77 цитат из книги «Кен Кизи. Над кукушкиным гнездом» — от иронии до философии

77 цитат из книги «Кен Кизи. Над кукушкиным гнездом» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я впервые осознал, что психическое отклонение может наделять тебя силой, силой. Подумать только: пожалуй чем безумнее человек, тем больше власти он может получить.

   Я впервые осознал, что психическое отклонение может наделять тебя силой, силой. Подумать только: пожалуй чем безумнее человек, тем больше власти он может получить.

   — Хардинг · книга
2. «

   Так сорок лет он смог прожить хоть не в самом мире людей, но на его обочине.

   Так сорок лет он смог прожить хоть не в самом мире людей, но на его обочине.
3. «

   Папа говорит, если не будешь осторожным, люди так или иначе заставят тебя делать то, что им хочется, или сделают тебя упрямым как мул, и будешь из вредности делать все наоборот.

   Папа говорит, если не будешь осторожным, люди так или иначе заставят тебя делать то, что им хочется, или сделают тебя упрямым как мул, и будешь из вредности делать все наоборот.

   — «Вождь» Бромден · книга
4. «

   Смотрите, как он скользит, передвигаясь с напаянной улыбкой, приспосабливается к жизни небольшого приятного городка, где на улице как раз роют траншею под водопровод. Ему это доставляет радость. Наконец-то он приведен в соответствие с окружением.

   Смотрите, как он скользит, передвигаясь с напаянной улыбкой, приспосабливается к жизни небольшого приятного городка, где на улице как раз роют траншею под водопровод. Ему это доставляет радость. Наконец-то он приведен в соответствие с окружением.

   — «Вождь» Бромден · книга
5. «

   Лицо без волос, да и на голове их столько, что даже считать не стоит; кажется, что он их когда-то наклеил, а они не держатся и падают, какие — в манжеты, какие — за шиворот, какие — в карман рубашки. Поэтому, наверно, и воротничок носит тугой — чтобы поменьше волос набивалось. Потому, может, и смеется все время, что шею щекочут.

   Лицо без волос, да и на голове их столько, что даже считать не стоит; кажется, что он их когда-то наклеил, а они не держатся и падают, какие — в манжеты, какие — за шиворот, какие — в карман рубашки. Поэтому, наверно, и воротничок носит тугой — чтобы поменьше волос набивалось. Потому, может, и смеется все время, что шею щекочут.

   — «Вождь» Бромден · книга
6. «

   – Вождь, – медленно сказал он, измерив меня взглядом, – когда ты был в своих габаритах, когда в тебе было два метра или два с сантиметрами и сто двадцать, сто тридцать весу, ты бы смог поднять, например, такую штуку, как пульт в ванной? Я припомнил, каков этот пульт. Вряд ли он весил намного больше, чем бочки с маслом, которые я таскал в армии. Я сказал ему, что раньше, наверно, поднял бы. – А если бы опять стал таким же большим, поднял бы? Я сказал ему: – Думаю, да. – Плевать мне, что ты думаешь, я спрашиваю: обещаешь поднять, если я сделаю тебя таким же большим, как раньше? Обещай, и будешь не только получать у меня бесплатно специальные атлетические уроки, но и на рыбалку поедешь бесплатно, никаких десяти долларов! – Он облизнул губы и лег. – И шансы у меня неплохие, ей-богу.

   – Вождь, – медленно сказал он, измерив меня взглядом, – когда ты был в своих габаритах, когда в тебе было два метра или два с сантиметрами и сто двадцать, сто тридцать весу, ты бы смог поднять, например, такую штуку, как пульт в ванной? Я припомнил, каков этот пульт. Вряд ли он весил намного больше, чем бочки с маслом, которые я таскал в армии. Я сказал ему, что раньше, наверно, поднял бы. – А если бы опять стал таким же большим, поднял бы? Я сказал ему: – Думаю, да. – Плевать мне, что ты думаешь, я спрашиваю: обещаешь поднять, если я сделаю тебя таким же большим, как раньше? Обещай, и будешь не только получать у меня бесплатно специальные атлетические уроки, но и на рыбалку поедешь бесплатно, никаких десяти долларов! – Он облизнул губы и лег. – И шансы у меня неплохие, ей-богу.

   — Рэндл Патрик Макмёрфи · книга
7. «

   Ритуал нашего существования основан на том, что сильный становится слабее, пожирая слабого.

   Ритуал нашего существования основан на том, что сильный становится слабее, пожирая слабого.

   — Хардинг · книга
8. «

   Кто бы ни вошел в дверь, это всегда не тот, кого хотелось бы видеть, но надежда остается.

   Кто бы ни вошел в дверь, это всегда не тот, кого хотелось бы видеть, но надежда остается.
9. «

   Перемену в человеке замечаешь после разлуки, а если видишься с ним всё время, изо дня в день, не заметишь, потому что меняется он постепенно.

   Перемену в человеке замечаешь после разлуки, а если видишься с ним всё время, изо дня в день, не заметишь, потому что меняется он постепенно.

   — «Вождь» Бромден · книга
10. «

    Никогда не думал, что душевная болезнь придает субъекту некое могущество — могущество! Подумать только: неужели чем безумнее человек, тем он может быть могущественнее?

    Никогда не думал, что душевная болезнь придает субъекту некое могущество — могущество! Подумать только: неужели чем безумнее человек, тем он может быть могущественнее?
11. «

    У меня странное чувство, будто солнце светит на этих троих ярче прежнего. Все остальное выглядит как обычно — куры возятся в траве на крышах глиняных домов, кузнечики прыгают с куста на куст, детишки полынными метелками сгоняют мух с вяленой рыбы, и они поднимаются черными облаками, — все, как обыкновенно в летний день. Кроме солнца, а оно светит на трех приезжих в сто раз ярче, и я вижу... Швы, где они составлены. И почти вижу внутри у них аппарат, который принимает мои слова, пробует засунуть их туда и сюда, поворачивает так и этак, а когда не находит для них удобного готового места, отбрасывает, будто их и не говорили.

    У меня странное чувство, будто солнце светит на этих троих ярче прежнего. Все остальное выглядит как обычно — куры возятся в траве на крышах глиняных домов, кузнечики прыгают с куста на куст, детишки полынными метелками сгоняют мух с вяленой рыбы, и они поднимаются черными облаками, — все, как обыкновенно в летний день. Кроме солнца, а оно светит на трех приезжих в сто раз ярче, и я вижу... Швы, где они составлены. И почти вижу внутри у них аппарат, который принимает мои слова, пробует засунуть их туда и сюда, поворачивает так и этак, а когда не находит для них удобного готового места, отбрасывает, будто их и не говорили.

    — «Вождь» Бромден · книга
12. «

    Обошла всю уборную, качая головой и говоря: «Нет, это безобразие...безобразие...» возле каждой раковины. Макмерфи шёл рядом с ней, моргал, потупясь, и приговаривал в ответ: «Нет, это писсуар... писсуар...»

    Обошла всю уборную, качая головой и говоря: «Нет, это безобразие...безобразие...» возле каждой раковины. Макмерфи шёл рядом с ней, моргал, потупясь, и приговаривал в ответ: «Нет, это писсуар... писсуар...»
13. «

    Случается, иногда приходится спрятать гордость подальше и подумать о собственной шкуре.

    Случается, иногда приходится спрятать гордость подальше и подумать о собственной шкуре.

    — Рэндл Патрик Макмёрфи · книга
14. «

    Кто на запад — ни пера, на восток — ни пуха, ну а кто-то пролетел над гнездом кукухи...

    Кто на запад — ни пера, на восток — ни пуха, ну а кто-то пролетел над гнездом кукухи...
15. «

    Когда глаза закрыты, в тебе труднее разобраться.

    Когда глаза закрыты, в тебе труднее разобраться.
16. «

    Ты сказал мне, папа: «Когда умру, пришпиль меня к небу».

    Ты сказал мне, папа: «Когда умру, пришпиль меня к небу».

    — «Вождь» Бромден · книга
17. «

    Хороший игрок всегда помнит это правило: к игре присмотрись, а потом уж за карты берись.

    Хороший игрок всегда помнит это правило: к игре присмотрись, а потом уж за карты берись.

    — «Вождь» Бромден · книга
18. «

    По-прежнему он иногда встает и качает головой, и докладывает, как он устал, но это уже не жалоба, не оправдание и не предупреждение — все давно кончено; это как старинные часы, которые времени не показывают, но все еще ходят, стрелки согнуты бог знает как, цифры на циферблате стерлись, звонок заглох от ржавчины — старые ненужные часы, они еще тикают и хрипят, но без всякого смысла.

    По-прежнему он иногда встает и качает головой, и докладывает, как он устал, но это уже не жалоба, не оправдание и не предупреждение — все давно кончено; это как старинные часы, которые времени не показывают, но все еще ходят, стрелки согнуты бог знает как, цифры на циферблате стерлись, звонок заглох от ржавчины — старые ненужные часы, они еще тикают и хрипят, но без всякого смысла.

    — «Вождь» Бромден · книга
19. «

    Если быть мне теперь психом, то буду, черт возьми, самым отъявленным и заядлым.

    Если быть мне теперь психом, то буду, черт возьми, самым отъявленным и заядлым.

    — Рэндл Патрик Макмёрфи · книга
20. «

    ...они отправились в коридор танцевать вальс под музыку, которой никто не слышал.

    ...они отправились в коридор танцевать вальс под музыку, которой никто не слышал.

    — «Вождь» Бромден · книга