Топ-32 цитаты из книги «Ларс Соби Кристенсен. Полубрат»

32 цитаты из книги «Ларс Соби Кристенсен. Полубрат» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Нет в мире ничего идеального, всё всегда с изъяном, в счастье, радости, красоте непременно или таится подвох, или чего-то для безупречной полноты не хватает, а всеобъемлюща одна лишь бесполезная мысль о невозможности совершенства.

   Нет в мире ничего идеального, всё всегда с изъяном, в счастье, радости, красоте непременно или таится подвох, или чего-то для безупречной полноты не хватает, а всеобъемлюща одна лишь бесполезная мысль о невозможности совершенства.

   — Барнум · книга
2. «

   Нет, все же невозможно описать то, как это было в первый раз, потому что ты делаешь это постфактум, в другое время, в другом свете. Видимо, воспоминания — как марки, они не соответствуют первоначальной стоимости, а медленно, но верно растут в цене в твоей личной коллекции.

   Нет, все же невозможно описать то, как это было в первый раз, потому что ты делаешь это постфактум, в другое время, в другом свете. Видимо, воспоминания — как марки, они не соответствуют первоначальной стоимости, а медленно, но верно растут в цене в твоей личной коллекции.

   — Барнум · книга
3. «

   Ждать — это искусство, овладевают им медленно, а учитель один — всё то же время.

   Ждать — это искусство, овладевают им медленно, а учитель один — всё то же время.
4. «

   Женщину можно понять от силы на два процента, но и на эту малость надо положить жизнь.

   Женщину можно понять от силы на два процента, но и на эту малость надо положить жизнь.
5. «

   Сколько же у нас лиц, мы все время надеваем новое, мы таскаем с собой столько лиц и имен, сколько можем унести.

   Сколько же у нас лиц, мы все время надеваем новое, мы таскаем с собой столько лиц и имен, сколько можем унести.
6. «

   Иногда я даже думал, что хорошо бы мы все вправду онемели, заразились афазией, раз набралось столько вещей, о которых всё равно не стоит говорить.

   Иногда я даже думал, что хорошо бы мы все вправду онемели, заразились афазией, раз набралось столько вещей, о которых всё равно не стоит говорить.

   — Барнум · книга
7. «

   Жизнь состояла не только из бальных фраков и медленных вальсов. В жизни ещё приходится ждать тех, кто не вернётся никогда.

   Жизнь состояла не только из бальных фраков и медленных вальсов. В жизни ещё приходится ждать тех, кто не вернётся никогда.
8. «

   Жалость — всего лишь разновидность презрения.

   Жалость — всего лишь разновидность презрения.
9. «

   Ждать напрасно — это просто откладывать жизнь. Я знаю, что говорю. Я ждала столько лет, что теперь поздно отчаиваться. Вот и жду. Это смерть в рассрочку, вот что это такое.

   Ждать напрасно — это просто откладывать жизнь. Я знаю, что говорю. Я ждала столько лет, что теперь поздно отчаиваться. Вот и жду. Это смерть в рассрочку, вот что это такое.
10. «

    Нелегко вынести, если человек умер, а всё продолжается своим чередом, будто и не было его.

    Нелегко вынести, если человек умер, а всё продолжается своим чередом, будто и не было его.
11. «

    Он смотрит на ветер. Ветер всегда разный. Он как широкая река, протекающая через его Вселенную.

    Он смотрит на ветер. Ветер всегда разный. Он как широкая река, протекающая через его Вселенную.
12. «

    От его молчания пустели улицы и города.

    От его молчания пустели улицы и города.
13. «

    Это было не затишье перед бурей. Это было то безмолвие, которое заставляет кошку ощериваться и ёжиться задолго до того, как упадёт первая капля дождя.

    Это было не затишье перед бурей. Это было то безмолвие, которое заставляет кошку ощериваться и ёжиться задолго до того, как упадёт первая капля дождя.
14. «

    Она рассмеялась, это был смех, выдержанный в виски, просмолённый и ошкуренный наждаком.

    Она рассмеялась, это был смех, выдержанный в виски, просмолённый и ошкуренный наждаком.
15. «

    Раньше панацеей служил свежий воздух. Теперь от всего лечит время.

    Раньше панацеей служил свежий воздух. Теперь от всего лечит время.
16. «

    Как выжить, если твоя мама несчастна и всё ей безразлично? Она сердится на нас, это понятно, хотя чем мы провинились?

    Как выжить, если твоя мама несчастна и всё ей безразлично? Она сердится на нас, это понятно, хотя чем мы провинились?
17. «

    Когда я бережно приоткрываю завесу моих воспоминаний и извлекаю на свет поэтичные интригующие моменты из моего прошлого, мне неминуемо приходится выслушивать, что то, чего человек не в силах представить в настоящем времени, в реальной твёрдой валюте, по большей части оказывается дерьмом и пустыми претензиями...

    Когда я бережно приоткрываю завесу моих воспоминаний и извлекаю на свет поэтичные интригующие моменты из моего прошлого, мне неминуемо приходится выслушивать, что то, чего человек не в силах представить в настоящем времени, в реальной твёрдой валюте, по большей части оказывается дерьмом и пустыми претензиями...
18. «

    Лампа на потолке разбилась, но Фред предусмотрел и это. У него оказался фонарик, который он взял в рот, чтобы нести и светить одновременно. Я бы, конечно, о свете не подумал. Зато я и не являюсь домой за полночь с гробом на саночках.

    Лампа на потолке разбилась, но Фред предусмотрел и это. У него оказался фонарик, который он взял в рот, чтобы нести и светить одновременно. Я бы, конечно, о свете не подумал. Зато я и не являюсь домой за полночь с гробом на саночках.

    — Барнум · книга
19. «

    Получив немного, ты хочешь больше. Обретя больше, ты живёшь мечтой об обладании всем.

    Получив немного, ты хочешь больше. Обретя больше, ты живёшь мечтой об обладании всем.
20. «

    Мы ничего не видим и не слышим, полжизни мы спим мертвецким сном, а оставшееся время убиваем на застилание кроватей.

    Мы ничего не видим и не слышим, полжизни мы спим мертвецким сном, а оставшееся время убиваем на застилание кроватей.