20 фраз из книги «Ксения Власова. Избушка на костях» — избранное

Собрали 20 цитат из книги «Ксения Власова. Избушка на костях» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   — Людские сплетни, как отрава, проникают в кровь, — со вздохом ответила Яга. Она выдержала небольшую паузу, что-то обдумывая, а затем, будто сплеча рубя, резко продолжила: — Вот ты думаешь, что тебя они не коснулись, но нет. Стоит лишь намёку появиться, и ты с готовностью вспоминаешь всё то, о чём шептались за спиной.

   — Людские сплетни, как отрава, проникают в кровь, — со вздохом ответила Яга. Она выдержала небольшую паузу, что-то обдумывая, а затем, будто сплеча рубя, резко продолжила: — Вот ты думаешь, что тебя они не коснулись, но нет. Стоит лишь намёку появиться, и ты с готовностью вспоминаешь всё то, о чём шептались за спиной.

   — Яга · книга
2. «

   Человеческая сила – слишком могучая, она пускает корни в душу так глубоко, что вырвать их можно разве что с мясом. Рана зарубцуется, но внутри всё равно останется пустота.

   Человеческая сила – слишком могучая, она пускает корни в душу так глубоко, что вырвать их можно разве что с мясом. Рана зарубцуется, но внутри всё равно останется пустота.

   — Василиса · книга
3. «

   Выбор. Такое простое короткое слово. Почему же оно такой тяжестью ложится на плечи?

   Выбор. Такое простое короткое слово. Почему же оно такой тяжестью ложится на плечи?

   — Василиса · книга
4. «

   — Свои желания надобно осознавать и удовлетворять! А то засунешь их под кровать пылиться, и выберутся они оттуда спустя пару сенокосов голодными тёмными чудищами…

   — Свои желания надобно осознавать и удовлетворять! А то засунешь их под кровать пылиться, и выберутся они оттуда спустя пару сенокосов голодными тёмными чудищами…

   — Кощей · книга
5. «

   — Душа не тело, к ней подорожник не приложишь.

   — Душа не тело, к ней подорожник не приложишь.

   — Яга · книга
6. «

   Уже смирилась, что есть вещи, познать которые удастся лишь к определённому часу. Пробил он или нет – решать зачастую не мне.

   Уже смирилась, что есть вещи, познать которые удастся лишь к определённому часу. Пробил он или нет – решать зачастую не мне.

   — Василиса · книга
7. «

   Ясный спокойный взгляд Яги сказал не меньше, чем слова. Даже больше, потому что не был ограничен мучительным подбором формы, неизменно срезающей часть сути.

   Ясный спокойный взгляд Яги сказал не меньше, чем слова. Даже больше, потому что не был ограничен мучительным подбором формы, неизменно срезающей часть сути.

   — Василиса · книга
8. «

   И впредь запомни: дари щедро, проси смело. Не унижайся, не тешь самолюбие того, кто хочет с тобой поиграться.

   И впредь запомни: дари щедро, проси смело. Не унижайся, не тешь самолюбие того, кто хочет с тобой поиграться.

   — Яга · книга
9. «

   Человеческая природа – она… вездесущая, суетная. Поглощает тебя, пожирает, точно огонь сухую ветку.

   Человеческая природа – она… вездесущая, суетная. Поглощает тебя, пожирает, точно огонь сухую ветку.

   — Тимор · книга
10. «

    Обжигающая горло сладость, смешанная с нотками горечи, — вот что такое мои чувства к Тиму.

    Обжигающая горло сладость, смешанная с нотками горечи, — вот что такое мои чувства к Тиму.

    — Василиса · книга
11. «

    — Когда говорим о любви, всегда подразумеваем влюблённость. А между тем самая крепкая любовь, ничем не рушимая, она – родительская.

    — Когда говорим о любви, всегда подразумеваем влюблённость. А между тем самая крепкая любовь, ничем не рушимая, она – родительская.

    — Яга · книга
12. «

    — Не научишь ты его ничему. Мы все трое повернули головы в его сторону. — А я и не намерена учить. – Яга громко фыркнула. – Учит жизнь, а я у неё так, на побегушках.

    — Не научишь ты его ничему. Мы все трое повернули головы в его сторону. — А я и не намерена учить. – Яга громко фыркнула. – Учит жизнь, а я у неё так, на побегушках.

    — Яга · книга
13. «

    Проплакаться – иногда лучшее лекарство, горькое, но необходимое.

    Проплакаться – иногда лучшее лекарство, горькое, но необходимое.

    — Василиса · книга
14. «

    Позволь сердцу указать путь. Разум обманет, сердце – никогда.

    Позволь сердцу указать путь. Разум обманет, сердце – никогда.

    — Яга · книга
15. «

    Я вздрогнула, но не обернулась и шага не ускорила. Подумаешь, слова. Они не собаки, не укусят. Камни, летящие в спину, ранят гораздо больнее.

    Я вздрогнула, но не обернулась и шага не ускорила. Подумаешь, слова. Они не собаки, не укусят. Камни, летящие в спину, ранят гораздо больнее.

    — Василиса · книга
16. «

    — Себя выбирай, не других, — с лёгким укором обронила Яга. Она всё также сидела на лавке, словно с её вопроса прошло несколько мгновений, а не утекло несколько лет, как мне показалось. – Прежде чем чужую ношу брать, убедись, что своя не придавит.

    — Себя выбирай, не других, — с лёгким укором обронила Яга. Она всё также сидела на лавке, словно с её вопроса прошло несколько мгновений, а не утекло несколько лет, как мне показалось. – Прежде чем чужую ношу брать, убедись, что своя не придавит.

    — Яга · книга
17. «

    — Огонь помимо тепла даёт свет. А где он, там и его обратная сторона – тень. Одно немыслимо без другого, как день и ночь. <...> — Люди забывают об этом, — продолжил Кощей, с кривой усмешкой поглядывая мне за плечо. – Они цепляются за свет и гонят от себя тьму, тем самым не принимая ровно половину и себя, и мира.

    — Огонь помимо тепла даёт свет. А где он, там и его обратная сторона – тень. Одно немыслимо без другого, как день и ночь. <...> — Люди забывают об этом, — продолжил Кощей, с кривой усмешкой поглядывая мне за плечо. – Они цепляются за свет и гонят от себя тьму, тем самым не принимая ровно половину и себя, и мира.

    — Кощей · книга
18. «

    Что ни взмах руки, то отголосок танца, чарующего своей естественной, природной простотой: никакой искусственности, никакой лихо закрученной надуманности, за которой так любят скрывать пустоту.

    Что ни взмах руки, то отголосок танца, чарующего своей естественной, природной простотой: никакой искусственности, никакой лихо закрученной надуманности, за которой так любят скрывать пустоту.

    — Василиса · книга
19. «

    — Не чувствую в себе беды. Слева послышался тихий, беззлобный смешок Кощея. — Кто же её в себе чувствует, свет души моей? – Он поднял кубок со сбитнем из калины и хмыкнул: — Люди всё больше по сторонам рыщут, думают, лихо – оно снаружи. Мало кто понимает, что беда внутри скрывается, как медведь в берлоге.

    — Не чувствую в себе беды. Слева послышался тихий, беззлобный смешок Кощея. — Кто же её в себе чувствует, свет души моей? – Он поднял кубок со сбитнем из калины и хмыкнул: — Люди всё больше по сторонам рыщут, думают, лихо – оно снаружи. Мало кто понимает, что беда внутри скрывается, как медведь в берлоге.

    — Василиса · книга
20. «

    — Один из главных ведьмовских уроков – это терпение. С такой силой, как у нас, сгоряча всякое можно навертеть… Сделаешь, остынешь, пожалеешь, а уже ничего не воротить. Поэтому первое, чему научить тебя надобно, — умению стоять и смотреть. Не бросаться что-то делать, а думать, выжидать, наблюдать.

    — Один из главных ведьмовских уроков – это терпение. С такой силой, как у нас, сгоряча всякое можно навертеть… Сделаешь, остынешь, пожалеешь, а уже ничего не воротить. Поэтому первое, чему научить тебя надобно, — умению стоять и смотреть. Не бросаться что-то делать, а думать, выжидать, наблюдать.

    — Яга · книга