14 цитат из книги «Лэнс Паркин. Доктор Кто: Доктора бесконечности» для размышлений

Ниже 14 цитат из книги «Лэнс Паркин. Доктор Кто: Доктора бесконечности»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   — Постойте, — сказал Строк. — Вы говорите, что не можете изменить прошлое? Доктор был рад смене темы: — Да, не могу. — Вы же повелитель времени. Как это вы не можете изменить историю? — Нет, нет, — улыбнулся Доктор, — всё не так просто. Это сложно объяснить не-повелителям времени. Это нечто, что мы чувствуем интуитивно. Всё равно, что спрашивать у птицы о том, как она летает. Время течёт по установившемуся курсу. Вот аналогия получше: как песня. Мы слышим мелодию и замечаем, если какие-то ноты в ней не те.

   — Постойте, — сказал Строк. — Вы говорите, что не можете изменить прошлое? Доктор был рад смене темы: — Да, не могу. — Вы же повелитель времени. Как это вы не можете изменить историю? — Нет, нет, — улыбнулся Доктор, — всё не так просто. Это сложно объяснить не-повелителям времени. Это нечто, что мы чувствуем интуитивно. Всё равно, что спрашивать у птицы о том, как она летает. Время течёт по установившемуся курсу. Вот аналогия получше: как песня. Мы слышим мелодию и замечаем, если какие-то ноты в ней не те.

   — Доктор · книга
2. «

   — Мне никогда не доводилось называть кого-то старым другом. — А кому тебе такое говорить?

   — Мне никогда не доводилось называть кого-то старым другом. — А кому тебе такое говорить?

   — Доктор · книга
3. «

   — Это фантазия... — Это власть.

   — Это фантазия... — Это власть.

   — Омега · книга
4. «

   — Я хочу спасти тебя, — сказал он, нагнувшись над ней. — Что же, — сказала она, — нельзя иметь всё, чего хочется.

   — Я хочу спасти тебя, — сказал он, нагнувшись над ней. — Что же, — сказала она, — нельзя иметь всё, чего хочется.

   — Доктор · книга
5. «

   — А вы сильнее, чем выглядите, — заметил Пелтрок, поглаживая руку. — Я повелитель времени, капитан Реймор, не забывайте об этом.

   — А вы сильнее, чем выглядите, — заметил Пелтрок, поглаживая руку. — Я повелитель времени, капитан Реймор, не забывайте об этом.

   — Пелтрок · книга
6. «

   Имея мудрость веков, некоторые из Старейшин понимали, что рано или поздно молодое поколение начнёт видеть в своём прошлом балласт, который сдерживает их, не даёт им реализовать свой потенциал.

   Имея мудрость веков, некоторые из Старейшин понимали, что рано или поздно молодое поколение начнёт видеть в своём прошлом балласт, который сдерживает их, не даёт им реализовать свой потенциал.
7. «

   С самого раннего детства с ним всегда было одно и то же: если кто-то ему говорил что-то сделать, он делал прямо противоположное. «По газонам не ходить», «Вход запрещён», «Пожалуйста, не нарушайте законы физики».

   С самого раннего детства с ним всегда было одно и то же: если кто-то ему говорил что-то сделать, он делал прямо противоположное. «По газонам не ходить», «Вход запрещён», «Пожалуйста, не нарушайте законы физики».

   — Доктор · книга
8. «

   Ты думаешь, что тот, кто видел бога, Кто радости небесные вкушал, Не мучится в десятке тысяч адов, Лишась навек небесного блаженства?

   Ты думаешь, что тот, кто видел бога, Кто радости небесные вкушал, Не мучится в десятке тысяч адов, Лишась навек небесного блаженства?

   — Омега · книга
9. «

   Если время — иллюзия, то кто такой тогда повелитель времени?

   Если время — иллюзия, то кто такой тогда повелитель времени?

   — Доктор · книга
10. «

    Живи с мечом, умри от меча.

    Живи с мечом, умри от меча.

    — Доктор · книга
11. «

    — Чему вы сейчас учите своих учеников, Доктор? — спросил Воран. Это был высокий худой мужчина, девятикратный профессор, член Совета, которого, впрочем, никто не любил. — Тому, что старшие могут быть лучше их. Тому, что каждый учитель всё ещё ученик. Ларна была одной из лучших моих учениц. Вы бы могли многому у неё научиться

    — Чему вы сейчас учите своих учеников, Доктор? — спросил Воран. Это был высокий худой мужчина, девятикратный профессор, член Совета, которого, впрочем, никто не любил. — Тому, что старшие могут быть лучше их. Тому, что каждый учитель всё ещё ученик. Ларна была одной из лучших моих учениц. Вы бы могли многому у неё научиться

    — Доктор · книга
12. «

    — Это не единственный способ, как она могла возникнуть, но вполне возможный. — И ты готов этим рисковать? — А ты? Мне понадобится твоя помощь, твои знания. Она напряглась: — Ты ведь не Доктор? — Нет, — он нагнулся и провёл носом по её шее. — Ты Омега. Ты как-то контролируешь Доктора, ты вернулся в эту вселенную. Что ты с ним сделал? — То же, что и с Магистратом — убрал с дороги.

    — Это не единственный способ, как она могла возникнуть, но вполне возможный. — И ты готов этим рисковать? — А ты? Мне понадобится твоя помощь, твои знания. Она напряглась: — Ты ведь не Доктор? — Нет, — он нагнулся и провёл носом по её шее. — Ты Омега. Ты как-то контролируешь Доктора, ты вернулся в эту вселенную. Что ты с ним сделал? — То же, что и с Магистратом — убрал с дороги.

    — Доктор · книга
13. «

    Она была повелительницей времени с Галлифрея, она лучшая выпускница среди одногодок. Она сейчас на инопланетном артефакте, в триллионах лет от дома, ей поручено спасти жизнь члена Верховного Совета. Это то, чего ей всегда хотелось, и она позволяет своим иррациональным страхам одержать верх над ней.

    Она была повелительницей времени с Галлифрея, она лучшая выпускница среди одногодок. Она сейчас на инопланетном артефакте, в триллионах лет от дома, ей поручено спасти жизнь члена Верховного Совета. Это то, чего ей всегда хотелось, и она позволяет своим иррациональным страхам одержать верх над ней.

    — Ларна · книга
14. «

    Но это не было неожиданностью. Те, кто родился после наступления тьмы, были уже не той расой, что их предки. Они были устремлёнными, энтузиастами, их лучшие времена были ещё впереди. Они не жили славой прошлого, они хотели жить в будущем, создавать его, а не просто вспоминать. Новый порядок больше не шокировал, он даже становился удобным, привычным. Старые ощущали новую обиду: изначально Новые должны были быть временными, они должны были стать заменой лишь до тех пор, пока всё наладится, причём плохой заменой. Но теперь они были единственным будущим.

    Но это не было неожиданностью. Те, кто родился после наступления тьмы, были уже не той расой, что их предки. Они были устремлёнными, энтузиастами, их лучшие времена были ещё впереди. Они не жили славой прошлого, они хотели жить в будущем, создавать его, а не просто вспоминать. Новый порядок больше не шокировал, он даже становился удобным, привычным. Старые ощущали новую обиду: изначально Новые должны были быть временными, они должны были стать заменой лишь до тех пор, пока всё наладится, причём плохой заменой. Но теперь они были единственным будущим.