85 цитат из книги «Игорь Иванович Гарин. Ницше» — подборка редакции

Собрали 85 цитат из книги «Игорь Иванович Гарин. Ницше» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Переходить за рубеж, разделяющий познанное и непознанное всегда опасно, ибо человек все еще не созрел до плодов рук своих.

   Переходить за рубеж, разделяющий познанное и непознанное всегда опасно, ибо человек все еще не созрел до плодов рук своих.
2. «

   Недостатком современного общества Ницше считает торжество «среднего». Общественные институты, общественная мораль, общественное сознание способствубт выживанию не наилучших, а посредственных, наиболее приспособленных к «стадному сознанию».

   Недостатком современного общества Ницше считает торжество «среднего». Общественные институты, общественная мораль, общественное сознание способствубт выживанию не наилучших, а посредственных, наиболее приспособленных к «стадному сознанию».
3. «

   Мы вообще не знаем сущего, а потому — не в состоянии решить вопроса о том, приложимы или непреложимы к нему наши логические аксиомы.

   Мы вообще не знаем сущего, а потому — не в состоянии решить вопроса о том, приложимы или непреложимы к нему наши логические аксиомы.
4. «

   Всякий переворот общественного порядка «снова воскрешает самые дикие энергии — давно погребенные ужасы и необузданности отдаленнейших эпох».

   Всякий переворот общественного порядка «снова воскрешает самые дикие энергии — давно погребенные ужасы и необузданности отдаленнейших эпох».
5. «

   Шекспир привлекателен не только как великий художник, но и как великая личность: подлинные поэты — ровня своим созданиям. Шекспир не только рассуждал о страстях или живописал их, но «имел доступ ко многим из них».

   Шекспир привлекателен не только как великий художник, но и как великая личность: подлинные поэты — ровня своим созданиям. Шекспир не только рассуждал о страстях или живописал их, но «имел доступ ко многим из них».
6. «

   Я не знаю более разрывающего душу чтения, чем Шекспир: что должен выстрадать человек, чтобы почувствовать необходимость стать шутом! Понимают ли Гамлета? Не сомнение, а несомненность есть то, что сводит с ума... Но для этого надо быть глубоким, надо быть бездною, философом, чтобы так чувствовать... Мы все боимся истины...

   Я не знаю более разрывающего душу чтения, чем Шекспир: что должен выстрадать человек, чтобы почувствовать необходимость стать шутом! Понимают ли Гамлета? Не сомнение, а несомненность есть то, что сводит с ума... Но для этого надо быть глубоким, надо быть бездною, философом, чтобы так чувствовать... Мы все боимся истины...

   — Фридрих Ницше · книга
7. «

   Культура — история влияний, писать ее можно, как своебразное переселение душ.

   Культура — история влияний, писать ее можно, как своебразное переселение душ.
8. «

   Жизнь не имеет смысла, она сама смысл всего.

   Жизнь не имеет смысла, она сама смысл всего.

   — Фридрих Ницше · книга
9. «

   Всё для него — мост и стремление к дальнему. Он приглашает любить страну наших детей; он запрещает смотреть туда, откуда мы идем; наша честь в том, чтобы поняли мы, куда приближаемся в детях.

   Всё для него — мост и стремление к дальнему. Он приглашает любить страну наших детей; он запрещает смотреть туда, откуда мы идем; наша честь в том, чтобы поняли мы, куда приближаемся в детях.
10. «

    У меня есть подозрения, что страдания свои этот чувствительнейший из людей несколько преувеличивал, ибо для тонких, нежных душ они всегда безмерны.

    У меня есть подозрения, что страдания свои этот чувствительнейший из людей несколько преувеличивал, ибо для тонких, нежных душ они всегда безмерны.
11. «

    Если беду на него посылают блаженные боги, Волей-неволей беду переносит он твердой душой.

    Если беду на него посылают блаженные боги, Волей-неволей беду переносит он твердой душой.

    — Гомер (Homer) · книга
12. «

    Мы отказались от всех идеалов, с которыми кто-нибудь, наверное, мог бы чувствовать себя вполне уютно в этот смутный, мутный, переходный период.

    Мы отказались от всех идеалов, с которыми кто-нибудь, наверное, мог бы чувствовать себя вполне уютно в этот смутный, мутный, переходный период.

    — Фридрих Ницше · книга
13. «

    Я сидел в ожидании, я не ждал ничего. Я не размышлял о добре и зле, я лишь радовался Игре света и тени, я находился под обаянием Дня, озера, яркого солнца, жизни без цели.

    Я сидел в ожидании, я не ждал ничего. Я не размышлял о добре и зле, я лишь радовался Игре света и тени, я находился под обаянием Дня, озера, яркого солнца, жизни без цели.

    — Фридрих Ницше · книга
14. «

    Гераклит учил, что космос пребывает по ту сторону добра и зла, что жизнь в равной степени предполагает справедливость и несправедливость.

    Гераклит учил, что космос пребывает по ту сторону добра и зла, что жизнь в равной степени предполагает справедливость и несправедливость.
15. «

    Мною часто овладевает полное отчаяние, но в душе моей постоянно живет стремление к вечной цели, поиск новых путей, которые приведут к истинному, прекрасному, доброму.

    Мною часто овладевает полное отчаяние, но в душе моей постоянно живет стремление к вечной цели, поиск новых путей, которые приведут к истинному, прекрасному, доброму.

    — Фридрих Ницше · книга
16. «

    Очнь часто подчинение Божественной воле и приниженность являются плащом, накинутым на низкое малодушие, охватывающее нас в момент трагического столкновения с судьбой.

    Очнь часто подчинение Божественной воле и приниженность являются плащом, накинутым на низкое малодушие, охватывающее нас в момент трагического столкновения с судьбой.

    — Фридрих Ницше · книга
17. «

    Великий политик должен быть отвлеченным злодеем, иначе общество будет плохо управляться.

    Великий политик должен быть отвлеченным злодеем, иначе общество будет плохо управляться.

    — Оноре де Бальзак · книга
18. «

    Одинокий, ты идешь дорогою к самому себе!

    Одинокий, ты идешь дорогою к самому себе!

    — Фридрих Ницше · книга
19. «

    Как только женщины достигнут какой-то независимости, они становятся невыносимы.

    Как только женщины достигнут какой-то независимости, они становятся невыносимы.

    — Фридрих Ницше · книга
20. «

    Сейчас ему 24 года: он крепок, энергичен, здоров, силен телом и духом... Здесь, в Лейпциге, он стал идолом всего молодого филологического мира. Вы скажете, я описываю Вам феномен; что ж, он и есть феномен, и притом нисколько не в ущерб своей любезности и скромности.

    Сейчас ему 24 года: он крепок, энергичен, здоров, силен телом и духом... Здесь, в Лейпциге, он стал идолом всего молодого филологического мира. Вы скажете, я описываю Вам феномен; что ж, он и есть феномен, и притом нисколько не в ущерб своей любезности и скромности.

    — Ф. Ричль · книга