38 цитат из книги «Илья Ильф, Евгений Петров. Двенадцать стульев» — подборка редакции

38 цитат из книги «Илья Ильф, Евгений Петров. Двенадцать стульев» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Почем опиум для народа?

   Почем опиум для народа?

   — Остап Бендер · книга
2. «

   Нервных просят не смотреть!

   Нервных просят не смотреть!

   — Остап Бендер · книга
3. «

   У нас хотя и не Париж, но милости просим к нашему шалашу.

   У нас хотя и не Париж, но милости просим к нашему шалашу.

   — Остап Бендер · книга
4. «

   Кто, по-вашему, этот мощный старик? Не говорите, вы не можете этого знать. Это – гигант мысли, отец русской демократии и особа, приближенная к императору.

   Кто, по-вашему, этот мощный старик? Не говорите, вы не можете этого знать. Это – гигант мысли, отец русской демократии и особа, приближенная к императору.

   — Остап Бендер · книга
5. «

   Вам, предводитель, пора уже лечиться электричеством.

   Вам, предводитель, пора уже лечиться электричеством.

   — Остап Бендер · книга
6. «

   Выбор неплохой. Камни, я вижу, подобраны со вкусом.

   Выбор неплохой. Камни, я вижу, подобраны со вкусом.

   — Остап Бендер · книга
7. «

   Просто и убедительно, в стиле чемпиона!

   Просто и убедительно, в стиле чемпиона!
8. «

   Счастье, – рассуждал Остап, – всегда приходит в последнюю минуту. Если вам у Смоленского рынка нужно сесть в трамвай номер 4, а там, кроме четвертого, проходят еще пятый, семнадцатый, пятнадцатый, тридцатый, тридцать первый, Б, Г и две автобусных линии, то уж будьте уверены, что сначала пройдет Г, потом два пятнадцатых подряд, что вообще противоестественно, затем семнадцатый, тридцатый, много Б, снова Г, тридцать первый, пятый, снова семнадцатый и снова Б. И вот, когда вам начнет казаться, что четвертого номера уже не существует в природе, он медленно придет со стороны Брянского вокзала, увешанный людьми. Но пробраться в вагон для умелого трамвайного пассажира совсем не трудно. Нужно только, чтоб трамвай пришел. Если же вам нужно сесть в пятнадцатый номер, то не сомневайтесь: сначала пройдет множество вагонов всех прочих номеров, проклятый четвертый пройдет восемь раз подряд, а пятнадцатый, который еще так недавно ходил через каждые пять минут, станет появляться не чаще одного раза в сутки. Нужно лишь терпение, и вы дождетесь.

   Счастье, – рассуждал Остап, – всегда приходит в последнюю минуту. Если вам у Смоленского рынка нужно сесть в трамвай номер 4, а там, кроме четвертого, проходят еще пятый, семнадцатый, пятнадцатый, тридцатый, тридцать первый, Б, Г и две автобусных линии, то уж будьте уверены, что сначала пройдет Г, потом два пятнадцатых подряд, что вообще противоестественно, затем семнадцатый, тридцатый, много Б, снова Г, тридцать первый, пятый, снова семнадцатый и снова Б. И вот, когда вам начнет казаться, что четвертого номера уже не существует в природе, он медленно придет со стороны Брянского вокзала, увешанный людьми. Но пробраться в вагон для умелого трамвайного пассажира совсем не трудно. Нужно только, чтоб трамвай пришел. Если же вам нужно сесть в пятнадцатый номер, то не сомневайтесь: сначала пройдет множество вагонов всех прочих номеров, проклятый четвертый пройдет восемь раз подряд, а пятнадцатый, который еще так недавно ходил через каждые пять минут, станет появляться не чаще одного раза в сутки. Нужно лишь терпение, и вы дождетесь.

   — Остап Бендер · книга
9. «

   — Только вы, дорогой товарищ из Парижа, плюньте на все это. — Как плюнуть?! — Слюной, — ответил Остап, — как плевали до эпохи исторического материализма.

   — Только вы, дорогой товарищ из Парижа, плюньте на все это. — Как плюнуть?! — Слюной, — ответил Остап, — как плевали до эпохи исторического материализма.

   — Остап Бендер · книга
10. «

    Трамваи визжали на поворотах так естественно, что, казалось, будто визжит не вагон, а сам кондуктор, приплюснутый совработниками к табличке «Курить и плевать воспрещается». Курить и плевать воспрещалось, но толкать кондуктора в живот, дышать ему в ухо и придираться к нему без всякого повода, очевидно, не воспрещалось. И этим спешили воспользоваться все. Был критический час. Земные и неземные создания спешили на службу.

    Трамваи визжали на поворотах так естественно, что, казалось, будто визжит не вагон, а сам кондуктор, приплюснутый совработниками к табличке «Курить и плевать воспрещается». Курить и плевать воспрещалось, но толкать кондуктора в живот, дышать ему в ухо и придираться к нему без всякого повода, очевидно, не воспрещалось. И этим спешили воспользоваться все. Был критический час. Земные и неземные создания спешили на службу.
11. «

    В Ленинграде, на Васильевском острове, на Второй линии, жила бедная девушка с большими голубыми глазами. Звали её Клотильдой. Девушка любила читать Шиллера в подлиннике, мечтать, сидя на парапете невской набережной, и есть за обедом непрожаренный бифштекс. Но девушка была бедна. Шиллера было очень много, а мяса совсем не было. Поэтому, а ещё и потому, что ночи были белые, Клотильда влюбилась.

    В Ленинграде, на Васильевском острове, на Второй линии, жила бедная девушка с большими голубыми глазами. Звали её Клотильдой. Девушка любила читать Шиллера в подлиннике, мечтать, сидя на парапете невской набережной, и есть за обедом непрожаренный бифштекс. Но девушка была бедна. Шиллера было очень много, а мяса совсем не было. Поэтому, а ещё и потому, что ночи были белые, Клотильда влюбилась.
12. «

    — Что это значит? — Это значит, что вы отсталый человек. — Почему? — Потому что! Простите за пошлый вопрос: сколько у вас есть денег? — Каких денег?

    — Что это значит? — Это значит, что вы отсталый человек. — Почему? — Потому что! Простите за пошлый вопрос: сколько у вас есть денег? — Каких денег?

    — Остап Бендер · книга
13. «

    Остап со вчерашнего дня еще ничего не ел. Поэтому красноречие его было необыкновенно.

    Остап со вчерашнего дня еще ничего не ел. Поэтому красноречие его было необыкновенно.
14. «

    Гроссмейстер перешел на местные темы. — Почему в провинции нет никакой игры мысли! Например, вот ваша шахсекция. Так она и называется — шахсекция. Скучно, девушки! Почему бы вам, в самом деле, не назвать её как-нибудь красиво, истинно по-шахматному. Это вовлекло бы в секцию союзную массу. Назвали бы, например, вашу секцию — «Шахматный клуб четырёх коней», или «Красный эндшпиль», или «Потеря качества при выигрыше темпа». Хорошо было бы! Звучно!

    Гроссмейстер перешел на местные темы. — Почему в провинции нет никакой игры мысли! Например, вот ваша шахсекция. Так она и называется — шахсекция. Скучно, девушки! Почему бы вам, в самом деле, не назвать её как-нибудь красиво, истинно по-шахматному. Это вовлекло бы в секцию союзную массу. Назвали бы, например, вашу секцию — «Шахматный клуб четырёх коней», или «Красный эндшпиль», или «Потеря качества при выигрыше темпа». Хорошо было бы! Звучно!

    — Остап Бендер · книга
15. «

    Он так обрадовался, что у него в самых неожиданных местах объявились пульсы.

    Он так обрадовался, что у него в самых неожиданных местах объявились пульсы.
16. «

    Не будьте божьей коровой.

    Не будьте божьей коровой.

    — Остап Бендер · книга
17. «

    Матрац ненасытен. Он требует жертвоприношений. По ночам он издает звон падающего меча. Ему нужна этажерка. Ему нужен стол на глупых тумбах. Лязгая пружинами, он требует занавесей, портьер и кухонной посуды. Он толкает человека и говорит ему: – Пойди и купи рубель и качалку! – Мне стыдно за тебя, человек! У тебя до сих пор нет ковра! – Работай! Я скоро принесу тебе детей! Тебе нужны деньги на пеленки и колясочку!

    Матрац ненасытен. Он требует жертвоприношений. По ночам он издает звон падающего меча. Ему нужна этажерка. Ему нужен стол на глупых тумбах. Лязгая пружинами, он требует занавесей, портьер и кухонной посуды. Он толкает человека и говорит ему: – Пойди и купи рубель и качалку! – Мне стыдно за тебя, человек! У тебя до сих пор нет ковра! – Работай! Я скоро принесу тебе детей! Тебе нужны деньги на пеленки и колясочку!
18. «

    — А доктор что говорит? — Что доктор! В страхкассе разве доктора? И здорового залечат!

    — А доктор что говорит? — Что доктор! В страхкассе разве доктора? И здорового залечат!
19. «

    Время, — сказал он, — которое мы имеем, — это деньги, которых мы не имеем.

    Время, — сказал он, — которое мы имеем, — это деньги, которых мы не имеем.

    — Остап Бендер · книга
20. «

    Папаша, вы пошлый человек!

    Папаша, вы пошлый человек!

    — Остап Бендер · книга