«Колин Маккалоу. Поющие в терновнике»: 43 цитаты

Ниже 43 цитаты из книги «Колин Маккалоу. Поющие в терновнике»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   И она всё твердила себе: всё пройдёт, время исцеляет раны, — но не верила в это.

   И она всё твердила себе: всё пройдёт, время исцеляет раны, — но не верила в это.

   — Мэганн «Мэгги» Клири · книга
2. «

   А завтра утром я стану служить мессу. Но до утра еще далеко, и волшебства в службе давно не осталось. А сейчас — только ночь и Мэгги. Желанная. И это тоже — святое причастие.

   А завтра утром я стану служить мессу. Но до утра еще далеко, и волшебства в службе давно не осталось. А сейчас — только ночь и Мэгги. Желанная. И это тоже — святое причастие.
3. «

   Есть мужчины, в чьей жизни женщинам нет места.

   Есть мужчины, в чьей жизни женщинам нет места.
4. «

   Едва ли хоть один человек способен рассудить, что тяжелей — неосознанное томление, неразлучное с беспокойством и взвинченностью, или ясное и определенное желание, упрямо стремящееся к утолению.

   Едва ли хоть один человек способен рассудить, что тяжелей — неосознанное томление, неразлучное с беспокойством и взвинченностью, или ясное и определенное желание, упрямо стремящееся к утолению.

   — Джастина О’Нил · книга
5. «

   Что толку томиться по человеку, если он все равно твоим никогда не будет?

   Что толку томиться по человеку, если он все равно твоим никогда не будет?
6. «

   В жизни, кажется, только и осталось, что мухи да пыль.

   В жизни, кажется, только и осталось, что мухи да пыль.
7. «

   Она слишком хорошо знала сына и не сомневалась: одно её слово — и он снова будет здесь, а значит, никогда у неё не вырвется это слово. Если дни ее долги и горьки, ибо она потерпела поражение, терпеть надо молча.

   Она слишком хорошо знала сына и не сомневалась: одно её слово — и он снова будет здесь, а значит, никогда у неё не вырвется это слово. Если дни ее долги и горьки, ибо она потерпела поражение, терпеть надо молча.
8. «

   Ну что поделаешь, если девчонка с таким норовом. Вот заявит сейчас, что едет в Сиднейский бордель изучать на практике профессию шлюхи — и то её, пожалуй, не отговоришь. Ох уж это милейшее чудовище Джастина, сущая казнь египетская.

   Ну что поделаешь, если девчонка с таким норовом. Вот заявит сейчас, что едет в Сиднейский бордель изучать на практике профессию шлюхи — и то её, пожалуй, не отговоришь. Ох уж это милейшее чудовище Джастина, сущая казнь египетская.

   — Мэгги О'Нил · книга
9. «

   Совершенство в чем бы то ни было — скука смертная! Что до меня, я предпочитаю толику несовершенства.

   Совершенство в чем бы то ни было — скука смертная! Что до меня, я предпочитаю толику несовершенства.

   — Мэри Карсон · книга
10. «

    — Вы ее любите! — с удивлением сказала Энн. — Всегда любил. — Какое несчастье для вас обоих.

    — Вы ее любите! — с удивлением сказала Энн. — Всегда любил. — Какое несчастье для вас обоих.
11. «

    Это было сказано вежливо, холодно, беспощадно.

    Это было сказано вежливо, холодно, беспощадно.
12. «

    Вот почему плохо, когда ты остров; забываешь, что и за пределами твоих берегов что-то происходит.

    Вот почему плохо, когда ты остров; забываешь, что и за пределами твоих берегов что-то происходит.
13. «

    Сказать «да», отдать себя в его власть, а потом видеть, как он убедится, насколько она несостоятельна, и отшатнется? Невыносимо! Он поймет, какая она на самом деле, и это убьет его любовь. Невыносимо — согласиться и под конец быть отвергнутой раз и навсегда. Куда лучше отвергнуть самой.

    Сказать «да», отдать себя в его власть, а потом видеть, как он убедится, насколько она несостоятельна, и отшатнется? Невыносимо! Он поймет, какая она на самом деле, и это убьет его любовь. Невыносимо — согласиться и под конец быть отвергнутой раз и навсегда. Куда лучше отвергнуть самой.

    — Джастина О’Нил · книга
14. «

    Тот, кому нечего терять, может всего добиться, того, кто не чувствителен к боли, ничто не ранит.

    Тот, кому нечего терять, может всего добиться, того, кто не чувствителен к боли, ничто не ранит.
15. «

    Она подошла, перешагнула через низенькую белую ограду, так близко подошла, что он уже ничего не видит — одни глаза её, серые, полные света глаза, всё такие же прекрасные, и все та же у них власть над его сердцем.

    Она подошла, перешагнула через низенькую белую ограду, так близко подошла, что он уже ничего не видит — одни глаза её, серые, полные света глаза, всё такие же прекрасные, и все та же у них власть над его сердцем.
16. «

    Не понимаю, откуда у тебя такая власть над моим несуществующим сердцем?

    Не понимаю, откуда у тебя такая власть над моим несуществующим сердцем?

    — Ральф де Брикассар · книга
17. «

    Любопытно, очень многие священнослужители прекрасны, как Адонис, и влекут к себе женщин неодолимо, как Дон-Жуан. Быть может, они потому и дают обет безбрачия, что боятся — не довело бы до беды такое обаяние?

    Любопытно, очень многие священнослужители прекрасны, как Адонис, и влекут к себе женщин неодолимо, как Дон-Жуан. Быть может, они потому и дают обет безбрачия, что боятся — не довело бы до беды такое обаяние?

    — леди Мэри Тэлбот (Кроули) · книга
18. «

    Если бы он мог заплакать или убить кого-нибудь! Что угодно, лишь бы избавиться от этой боли!

    Если бы он мог заплакать или убить кого-нибудь! Что угодно, лишь бы избавиться от этой боли!
19. «

    Почему она не может быть непорочно святой, чистой и незапятнанной, как сама богоматерь, почему не стоит выше этого, пусть даже в этом виновны все женщины на всем свете! А она прямо и открыто подтверждает, что виновна, — от этого можно сойти с ума.

    Почему она не может быть непорочно святой, чистой и незапятнанной, как сама богоматерь, почему не стоит выше этого, пусть даже в этом виновны все женщины на всем свете! А она прямо и открыто подтверждает, что виновна, — от этого можно сойти с ума.
20. «

    Сейчас он не помнил, что отказался от неё когда то, что другой провел её до конца по пути, которому он положил начало, который сам избрал для неё и для себя, ведь она — его гибель, его роза, его творение. Сон, от которого ему уже не пробудиться, пока он — человек из плоти и крови.

    Сейчас он не помнил, что отказался от неё когда то, что другой провел её до конца по пути, которому он положил начало, который сам избрал для неё и для себя, ведь она — его гибель, его роза, его творение. Сон, от которого ему уже не пробудиться, пока он — человек из плоти и крови.