Но это не было неожиданностью. Те, кто родился после наступления тьмы, были уже не той расой, что их предки. Они были устремлёнными, энтузиастами, их лучшие времена были ещё впереди. Они не жили славой прошлого, они хотели жить в будущем, создавать его, а не просто вспоминать. Новый порядок больше не шокировал, он даже становился удобным, привычным. Старые ощущали новую обиду: изначально Новые должны были быть временными, они должны были стать заменой лишь до тех пор, пока всё наладится, причём плохой заменой. Но теперь они были единственным будущим.