем же происходит наоборот: нам всегда нужны причины, его объясняющие, словно счастье — это наше естественное состояние, нам должно его ощущать, а несчастье — это извращенное отклонение от нормы, и мы тщимся выявить его причины.

    Для счастья не требуется причин: человек никогда не задается вопросом, отчего он счастлив; он просто счастлив, и все тут. С несчастьем же происходит наоборот: нам всегда нужны причины, его объясняющие, словно счастье — это наше естественное состояние, нам должно его ощущать, а несчастье — это извращенное отклонение от нормы, и мы тщимся выявить его причины.
15. «

    Похоже, она рассказывает уже не то, что помнит, а вспоминает то, что рассказывала прежде…

    Похоже, она рассказывает уже не то, что помнит, а вспоминает то, что рассказывала прежде…
16. «

    Ни абулии, ни колебаний, ни жертвенности. Если бы люди больше читали Дюма, жизнь была бы совсем иной.

    Ни абулии, ни колебаний, ни жертвенности. Если бы люди больше читали Дюма, жизнь была бы совсем иной.

    — Марсело Куартеро · книга
17. «

    …ничто так не утомляет, как необходимость все время слушать…

    …ничто так не утомляет, как необходимость все время слушать…
18. «

    Похоронное бюро — это монумент смерти; иными словами, это монумент ужасу.

    Похоронное бюро — это монумент смерти; иными словами, это монумент ужасу.
19. «

    Мне кажется, что человеку никогда не дано до конца узнать самого себя. Причина этого, вероятно, не слишком сложна. Мы считаем, что в нас только один человек, но нас множество: по меньшей мере в нас продолжают существовать все те, кем мы были прежде. Прошлое живет в настоящем; довольно лишь предлога, пусть даже самого незначительного или банального, чтобы оно вновь расцвело: чтобы мы вновь стали теми, кем были.

    Мне кажется, что человеку никогда не дано до конца узнать самого себя. Причина этого, вероятно, не слишком сложна. Мы считаем, что в нас только один человек, но нас множество: по меньшей мере в нас продолжают существовать все те, кем мы были прежде. Прошлое живет в настоящем; довольно лишь предлога, пусть даже самого незначительного или банального, чтобы оно вновь расцвело: чтобы мы вновь стали теми, кем были.
20. «

    Люди много говорят о том, как важно сохранить прошлое, но лично мне более важным кажется сохранить настоящее.

    Люди много говорят о том, как важно сохранить прошлое, но лично мне более важным кажется сохранить настоящее.

    — Марсело Куартеро · книга