10 цитат из книги «Лэйни Тейлор. Мечтатель Стрэндж» — от иронии до философии

Собрали 10 цитат из книги «Лэйни Тейлор. Мечтатель Стрэндж» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   – Какой смысл в старости, если не можешь докучать молодежи своими огромными запасами мудрости? – А какой смысл в молодости, если не можешь игнорировать все советы?

   – Какой смысл в старости, если не можешь докучать молодежи своими огромными запасами мудрости? – А какой смысл в молодости, если не можешь игнорировать все советы?

   — мастер Гирроккин · книга
2. «

   Так они и жили. Смеясь над мрачными моментами. Чем те мрачнее, тем больше нужно смеяться. С вызовом, неповиновением, истерией – как только возможно.

   Так они и жили. Смеясь над мрачными моментами. Чем те мрачнее, тем больше нужно смеяться. С вызовом, неповиновением, истерией – как только возможно.
3. «

   – Горе той расе, которая состоит только из мужчин. – Такая вряд ли существует. Мужчины не обладают ни маткой, ни здравым смыслом.

   – Горе той расе, которая состоит только из мужчин. – Такая вряд ли существует. Мужчины не обладают ни маткой, ни здравым смыслом.

   — Лазло Стрэндж · книга
4. «

   Руби была жаром и нестабильностью, страстью – но не жестокостью. Она хотела целовать, а не убивать.

   Руби была жаром и нестабильностью, страстью – но не жестокостью. Она хотела целовать, а не убивать.
5. «

   Минью можно было охарактеризовать по-разному: извращенная, капризная, самая упрямая из них. Она как дикое животное – то тихое, то рычащее, всегда немытое и с поразительной нехваткой сопереживания, присущей убийцам и маленьким детям. Все попытки воспитать ее встречали твердую непокорность. У нее был иммунитет к восхвалениям, доводам и стыду, что означало, что ее нельзя обольстить или убедить, а еще она была хитрой, из-за чего ее оказалось трудно обмануть. Минья была неуправляема, безукоризненно эгоистична, обидчива и коварна. Но какой она уж точно никогда не была, так это услужливой.

   Минью можно было охарактеризовать по-разному: извращенная, капризная, самая упрямая из них. Она как дикое животное – то тихое, то рычащее, всегда немытое и с поразительной нехваткой сопереживания, присущей убийцам и маленьким детям. Все попытки воспитать ее встречали твердую непокорность. У нее был иммунитет к восхвалениям, доводам и стыду, что означало, что ее нельзя обольстить или убедить, а еще она была хитрой, из-за чего ее оказалось трудно обмануть. Минья была неуправляема, безукоризненно эгоистична, обидчива и коварна. Но какой она уж точно никогда не была, так это услужливой.
6. «

   Я не сон. Я – кошмар.

   Я не сон. Я – кошмар.

   — Сарай · книга
7. «

   Вот в чем проклятие грез: после них ты просыпаешься в блеклой реальности, без крыльев на плечах и без богини в объятиях.

   Вот в чем проклятие грез: после них ты просыпаешься в блеклой реальности, без крыльев на плечах и без богини в объятиях.
8. «

   Она знала народ Плача лучше, чем кого-либо, включая их лидеров и жриц. Они – ее темные творения. Они – ее ночи. Рано или поздно они все умрут и будут уповать на милость Миньи, но пока они живы – значение имела лишь милость Сарай.

   Она знала народ Плача лучше, чем кого-либо, включая их лидеров и жриц. Они – ее темные творения. Они – ее ночи. Рано или поздно они все умрут и будут уповать на милость Миньи, но пока они живы – значение имела лишь милость Сарай.
9. «

   Думаешь, хорошие люди не могут ненавидеть? Думаешь, хорошие люди не убивают? Хорошие люди делают то же, что и плохие. Просто они называют это правосудием.

   Думаешь, хорошие люди не могут ненавидеть? Думаешь, хорошие люди не убивают? Хорошие люди делают то же, что и плохие. Просто они называют это правосудием.

   — Сарай · книга
10. «

    «Отмщение» нужно произносить сквозь стиснутые зубы, брызгая слюной, когда струны души настолько опутаны жаждой мести, что уже не могут ее отпустить, даже при желании. Если ее жаждут – действительно жаждут, – то говорят это слово так, словно оно бьющееся сердце, сжатое в кулаке, и по руке течет кровь, капая с локтя, но отпустить его невозможно.

    «Отмщение» нужно произносить сквозь стиснутые зубы, брызгая слюной, когда струны души настолько опутаны жаждой мести, что уже не могут ее отпустить, даже при желании. Если ее жаждут – действительно жаждут, – то говорят это слово так, словно оно бьющееся сердце, сжатое в кулаке, и по руке течет кровь, капая с локтя, но отпустить его невозможно.