32 цитаты из книги «Кассандра Клэр. Город стекла», которые захочется сохранить

32 цитаты из книги «Кассандра Клэр. Город стекла» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Вот и славно. Просто ты кровью пахнешь. — Новый изысканный аромат, «Порез-о-стекло». — Джейс показал Саймону левую руку: сквозь белые бинты на костяшках проступали бурые пятна.

   — Вот и славно. Просто ты кровью пахнешь. — Новый изысканный аромат, «Порез-о-стекло». — Джейс показал Саймону левую руку: сквозь белые бинты на костяшках проступали бурые пятна.
2. «

   — Он доводится кузеном кое-кому из друзей Лайтвудов. Себастьян хороший и милый. — Милый? Фи, как слабо! Он роскошен! — Магнус мечтательно уставился на Себастьяна. — Оставь его мне. Будет вешалкой для шляп и прочего.

   — Он доводится кузеном кое-кому из друзей Лайтвудов. Себастьян хороший и милый. — Милый? Фи, как слабо! Он роскошен! — Магнус мечтательно уставился на Себастьяна. — Оставь его мне. Будет вешалкой для шляп и прочего.

   — Клэри Фрэй · книга
3. «

   Не сын был мне нужен. Солдат, воин. Я думал, что им станет Джонатан, однако в нем осталось слишком много от демона. Он рос жестоким, неуправляемым, непредсказуемым. Ему с самого детства недоставало терпения и участия, чтобы следовать за мной и вести Конклав по намеченному пути. Тогда я повторил эксперимент на тебе. И снова неудача. Ты родился слишком нежным, не в меру сострадательным. Чувствовал боль других как свою собственную. Ревел, когда умирали твои питомцы. Пойми, сын мой… я любил тебя за эти качества, и они же сделали тебя ненужным.

   Не сын был мне нужен. Солдат, воин. Я думал, что им станет Джонатан, однако в нем осталось слишком много от демона. Он рос жестоким, неуправляемым, непредсказуемым. Ему с самого детства недоставало терпения и участия, чтобы следовать за мной и вести Конклав по намеченному пути. Тогда я повторил эксперимент на тебе. И снова неудача. Ты родился слишком нежным, не в меру сострадательным. Чувствовал боль других как свою собственную. Ревел, когда умирали твои питомцы. Пойми, сын мой… я любил тебя за эти качества, и они же сделали тебя ненужным.

   — Валентин Моргенштерн · книга
4. «

   Порой законы принимают для того, чтобы их нарушить.

   Порой законы принимают для того, чтобы их нарушить.
5. «

   Я люблю тебя и буду любить до самой смерти. И после, если есть жизнь после смерти.

   Я люблю тебя и буду любить до самой смерти. И после, если есть жизнь после смерти.

   — Джейс Вейланд · книга
6. «

   Сожаление — эмоция глупая и бесполезная, не находишь?

   Сожаление — эмоция глупая и бесполезная, не находишь?

   — Магнус Бейн · книга
7. «

   Идет небесная война, вампир, и победит только одна сторона. Мой отец считает победу своей.

   Идет небесная война, вампир, и победит только одна сторона. Мой отец считает победу своей.
8. «

   Правду сколько ни топи, все равно всплывет.

   Правду сколько ни топи, все равно всплывет.

   — Саймон · книга
9. «

   – И вот я стою перед тобой, и ты спрашиваешь, хочу ли я тебя по‑прежнему, не разлюбил ли... не бросил ли то, что придает мне сил. Прежде я не смел отдаваться другим людям – Лайтвудам, Алеку, Изабель, – не смел дарить себя, но... Клэри, с самого первого момента я принадлежу тебе. Если я по‑прежнему нужен.

   – И вот я стою перед тобой, и ты спрашиваешь, хочу ли я тебя по‑прежнему, не разлюбил ли... не бросил ли то, что придает мне сил. Прежде я не смел отдаваться другим людям – Лайтвудам, Алеку, Изабель, – не смел дарить себя, но... Клэри, с самого первого момента я принадлежу тебе. Если я по‑прежнему нужен.

   — Джейс Вейланд · книга
10. «

    Я не ангел. Не возвращаю книги в библиотеку, бесплатно качаю музыку с торрентов и вру маме. Как обычная девчонка.

    Я не ангел. Не возвращаю книги в библиотеку, бесплатно качаю музыку с торрентов и вру маме. Как обычная девчонка.

    — Клэри Фрэй · книга
11. «

    — А на сторожевые башни вообще залезают? Ну, вообще? Алина, посмотрев на Макса, рассмеялась: — С какой стати кому-то залезать на сторожевые башни? Нет, это, во-первых, нелегально, а во-вторых, никому даром не нужно. Ну, Алина! Ну никакого воображения! Изабель одна могла бы назвать кучу поводов залезть на башню. Плюнуть с высоты кому-нибудь на голову — чем не повод?

    — А на сторожевые башни вообще залезают? Ну, вообще? Алина, посмотрев на Макса, рассмеялась: — С какой стати кому-то залезать на сторожевые башни? Нет, это, во-первых, нелегально, а во-вторых, никому даром не нужно. Ну, Алина! Ну никакого воображения! Изабель одна могла бы назвать кучу поводов залезть на башню. Плюнуть с высоты кому-нибудь на голову — чем не повод?

    — Изабель Лайтвуд · книга
12. «

    — Порой я видел в твоих желтых глазах нечто, проблеск разума, не то что у твоей дегенеративной приемной семьи. Но потом я сообразил: это лишь заносчивость, позерство. На самом деле ты столь же туп, сколь и они. Десяток лет хорошего воспитания пропал даром. — Ты не знаешь, как меня воспитывали. — Еще как знаю. — Себастьян опустил руки. — Нас с тобой вырастил один человек. Только от меня потом не стали избавляться. — В каком смысле? — прошептал Джейс. И вдруг, глядя в неподвижное, улыбающееся лицо Себастьяна, он словно заново увидел соперника: белокурые локоны, черные, антрацитовые глаза, жесткие линии лица, будто вырезанные из камня... и в уме представился отцовский лик, каким показывал его ангел: юный, резкий, полный энергии, голода. — Ты... тоже сын Валентина. Мой брат. Себастьян неожиданно переместился Джейсу за спину и, стиснув кулаки, обнял его за плечи. — Здравствуй и прощай, братец, — выплюнул он и сжал объятия, перекрывая Джейсу дыхание.

    — Порой я видел в твоих желтых глазах нечто, проблеск разума, не то что у твоей дегенеративной приемной семьи. Но потом я сообразил: это лишь заносчивость, позерство. На самом деле ты столь же туп, сколь и они. Десяток лет хорошего воспитания пропал даром. — Ты не знаешь, как меня воспитывали. — Еще как знаю. — Себастьян опустил руки. — Нас с тобой вырастил один человек. Только от меня потом не стали избавляться. — В каком смысле? — прошептал Джейс. И вдруг, глядя в неподвижное, улыбающееся лицо Себастьяна, он словно заново увидел соперника: белокурые локоны, черные, антрацитовые глаза, жесткие линии лица, будто вырезанные из камня... и в уме представился отцовский лик, каким показывал его ангел: юный, резкий, полный энергии, голода. — Ты... тоже сын Валентина. Мой брат. Себастьян неожиданно переместился Джейсу за спину и, стиснув кулаки, обнял его за плечи. — Здравствуй и прощай, братец, — выплюнул он и сжал объятия, перекрывая Джейсу дыхание.

    — Себастьян Моргенштерн · книга
13. «

    Единственную вещь, которую вы узнаете, становясь старше <...> является то, что когда люди говорят вам что-то неприятное о себе, это, как правило, правда.

    Единственную вещь, которую вы узнаете, становясь старше <...> является то, что когда люди говорят вам что-то неприятное о себе, это, как правило, правда.
14. «

    Зачем беречь жизнь, если жить неохота? Отчего не рискнуть, если никогда больше счастлив не будешь?

    Зачем беречь жизнь, если жить неохота? Отчего не рискнуть, если никогда больше счастлив не будешь?

    — Джейс Вейланд · книга
15. «

    — Меня вырастила в парижском Институте тетушка, сестра отца Алины. — Ты говоришь по-французски? — вздохнула Изабель. — Вот бы мне иностранный язык выучить! Ходж говорил, с нас хватит древнегреческого и латыни. Кто на них говорит-то?! — Еще я знаю русский, итальянский и немного румынский, — скромно улыбнувшись, добавил Себастьян. — Могу научить фразе-другой.

    — Меня вырастила в парижском Институте тетушка, сестра отца Алины. — Ты говоришь по-французски? — вздохнула Изабель. — Вот бы мне иностранный язык выучить! Ходж говорил, с нас хватит древнегреческого и латыни. Кто на них говорит-то?! — Еще я знаю русский, итальянский и немного румынский, — скромно улыбнувшись, добавил Себастьян. — Могу научить фразе-другой.

    — Себастьян Моргенштерн · книга
16. «

    Джейс сморгнул пот с глаз: — Значит, ты... — Сын Валентина, Джонатан Кристофер Моргенштерн. А ты — призрак, недостойный нашего имени. Притворщик.

    Джейс сморгнул пот с глаз: — Значит, ты... — Сын Валентина, Джонатан Кристофер Моргенштерн. А ты — призрак, недостойный нашего имени. Притворщик.

    — Джейс Вейланд · книга
17. «

    Себастьян говорил: «У человека на спине есть особое место, и если вонзить в него клинок, то можно поразить и сердце, и позвоночник одновременно», — и Джейс подумал: «На девятый день рождения, брат, подарок мы получили одинаковый».

    Себастьян говорил: «У человека на спине есть особое место, и если вонзить в него клинок, то можно поразить и сердце, и позвоночник одновременно», — и Джейс подумал: «На девятый день рождения, брат, подарок мы получили одинаковый».
18. «

    — Давай поговорим о твоих делах сердечных, — сменила тему Клэри. — Что у тебя с Алеком? — Алек отрицает, что между нами что-либо есть, и посему я отрицаю связь между нами точно так же. Вчера он прислал огненное сообщение, прося о помощи, и адресовал его Магу Бейну. Словно мы не знакомы! Алек по-прежнему сохнет по Джейсу, однако ничего хорошего из этого не выйдет. Проблема, о которой ты, конечно, ничегошеньки не знаешь…

    — Давай поговорим о твоих делах сердечных, — сменила тему Клэри. — Что у тебя с Алеком? — Алек отрицает, что между нами что-либо есть, и посему я отрицаю связь между нами точно так же. Вчера он прислал огненное сообщение, прося о помощи, и адресовал его Магу Бейну. Словно мы не знакомы! Алек по-прежнему сохнет по Джейсу, однако ничего хорошего из этого не выйдет. Проблема, о которой ты, конечно, ничегошеньки не знаешь…

    — Клэри Фрэй · книга
19. «

    — ... Однако твой отец выбрал меня. Клэри хотела сказать: «Вот ведь не повезло», — но сдержалась.

    — ... Однако твой отец выбрал меня. Клэри хотела сказать: «Вот ведь не повезло», — но сдержалась.

    — Джослин Фрей · книга
20. «

    Мы брат и сестра. Ты мой родич, моя кровь. Я, по идее, должен защищать тебя. — Джейс беззвучно и невесело рассмеялся. — Защищать от парней, подкатывающих к тебе с дурными намерениями, с какими я сам не прочь к тебе подкатить.

    Мы брат и сестра. Ты мой родич, моя кровь. Я, по идее, должен защищать тебя. — Джейс беззвучно и невесело рассмеялся. — Защищать от парней, подкатывающих к тебе с дурными намерениями, с какими я сам не прочь к тебе подкатить.

    — Джейс Вейланд · книга