15 фраз из книги «Ирвин Шоу. Вершина холма», которые запомнились

15 цитат из книги «Ирвин Шоу. Вершина холма» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Эйфория. Даже само слово, одно лишь слово повергает вас в трепет. Оно ассоциируется только с дикой природой — вам не придёт в голову употребить его, говоря об ощущениях, которые можно испытать в современном городе. Восторг, экстаз, но эйфория — никогда. Эйфория требует безмолвия.

   Эйфория. Даже само слово, одно лишь слово повергает вас в трепет. Оно ассоциируется только с дикой природой — вам не придёт в голову употребить его, говоря об ощущениях, которые можно испытать в современном городе. Восторг, экстаз, но эйфория — никогда. Эйфория требует безмолвия.

   — мистер Хеггенер · книга
2. «

   Так устроена жизнь. Я лишь выполняю служебный долг. Мы славимся объективностью, её-то от нас и ждут. Мы консультанты по вопросам управления, а не Армия спасения. Идя на работу, мы оставляем сердца дома.

   Так устроена жизнь. Я лишь выполняю служебный долг. Мы славимся объективностью, её-то от нас и ждут. Мы консультанты по вопросам управления, а не Армия спасения. Идя на работу, мы оставляем сердца дома.

   — Майкл Сторз · книга
3. «

   Каждое следующее поколение находит свой способ сломать себе шею. Новое приключение. Не говоря уж о старом, испытанном — войне.

   Каждое следующее поколение находит свой способ сломать себе шею. Новое приключение. Не говоря уж о старом, испытанном — войне.
4. «

   Гора — не пианино. Летя в пропасть, импровизацией не спасёшься.

   Гора — не пианино. Летя в пропасть, импровизацией не спасёшься.

   — Майкл Сторз · книга
5. «

   У каждого из нас своя пагубная страсть. У вас, у меня, у Евы, у вашей жены. Мы живём этими страстями, и они же приводят нас к гибели. Через них мы выражаем себя, хотя порой нас понимают превратно.

   У каждого из нас своя пагубная страсть. У вас, у меня, у Евы, у вашей жены. Мы живём этими страстями, и они же приводят нас к гибели. Через них мы выражаем себя, хотя порой нас понимают превратно.

   — мистер Хеггенер · книга
6. «

   Я сворачиваюсь, как цветок, при малейшем дуновении ветра.

   Я сворачиваюсь, как цветок, при малейшем дуновении ветра.

   — Майкл Сторз · книга
7. «

   Людям следует носить ярлыки, чтобы все сразу знали, кто есть кто.

   Людям следует носить ярлыки, чтобы все сразу знали, кто есть кто.
8. «

   Он радовался одиночеству, ветру и солёным морским волнам, над которыми парила его душа.

   Он радовался одиночеству, ветру и солёным морским волнам, над которыми парила его душа.
9. «

   Современный мальчишеский стиль её не шёл. Её зрелая женственность, наследие ушедших веков, требовала поклонение, внимание, защиты.

   Современный мальчишеский стиль её не шёл. Её зрелая женственность, наследие ушедших веков, требовала поклонение, внимание, защиты.
10. «

    Так вот, как я говорил... — Майкл заметил, что Хеггенер часто использует это вводное предложение, точно композитор, повторяющий музыкальную фразу, чтобы вернуть слушателей к мелодии, которую он ещё не исчерпал.

    Так вот, как я говорил... — Майкл заметил, что Хеггенер часто использует это вводное предложение, точно композитор, повторяющий музыкальную фразу, чтобы вернуть слушателей к мелодии, которую он ещё не исчерпал.
11. «

    У меня есть одна странность — я люблю самостоятельно распоряжаться собой.

    У меня есть одна странность — я люблю самостоятельно распоряжаться собой.

    — Майкл Сторз · книга
12. «

    Люди всегда влюбляются не в тех, в кого следует.

    Люди всегда влюбляются не в тех, в кого следует.

    — Элсуорт · книга
13. «

    Ох уж этот Нью-Йорк. Его и любишь, и ненавидишь. Всё в нём давит на психику — и хорошее, и плохое. Вечная гонка. Здесь ты мчишься с горы, там твоя душа несётся куда-то. Тут и газет практически не читают. Забываешь, что где-то идёт война, люди убивают друг друга в джунглях. В Нью-Йорке раскроешь «Таймс», и тебе становится неловко от того, что ты в безопасности, отлично накормлен, спишь в мягкой постели; ты начинаешь стыдиться своего благополучия. На улице заглядываешь в лица людей и спрашиваешь себя — как они живут с таким чувством?

    Ох уж этот Нью-Йорк. Его и любишь, и ненавидишь. Всё в нём давит на психику — и хорошее, и плохое. Вечная гонка. Здесь ты мчишься с горы, там твоя душа несётся куда-то. Тут и газет практически не читают. Забываешь, что где-то идёт война, люди убивают друг друга в джунглях. В Нью-Йорке раскроешь «Таймс», и тебе становится неловко от того, что ты в безопасности, отлично накормлен, спишь в мягкой постели; ты начинаешь стыдиться своего благополучия. На улице заглядываешь в лица людей и спрашиваешь себя — как они живут с таким чувством?

    — Майкл Сторз · книга
14. «

    И вообще я не считаю войну приключением. Своей жизнью я готов рисковать, но убивать при этом других — нет.

    И вообще я не считаю войну приключением. Своей жизнью я готов рисковать, но убивать при этом других — нет.

    — Майкл Сторз · книга
15. «

    Женщины для того и существуют, чтобы делать мужчин мягче.

    Женщины для того и существуют, чтобы делать мужчин мягче.

    — Минна · книга