31 цитата из книги «Илья Ильф, Евгений Петров. Двенадцать стульев: смешные цитаты» без воды

Ниже 31 цитата из книги «Илья Ильф, Евгений Петров. Двенадцать стульев: смешные цитаты»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Не будьте божьей коровой.

   Не будьте божьей коровой.

   — Илья Ильф · книга
2. «

   Впрочем, и здесь существовало нищенство, но нищенство совершенно особое — альпийское: к каждому проходившему мимо селения автобусу или легковому автомобилю подбегали дети и исполняли перед движущейся аудиторией несколько па наурской лезгинки; после этого дети бежали за машиной, крича: — Давай денги! Денги давай! Пассажиры швыряли пятаки и возносились к Крестовому перевалу. — Святое дело, — сказал Остап, — капитальные затраты не требуются, доходы не велики, но в нашем положении ценны. К двум часам второго дня пути Ипполит Матвеевич, под наблюдением великого комбинатора, исполнил перед летучими пассажирами свой первый танец. Танец этот был похож на мазурку, но пассажиры, пресыщенные дикими красотами Кавказа, сочли его за лезгинку и вознаградили тремя пятаками. Перед следующей машиной, которая оказалась автобусом, шедшим из Тифлиса во Владикавказ, плясал и скакал сам технический директор. — Давай деньги! Деньги давай! — закричал он сердито.

   Впрочем, и здесь существовало нищенство, но нищенство совершенно особое — альпийское: к каждому проходившему мимо селения автобусу или легковому автомобилю подбегали дети и исполняли перед движущейся аудиторией несколько па наурской лезгинки; после этого дети бежали за машиной, крича: — Давай денги! Денги давай! Пассажиры швыряли пятаки и возносились к Крестовому перевалу. — Святое дело, — сказал Остап, — капитальные затраты не требуются, доходы не велики, но в нашем положении ценны. К двум часам второго дня пути Ипполит Матвеевич, под наблюдением великого комбинатора, исполнил перед летучими пассажирами свой первый танец. Танец этот был похож на мазурку, но пассажиры, пресыщенные дикими красотами Кавказа, сочли его за лезгинку и вознаградили тремя пятаками. Перед следующей машиной, которая оказалась автобусом, шедшим из Тифлиса во Владикавказ, плясал и скакал сам технический директор. — Давай деньги! Деньги давай! — закричал он сердито.

   — Илья Ильф · книга
3. «

   Нервных просят не смотреть!

   Нервных просят не смотреть!

   — Илья Ильф · книга
4. «

   Ну ты, жертва аборта, отдай концы, не отчаливай.

   Ну ты, жертва аборта, отдай концы, не отчаливай.

   — Илья Ильф · книга
5. «

   Он чувствовал себя бодрым и твердо знал, что первый ход e2 – e4 не грозит ему никакими осложнениями. Остальные ходы, правда, рисовались в совершенном уже тумане, но это нисколько не смущало великого комбинатора.

   Он чувствовал себя бодрым и твердо знал, что первый ход e2 – e4 не грозит ему никакими осложнениями. Остальные ходы, правда, рисовались в совершенном уже тумане, но это нисколько не смущало великого комбинатора.

   — Илья Ильф · книга
6. «

   Любовь мучит человека. Бык мычит от страсти. Петух не находит себе места. Предводитель дворянства теряет аппетит.

   Любовь мучит человека. Бык мычит от страсти. Петух не находит себе места. Предводитель дворянства теряет аппетит.

   — Илья Ильф · книга
7. «

   Вам некуда торопиться. ГПУ к вам само придёт.

   Вам некуда торопиться. ГПУ к вам само придёт.

   — Илья Ильф · книга
8. «

   Это грабёж среди бела дня.

   Это грабёж среди бела дня.

   — Илья Ильф · книга
9. «

   Вы не пьете, не курите, девушками не увлекаетесь... Зачем Вам деньги? Вы же не умеете их тратить.

   Вы не пьете, не курите, девушками не увлекаетесь... Зачем Вам деньги? Вы же не умеете их тратить.

   — Илья Ильф · книга
10. «

    Знойная женщина, — сказал Остап, — мечта поэта. Провинциальная непосредственность. В центре таких субтропиков давно уже нет, но на периферии, на местах — еще встречаются.

    Знойная женщина, — сказал Остап, — мечта поэта. Провинциальная непосредственность. В центре таких субтропиков давно уже нет, но на периферии, на местах — еще встречаются.

    — Илья Ильф · книга
11. «

    Был лунный вечер. Остап несся по серебряной улице легко, как ангел, отталкиваясь от грешной земли. Ввиду несостоявшегося превращения Васюков в центр мироздания, бежать пришлось не среди дворцов, а среди бревенчатых домиков с наружными ставнями. Сзади неслись шахматные любители. — Держите гроссмейстера! — ревел одноглазый. — Жулье! — поддерживали остальные. — Пижоны! — огрызался гроссмейстер, увеличивая скорость. — Караул! — кричали изобиженные шахматисты. Остап запрыгал по лестнице, ведущей на пристань. Ему предстояло пробежать четыреста ступенек.

    Был лунный вечер. Остап несся по серебряной улице легко, как ангел, отталкиваясь от грешной земли. Ввиду несостоявшегося превращения Васюков в центр мироздания, бежать пришлось не среди дворцов, а среди бревенчатых домиков с наружными ставнями. Сзади неслись шахматные любители. — Держите гроссмейстера! — ревел одноглазый. — Жулье! — поддерживали остальные. — Пижоны! — огрызался гроссмейстер, увеличивая скорость. — Караул! — кричали изобиженные шахматисты. Остап запрыгал по лестнице, ведущей на пристань. Ему предстояло пробежать четыреста ступенек.

    — Илья Ильф · книга
12. «

    — Что это значит? — Это значит, что вы отсталый человек. — Почему? — Потому что! Простите за пошлый вопрос: сколько у вас есть денег? — Каких денег?

    — Что это значит? — Это значит, что вы отсталый человек. — Почему? — Потому что! Простите за пошлый вопрос: сколько у вас есть денег? — Каких денег?

    — Илья Ильф · книга
13. «

    Есть еще от жилетки рукава, круг от бублика и мертвого осла уши.

    Есть еще от жилетки рукава, круг от бублика и мертвого осла уши.

    — Илья Ильф · книга
14. «

    Начинать полуторастотысячное дело и ссориться из-за восьми рублей! Учитесь жить широко!

    Начинать полуторастотысячное дело и ссориться из-за восьми рублей! Учитесь жить широко!

    — Илья Ильф · книга
15. «

    Он так обрадовался, что у него в самых неожиданных местах объявились пульсы.

    Он так обрадовался, что у него в самых неожиданных местах объявились пульсы.

    — Илья Ильф · книга
16. «

    «Кажется, наступил психологический момент для ужина»,— подумал Остап.

    «Кажется, наступил психологический момент для ужина»,— подумал Остап.

    — Илья Ильф · книга
17. «

    Его рост доходил до ста восьмидесяти пяти сантиметров, и с такой высоты ему легко и удобно было относиться к теще с некоторым пренебрежением.

    Его рост доходил до ста восьмидесяти пяти сантиметров, и с такой высоты ему легко и удобно было относиться к теще с некоторым пренебрежением.

    — Илья Ильф · книга
18. «

    Он любил и страдал. Он любил деньги и страдал от их недостатка.

    Он любил и страдал. Он любил деньги и страдал от их недостатка.

    — Илья Ильф · книга
19. «

    Boзраст, Киса, имеет значение для телятины... A женщина — она всегда молода.

    Boзраст, Киса, имеет значение для телятины... A женщина — она всегда молода.

    — Илья Ильф · книга
20. «

    Обниматься некогда, — сказал он. Прощай любимая. Мы разошлись как в море корабли.

    Обниматься некогда, — сказал он. Прощай любимая. Мы разошлись как в море корабли.

    — Илья Ильф · книга