«Ирвин Ялом. Когда Ницше плакал»: 148 цитат

Ниже 148 цитат из книги «Ирвин Ялом. Когда Ницше плакал»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Я на днях придумал неплохой сюжет для романа. Если бы я только мог писать! Представьте себе: мужчина средних лет, недовольный своей жизнью, встречает джинна, который предлагает ему прожить жизнь заново, не забыв при этом ничего из своей предыдущей жизни. Разумеется, он хватается за эту возможность. Но, к своему удивлению и ужасу, обнаруживает, что его вторая жизнь как две капли воды похожа на первую, — он принимает те же решения, совершает те же ошибки, преследует всё те же ложные цели и поклоняется ложным богам.

   Я на днях придумал неплохой сюжет для романа. Если бы я только мог писать! Представьте себе: мужчина средних лет, недовольный своей жизнью, встречает джинна, который предлагает ему прожить жизнь заново, не забыв при этом ничего из своей предыдущей жизни. Разумеется, он хватается за эту возможность. Но, к своему удивлению и ужасу, обнаруживает, что его вторая жизнь как две капли воды похожа на первую, — он принимает те же решения, совершает те же ошибки, преследует всё те же ложные цели и поклоняется ложным богам.

   — доктор Брейер · книга
2. «

   Я никогда не забуду нашу прогулку в Simmeringer Haide. Эта прогулка во многом изменила мою жизнь. Из всего того, что я узнал в тот день, одним из самых мощных озарений стало осознание того факта, что я привязан не к Берте, а к тем личным значениям, которые я приписал ей, и значения эти ничего общего с ней самой не имели. Вы заставили меня понять, что я никогда не знал её по-настоящему, – что никто из нас двоих не знал истинного лица другого. Фридрих, разве вы не можете сказать это и о себе? Думаю, никто ни в чём не виноват. Может, Лу Саломе использовали не меньше, чем вас. Может, все мы – товарищи по несчастью, неспособные увидеть истинной сути друг друга.

   Я никогда не забуду нашу прогулку в Simmeringer Haide. Эта прогулка во многом изменила мою жизнь. Из всего того, что я узнал в тот день, одним из самых мощных озарений стало осознание того факта, что я привязан не к Берте, а к тем личным значениям, которые я приписал ей, и значения эти ничего общего с ней самой не имели. Вы заставили меня понять, что я никогда не знал её по-настоящему, – что никто из нас двоих не знал истинного лица другого. Фридрих, разве вы не можете сказать это и о себе? Думаю, никто ни в чём не виноват. Может, Лу Саломе использовали не меньше, чем вас. Может, все мы – товарищи по несчастью, неспособные увидеть истинной сути друг друга.

   — доктор Брейер · книга
3. «

   — Никто и никогда не делал ничего только для других. Все действия направлены на нас самих, все услуги — это услуги самому себе, любовь может быть только любовью к себе. Кажется, вас удивляет это замечание? Наверное, вы подумали о тех, кого любите. Копните глубже, и вы увидите, что вы любите не их, а любите те приятные ощущения, которые любовь вызывает. Вы любите влечение, а не того, к кому вас влечет.

   — Никто и никогда не делал ничего только для других. Все действия направлены на нас самих, все услуги — это услуги самому себе, любовь может быть только любовью к себе. Кажется, вас удивляет это замечание? Наверное, вы подумали о тех, кого любите. Копните глубже, и вы увидите, что вы любите не их, а любите те приятные ощущения, которые любовь вызывает. Вы любите влечение, а не того, к кому вас влечет.

   — Фридрих Ницше · книга
4. «

   Чтобы вырастить детей, вы должны вырасти сами. Иначе вы будете заводить детей от одиночества, под влиянием животных инстинктов или чтобы законопатить дыры в себе.

   Чтобы вырастить детей, вы должны вырасти сами. Иначе вы будете заводить детей от одиночества, под влиянием животных инстинктов или чтобы законопатить дыры в себе.

   — Фридрих Ницше · книга
5. «

   Умирать трудно. Я всегда думал, что последняя награда мертвеца – это тот факт, что ему больше не надо умирать.

   Умирать трудно. Я всегда думал, что последняя награда мертвеца – это тот факт, что ему больше не надо умирать.

   — Фридрих Ницше · книга
6. «

   У меня бывают мрачные периоды. А у кого их не бывает? Но они не властны надо мной. Это не моя болезнь, это моя жизнь. Можно сказать, что я осмеливаюсь их иметь.

   У меня бывают мрачные периоды. А у кого их не бывает? Но они не властны надо мной. Это не моя болезнь, это моя жизнь. Можно сказать, что я осмеливаюсь их иметь.
7. «

   Я люблю приглашения – но я ненавижу команды!

   Я люблю приглашения – но я ненавижу команды!

   — доктор Брейер · книга
8. «

   Жизнь – это экзамен, где верных ответов быть не может.

   Жизнь – это экзамен, где верных ответов быть не может.

   — доктор Брейер · книга
9. «

   Из всех своих обязанностей я оставила только одну — всегда оставаться свободной. Брак и весь этот антураж обладания и ревности порабощает дух. Я надеюсь, что наступит время, когда мужчины и женщины не будут тиранизировать друг друга своими слабостями.

   Из всех своих обязанностей я оставила только одну — всегда оставаться свободной. Брак и весь этот антураж обладания и ревности порабощает дух. Я надеюсь, что наступит время, когда мужчины и женщины не будут тиранизировать друг друга своими слабостями.
10. «

    Я не могу позволить себе прививать тебе дурные привычки.

    Я не могу позволить себе прививать тебе дурные привычки.
11. «

    Когда никто не слышит, начать орать вполне естественно.

    Когда никто не слышит, начать орать вполне естественно.
12. «

    Вся моя жизнь превратилась в путешествие, и мне начинает казаться, что мой единственный дом, единственное родное место, куда я всегда могу вернуться, – это моя болезнь.

    Вся моя жизнь превратилась в путешествие, и мне начинает казаться, что мой единственный дом, единственное родное место, куда я всегда могу вернуться, – это моя болезнь.

    — Фридрих Ницше · книга
13. «

    Витающий дух неминуемой смерти оказался великим благодеянием: я трудился без отдыха потому, что я боялся, что я умру, не успев закончить работы, которые мне нужно создать. И разве не повышается ценность произведения искусства, когда финал трагичен? Вкус смерти на моих губах дарил мне перспективу и мужество. Это важно – иметь мужество над собой. Профессор ли я? Философ? Кому какое дело?

    Витающий дух неминуемой смерти оказался великим благодеянием: я трудился без отдыха потому, что я боялся, что я умру, не успев закончить работы, которые мне нужно создать. И разве не повышается ценность произведения искусства, когда финал трагичен? Вкус смерти на моих губах дарил мне перспективу и мужество. Это важно – иметь мужество над собой. Профессор ли я? Философ? Кому какое дело?

    — Фридрих Ницше · книга
14. «

    Когда я сказал вам, что никогда не позволял трогать меня, — в тот самый момент я впервые позволил себе быть тронутым.

    Когда я сказал вам, что никогда не позволял трогать меня, — в тот самый момент я впервые позволил себе быть тронутым.

    — Фридрих Ницше · книга
15. «

    ...намного легче прожить с запятнанной репутацией, чем с нечистой совестью.

    ...намного легче прожить с запятнанной репутацией, чем с нечистой совестью.

    — Фридрих Ницше · книга
16. «

    — Но теперь у меня ничего не осталось! — Ничто есть все! Чтобы стать сильным, тебе для начала потребуется пустить корни в ничто и научиться жить в самом одиноком одиночестве.

    — Но теперь у меня ничего не осталось! — Ничто есть все! Чтобы стать сильным, тебе для начала потребуется пустить корни в ничто и научиться жить в самом одиноком одиночестве.
17. «

    По моему мнению, причиной истерии является травматическое событие, которое человек переживает в измененном состоянии сознания.

    По моему мнению, причиной истерии является травматическое событие, которое человек переживает в измененном состоянии сознания.

    — доктор Брейер · книга
18. «

    Он попробовал другой способ, один из приемов беседы, который редко его подводил. «Профессор Ницше, я бы хотел попросить вас описать мне в подробностях один обычный день вашей жизни».

    Он попробовал другой способ, один из приемов беседы, который редко его подводил. «Профессор Ницше, я бы хотел попросить вас описать мне в подробностях один обычный день вашей жизни».
19. «

    Разве вы не видите, Йозеф, что проблема вовсе не в том, что вы ощущаете дискомфорт? Да какое значение имеют напряжение и давление в груди? Разве кто-нибудь когда-нибудь обещал вам, что все будет хорошо? Вы плохо спите? И что с того? Вам кто-нибудь говорил, что вы будете хорошо спать? Нет, проблема не в дискомфорте. Проблема в том, что не те вещи вызывают у вас дискомфорт.

    Разве вы не видите, Йозеф, что проблема вовсе не в том, что вы ощущаете дискомфорт? Да какое значение имеют напряжение и давление в груди? Разве кто-нибудь когда-нибудь обещал вам, что все будет хорошо? Вы плохо спите? И что с того? Вам кто-нибудь говорил, что вы будете хорошо спать? Нет, проблема не в дискомфорте. Проблема в том, что не те вещи вызывают у вас дискомфорт.
20. «

    ... время бесконечно, а запас силы (основного содержания космоса) ограничен. При условии наличия ограниченного количества потенциальных состояний мира и бесконечности прошедшего времени можно сделать вывод о том, что все возможные состояния уже имели место быть и что состояние настоящего момента должно быть повторением, так же, как и то, что породило его, и то, что стало его следствием, и все остальные состояния в прошлом и будущем.

    ... время бесконечно, а запас силы (основного содержания космоса) ограничен. При условии наличия ограниченного количества потенциальных состояний мира и бесконечности прошедшего времени можно сделать вывод о том, что все возможные состояния уже имели место быть и что состояние настоящего момента должно быть повторением, так же, как и то, что породило его, и то, что стало его следствием, и все остальные состояния в прошлом и будущем.

    — Фридрих Ницше · книга