23 цитаты из книги «Лейла Мичем. Знак розы» — от иронии до философии

23 цитаты из книги «Лейла Мичем. Знак розы» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Помни об одном: то, что ты не можешь изменить, следует принять. А приняв — особенно если они будут счастливы вдвоем, — ты обретешь способность простить себя.

   Помни об одном: то, что ты не можешь изменить, следует принять. А приняв — особенно если они будут счастливы вдвоем, — ты обретешь способность простить себя.

   — Беатриса Уорик · книга
2. «

   Гордость? — презрительно фыркнула Люси. — Чушь! Гордость — всего лишь путы, приковывающие тебя к месту безо всякой надежды увидеть, что там дальше, за горизонтом. Ты бы лучше усмирила гордость, милочка. Она может стать твоей ахиллесовой пятой.

   Гордость? — презрительно фыркнула Люси. — Чушь! Гордость — всего лишь путы, приковывающие тебя к месту безо всякой надежды увидеть, что там дальше, за горизонтом. Ты бы лучше усмирила гордость, милочка. Она может стать твоей ахиллесовой пятой.

   — Люси Джентри · книга
3. «

   Теперь по утрам он удивлялся тому, что проснулся. Он устал, очень устал. Человеку, лишенному мечты, нет места в жизни, а у него их уже не было. Его мечты не сбылись — главные, во всяком случае, — о счастливом браке, любящей семье, доме, полном детей и внуков.

   Теперь по утрам он удивлялся тому, что проснулся. Он устал, очень устал. Человеку, лишенному мечты, нет места в жизни, а у него их уже не было. Его мечты не сбылись — главные, во всяком случае, — о счастливом браке, любящей семье, доме, полном детей и внуков.
4. «

   Сколько еще ударов судьбы ты сможешь вынести в одиночку? И сколько еще лет я проживу один, без тебя? Наши дни заполнены с рассвета до заката, любимая, но наша жизнь пуста.

   Сколько еще ударов судьбы ты сможешь вынести в одиночку? И сколько еще лет я проживу один, без тебя? Наши дни заполнены с рассвета до заката, любимая, но наша жизнь пуста.

   — Перси Уорик · книга
5. «

   Среди мужчин с честными намерениями и доброй волей нет места таким ошибкам, неправильным суждениям, ложным шагам, какие нельзя было бы простить.

   Среди мужчин с честными намерениями и доброй волей нет места таким ошибкам, неправильным суждениям, ложным шагам, какие нельзя было бы простить.

   — Анри ДюМонт · книга
6. «

   Гнев не дает человеку опустить руки. Горе способно погубить.

   Гнев не дает человеку опустить руки. Горе способно погубить.
7. «

   — Что же я наделал? — Вы молоды, вот что вы оба наделали. Любовь не должна приходить к молодым. Только старики обладают достаточной мудростью, чтобы обращаться с нею правильно.

   — Что же я наделал? — Вы молоды, вот что вы оба наделали. Любовь не должна приходить к молодым. Только старики обладают достаточной мудростью, чтобы обращаться с нею правильно.

   — Перси Уорик · книга
8. «

   Дорога в ад вымощена благими намерениями, но как на счет дурных поступков, совершенных ради благой цели? Как быть с ними? Жизнь научила его, что то, что начинается с обмана, всегда заканчивается плохо.

   Дорога в ад вымощена благими намерениями, но как на счет дурных поступков, совершенных ради благой цели? Как быть с ними? Жизнь научила его, что то, что начинается с обмана, всегда заканчивается плохо.
9. «

   — Вы созданы друг для друга, крошка Мэри. Вы как масло и уксус — образуете прекрасную смесь после встряхивания. Не исключено, что это именно то, что вам нужно, — хорошая встряска. — Мне кажется, нас все время трясет, но мы почему-то не смешиваемся.

   — Вы созданы друг для друга, крошка Мэри. Вы как масло и уксус — образуете прекрасную смесь после встряхивания. Не исключено, что это именно то, что вам нужно, — хорошая встряска. — Мне кажется, нас все время трясет, но мы почему-то не смешиваемся.

   — Мэри Толивер · книга
10. «

    Если ты умна, то выйдешь замуж за Перси. Он — лучшая партия в Техасе, и он сходит по тебе с ума. Но я не думаю, что ты умна. Умная женщина всегда знает, что для нее важнее всего. Что проку от обильного урожая, когда ты не можешь вернуться домой к человеку, которого любишь?

    Если ты умна, то выйдешь замуж за Перси. Он — лучшая партия в Техасе, и он сходит по тебе с ума. Но я не думаю, что ты умна. Умная женщина всегда знает, что для нее важнее всего. Что проку от обильного урожая, когда ты не можешь вернуться домой к человеку, которого любишь?

    — Майлз Толивер · книга
11. «

    Пусть Перси и все остальные думают, что она презирала ее из-за красоты и изящества. Люси ненавидела Мэри по одной простой причине: та незаслуженно завоевала и сохранила навсегда сердце мужчины, которого любила Люси.

    Пусть Перси и все остальные думают, что она презирала ее из-за красоты и изящества. Люси ненавидела Мэри по одной простой причине: та незаслуженно завоевала и сохранила навсегда сердце мужчины, которого любила Люси.
12. «

    Я надеялся, что смогу отвоевать тебя у Сомерсета, но теперь понимаю, что ошибался. Я оставил тебя в покое, чтобы дать тебе время понять, как ты нуждаешься во мне и хочешь меня, но ты лишь заполнила его дополнительной работой... Я схожу с ума, а ты, черт тебя возьми, выращиваешь очередной ряд хлопковых кустов.

    Я надеялся, что смогу отвоевать тебя у Сомерсета, но теперь понимаю, что ошибался. Я оставил тебя в покое, чтобы дать тебе время понять, как ты нуждаешься во мне и хочешь меня, но ты лишь заполнила его дополнительной работой... Я схожу с ума, а ты, черт тебя возьми, выращиваешь очередной ряд хлопковых кустов.

    — Перси Уорик · книга
13. «

    Побывав на войне, он обзавелся стойким неприятием к убийству, даже если речь шла о только что пойманной форели на ужин.

    Побывав на войне, он обзавелся стойким неприятием к убийству, даже если речь шла о только что пойманной форели на ужин.
14. «

    На какие только глупости не толкает мужчин гордыня. Не говоря уже о женщинах.

    На какие только глупости не толкает мужчин гордыня. Не говоря уже о женщинах.

    — Олли ДюМонт · книга
15. «

    Ты же понимаешь, когда-нибудь наступит день... когда мы должны будем сказать друг другу «прощай».

    Ты же понимаешь, когда-нибудь наступит день... когда мы должны будем сказать друг другу «прощай».

    — Мэри Толивер · книга
16. «

    Нет такого долга, ради которого стоило бы бросить любимого человека.

    Нет такого долга, ради которого стоило бы бросить любимого человека.

    — Мэри Толивер · книга
17. «

    — Какой владелец магазина станет в здравом уме принимать расписки за товары в нынешние времена? И какой землевладелец откажется выгнать арендаторов, которые не платят ему ренту, в то время как рабочие с нефтепромыслов в Восточном Техасе готовы платить в двойном размере? — Может быть, хороший человек? — предположил Перси. — Глупый человек, мистер Уорик, — коим ни вы, ни я не являемся. — Вы так уверены в этом, мистер Голштейн?

    — Какой владелец магазина станет в здравом уме принимать расписки за товары в нынешние времена? И какой землевладелец откажется выгнать арендаторов, которые не платят ему ренту, в то время как рабочие с нефтепромыслов в Восточном Техасе готовы платить в двойном размере? — Может быть, хороший человек? — предположил Перси. — Глупый человек, мистер Уорик, — коим ни вы, ни я не являемся. — Вы так уверены в этом, мистер Голштейн?

    — Перси Уорик · книга
18. «

    Важна не земля сама по себе, а уроки, которые мы из нее извлекаем.

    Важна не земля сама по себе, а уроки, которые мы из нее извлекаем.
19. «

    Не смей больше ни минуты тратить на людей, которые не ценят этого.

    Не смей больше ни минуты тратить на людей, которые не ценят этого.

    — Мэри Толивер · книга
20. «

    Мужчины здесь кричат, ругаются и молятся точно так же, как делали это на Второй мировой и на твоей войне, папа. Здесь все такое же — страх, скука, одиночество, всплеск адреналина, дружба, напряжение в ожидании следующей атаки, долгие ночи вдали от дома и семьи. <...> Но в перерывах между атаками я думаю о Клаудии и Матте, о том, что они с тобой, в безопасности.

    Мужчины здесь кричат, ругаются и молятся точно так же, как делали это на Второй мировой и на твоей войне, папа. Здесь все такое же — страх, скука, одиночество, всплеск адреналина, дружба, напряжение в ожидании следующей атаки, долгие ночи вдали от дома и семьи. <...> Но в перерывах между атаками я думаю о Клаудии и Матте, о том, что они с тобой, в безопасности.

    — Вайатт Уорик · книга