31 цитата из книги «Ксения Власова. Избушка на костях» — от иронии до философии

Собрали 31 цитата из книги «Ксения Власова. Избушка на костях» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   И впредь запомни: дари щедро, проси смело. Не унижайся, не тешь самолюбие того, кто хочет с тобой поиграться.

   И впредь запомни: дари щедро, проси смело. Не унижайся, не тешь самолюбие того, кто хочет с тобой поиграться.

   — Яга · книга
2. «

   — Один из главных ведьмовских уроков – это терпение. С такой силой, как у нас, сгоряча всякое можно навертеть… Сделаешь, остынешь, пожалеешь, а уже ничего не воротить. Поэтому первое, чему научить тебя надобно, — умению стоять и смотреть. Не бросаться что-то делать, а думать, выжидать, наблюдать.

   — Один из главных ведьмовских уроков – это терпение. С такой силой, как у нас, сгоряча всякое можно навертеть… Сделаешь, остынешь, пожалеешь, а уже ничего не воротить. Поэтому первое, чему научить тебя надобно, — умению стоять и смотреть. Не бросаться что-то делать, а думать, выжидать, наблюдать.

   — Яга · книга
3. «

   — Огонь помимо тепла даёт свет. А где он, там и его обратная сторона – тень. Одно немыслимо без другого, как день и ночь. <...> — Люди забывают об этом, — продолжил Кощей, с кривой усмешкой поглядывая мне за плечо. – Они цепляются за свет и гонят от себя тьму, тем самым не принимая ровно половину и себя, и мира.

   — Огонь помимо тепла даёт свет. А где он, там и его обратная сторона – тень. Одно немыслимо без другого, как день и ночь. <...> — Люди забывают об этом, — продолжил Кощей, с кривой усмешкой поглядывая мне за плечо. – Они цепляются за свет и гонят от себя тьму, тем самым не принимая ровно половину и себя, и мира.

   — Кощей · книга
4. «

   Обжигающая горло сладость, смешанная с нотками горечи, — вот что такое мои чувства к Тиму.

   Обжигающая горло сладость, смешанная с нотками горечи, — вот что такое мои чувства к Тиму.

   — Василиса · книга
5. «

   Есть такие знания, свет очей моих, которые надобно самому обрести.

   Есть такие знания, свет очей моих, которые надобно самому обрести.

   — Кощей · книга
6. «

   Я вздрогнула, но не обернулась и шага не ускорила. Подумаешь, слова. Они не собаки, не укусят. Камни, летящие в спину, ранят гораздо больнее.

   Я вздрогнула, но не обернулась и шага не ускорила. Подумаешь, слова. Они не собаки, не укусят. Камни, летящие в спину, ранят гораздо больнее.

   — Василиса · книга
7. «

   — Людские сплетни, как отрава, проникают в кровь, — со вздохом ответила Яга. Она выдержала небольшую паузу, что-то обдумывая, а затем, будто сплеча рубя, резко продолжила: — Вот ты думаешь, что тебя они не коснулись, но нет. Стоит лишь намёку появиться, и ты с готовностью вспоминаешь всё то, о чём шептались за спиной.

   — Людские сплетни, как отрава, проникают в кровь, — со вздохом ответила Яга. Она выдержала небольшую паузу, что-то обдумывая, а затем, будто сплеча рубя, резко продолжила: — Вот ты думаешь, что тебя они не коснулись, но нет. Стоит лишь намёку появиться, и ты с готовностью вспоминаешь всё то, о чём шептались за спиной.

   — Яга · книга
8. «

   Яга роняет слова, словно драгоценные камни, — осторожно и с лёгкой неохотой, а потому скажет столько, сколько мне надобно знать: ни больше и ни меньше.

   Яга роняет слова, словно драгоценные камни, — осторожно и с лёгкой неохотой, а потому скажет столько, сколько мне надобно знать: ни больше и ни меньше.

   — Василиса · книга
9. «

   Человеческая сила – слишком могучая, она пускает корни в душу так глубоко, что вырвать их можно разве что с мясом. Рана зарубцуется, но внутри всё равно останется пустота.

   Человеческая сила – слишком могучая, она пускает корни в душу так глубоко, что вырвать их можно разве что с мясом. Рана зарубцуется, но внутри всё равно останется пустота.

   — Василиса · книга
10. «

    Выбор. Такое простое короткое слово. Почему же оно такой тяжестью ложится на плечи?

    Выбор. Такое простое короткое слово. Почему же оно такой тяжестью ложится на плечи?

    — Василиса · книга
11. «

    — Душа не тело, к ней подорожник не приложишь.

    — Душа не тело, к ней подорожник не приложишь.

    — Яга · книга
12. «

    Слова, это знания, Василиса. Не все из них мы готовы постичь прямо сейчас, потому что часть из них лучше вобрать в память, нанизать на шнурок, как продырявленные монетки, и отложить. Настанет час, и ты, перебирая эти монетки, найдёшь нужную. А постигнув её смысл, ещё и расплатишься ею. Всему своё время, так ведь говорят люди?

    Слова, это знания, Василиса. Не все из них мы готовы постичь прямо сейчас, потому что часть из них лучше вобрать в память, нанизать на шнурок, как продырявленные монетки, и отложить. Настанет час, и ты, перебирая эти монетки, найдёшь нужную. А постигнув её смысл, ещё и расплатишься ею. Всему своё время, так ведь говорят люди?

    — Красно Солнышко · книга
13. «

    Хлеб – всему голова. С любовью выпеченный, он ведь не только телесный голод утоляет, но и печаль облегчает, согревает в тоске, даёт жизнь и продлевает её. Нет лучше угощения для водяного, позабывшего в себе всё человеческое и смутно скучающего по минувшему.

    Хлеб – всему голова. С любовью выпеченный, он ведь не только телесный голод утоляет, но и печаль облегчает, согревает в тоске, даёт жизнь и продлевает её. Нет лучше угощения для водяного, позабывшего в себе всё человеческое и смутно скучающего по минувшему.

    — Яга · книга
14. «

    — Не научишь ты его ничему. Мы все трое повернули головы в его сторону. — А я и не намерена учить. – Яга громко фыркнула. – Учит жизнь, а я у неё так, на побегушках.

    — Не научишь ты его ничему. Мы все трое повернули головы в его сторону. — А я и не намерена учить. – Яга громко фыркнула. – Учит жизнь, а я у неё так, на побегушках.

    — Яга · книга
15. «

    Невыносимо, когда кто-то настолько хорошо чует твою боль, будто сам её разделяет.

    Невыносимо, когда кто-то настолько хорошо чует твою боль, будто сам её разделяет.

    — Василиса · книга
16. «

    Позволь сердцу указать путь. Разум обманет, сердце – никогда.

    Позволь сердцу указать путь. Разум обманет, сердце – никогда.

    — Яга · книга
17. «

    — Знания, девонька, они бывают разные, — негромко ответила Яга, вернувшись к нарезанию свежей травы. Перезвон серебряных браслетов сопроводил её слова лёгкой мелодией. – Те, что от человека к человеку передаются или, скажем, от ведьмы к ведьме, — живые знания. Они семейные, тянущиеся с рода, приобретённые кровью поколений. В них скрыта связь плоти от плоти, чрева от чрева. Но они – то, что таится внутри нас. А вот книги – те о знаниях внешнего мира, мёртвого. И кажется, что одно важнее другого, но нет. <…> … Одно без другого, что день без ночи. Для настоящей силы надобно и первое, и второе. Не зря водица тоже бывает и живой, и мёртвой.

    — Знания, девонька, они бывают разные, — негромко ответила Яга, вернувшись к нарезанию свежей травы. Перезвон серебряных браслетов сопроводил её слова лёгкой мелодией. – Те, что от человека к человеку передаются или, скажем, от ведьмы к ведьме, — живые знания. Они семейные, тянущиеся с рода, приобретённые кровью поколений. В них скрыта связь плоти от плоти, чрева от чрева. Но они – то, что таится внутри нас. А вот книги – те о знаниях внешнего мира, мёртвого. И кажется, что одно важнее другого, но нет. <…> … Одно без другого, что день без ночи. Для настоящей силы надобно и первое, и второе. Не зря водица тоже бывает и живой, и мёртвой.

    — Яга · книга
18. «

    Человеческая природа – она… вездесущая, суетная. Поглощает тебя, пожирает, точно огонь сухую ветку.

    Человеческая природа – она… вездесущая, суетная. Поглощает тебя, пожирает, точно огонь сухую ветку.

    — Тимор · книга
19. «

    — Когда говорим о любви, всегда подразумеваем влюблённость. А между тем самая крепкая любовь, ничем не рушимая, она – родительская.

    — Когда говорим о любви, всегда подразумеваем влюблённость. А между тем самая крепкая любовь, ничем не рушимая, она – родительская.

    — Яга · книга
20. «

    Уже смирилась, что есть вещи, познать которые удастся лишь к определённому часу. Пробил он или нет – решать зачастую не мне.

    Уже смирилась, что есть вещи, познать которые удастся лишь к определённому часу. Пробил он или нет – решать зачастую не мне.

    — Василиса · книга