24 лучших цитаты из книги «Лоренс Даррелл. Бальтазар»

Собрали 24 цитаты из книги «Лоренс Даррелл. Бальтазар» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Бальтазар однажды заявил, что может простейшими средствами вызывать в людях любовь, и даже предлагал эксперимент: только-то и нужно сказать каждому из двух никогда не встречавшихся ранее людей, что другой страстно жаждет видеть его, никогда не встречал никого столь безумно… и так далее. Способ этот, он клялся мне и божился, осечек не знал и знать не будет.

   Бальтазар однажды заявил, что может простейшими средствами вызывать в людях любовь, и даже предлагал эксперимент: только-то и нужно сказать каждому из двух никогда не встречавшихся ранее людей, что другой страстно жаждет видеть его, никогда не встречал никого столь безумно… и так далее. Способ этот, он клялся мне и божился, осечек не знал и знать не будет.
2. «

   В здравом уме и твердой памяти истина невыразима. Она — именно то, что «промелькнуло и скрылось», — опечатка, способная выдать весь фарс с головой.

   В здравом уме и твердой памяти истина невыразима. Она — именно то, что «промелькнуло и скрылось», — опечатка, способная выдать весь фарс с головой.
3. «

   Смерть художника — не повод для раскопок. Должно только улыбнуться и отдать поклон.

   Смерть художника — не повод для раскопок. Должно только улыбнуться и отдать поклон.
4. «

   Любовь — как окопная война: врага ты не видишь, но знаешь, что он здесь и что умнее будет голову держать пониже.

   Любовь — как окопная война: врага ты не видишь, но знаешь, что он здесь и что умнее будет голову держать пониже.
5. «

   А женщина, и это большее, что мы, не будучи французами, можем о ней сказать, есть животное ночное...

   А женщина, и это большее, что мы, не будучи французами, можем о ней сказать, есть животное ночное...
6. «

   Самая опасная в мире вещь — любовь из жалости.

   Самая опасная в мире вещь — любовь из жалости.
7. «

   Но разве не все мы обитаем друг у друга на теплых мелководьях душ, разве нам дано заглянуть за барьерные рифы, туда, в темно-синюю бездну?

   Но разве не все мы обитаем друг у друга на теплых мелководьях душ, разве нам дано заглянуть за барьерные рифы, туда, в темно-синюю бездну?
8. «

   Долг каждого патриота — ненавидеть свою страну конструктивно!

   Долг каждого патриота — ненавидеть свою страну конструктивно!
9. «

   Ничто не начинает со временем так сильно противоречить само себе, как истина.

   Ничто не начинает со временем так сильно противоречить само себе, как истина.

   — Бальтазар · книга
10. «

    Всякая душа по сути есть муравейник противоречивых побуждений. Личность как нечто единое и стабильное — иллюзия, но иллюзия необходимая, если уж нам суждено любить!

    Всякая душа по сути есть муравейник противоречивых побуждений. Личность как нечто единое и стабильное — иллюзия, но иллюзия необходимая, если уж нам суждено любить!
11. «

    Его словечки впечатывались в памяти, как следы кошачьих лап в комок масла.

    Его словечки впечатывались в памяти, как следы кошачьих лап в комок масла.
12. «

    Дневник — последний источник, к коему следует прибегать, если хочешь узнать о человеке правду. Ни у кого не хватает смелости выложить все до конца — на бумаге: по крайней мере там, где речь заходит о любви.

    Дневник — последний источник, к коему следует прибегать, если хочешь узнать о человеке правду. Ни у кого не хватает смелости выложить все до конца — на бумаге: по крайней мере там, где речь заходит о любви.
13. «

    Мужчина многих может желать, но желаю не значит — нужна. Других я могу хотеть, вы мне — нужны.

    Мужчина многих может желать, но желаю не значит — нужна. Других я могу хотеть, вы мне — нужны.
14. «

    Все мы рохли и недоумки, когда речь идет о том, как строить собственные жизни, но если нужно встать в позу и произнести что-нибудь этакое о бытии и вечности, тут каждый из нас гигант.

    Все мы рохли и недоумки, когда речь идет о том, как строить собственные жизни, но если нужно встать в позу и произнести что-нибудь этакое о бытии и вечности, тут каждый из нас гигант.

    — Персуорден · книга
15. «

    Мне нравится, когда события переплетаются внахлест, когда они карабкаются друг на друга, как мокрые крабы в корзине...

    Мне нравится, когда события переплетаются внахлест, когда они карабкаются друг на друга, как мокрые крабы в корзине...
16. «

    ...но знаете, в безнадежных случаях мы, доктора, всегда выписываем последний, безнадежный рецепт, если пациент — женщина: когда наука уже ничем помочь не в силах. Вот тогда мы говорим: „Если бы она могла быть хоть чуточку любимой!"

    ...но знаете, в безнадежных случаях мы, доктора, всегда выписываем последний, безнадежный рецепт, если пациент — женщина: когда наука уже ничем помочь не в силах. Вот тогда мы говорим: „Если бы она могла быть хоть чуточку любимой!"
17. «

    Влюбляться же в приличном обществе просто не принято.

    Влюбляться же в приличном обществе просто не принято.

    — Бальтазар · книга
18. «

    Реальностей на свете всего лишь столько, сколько ты дашь себе труд представить.

    Реальностей на свете всего лишь столько, сколько ты дашь себе труд представить.
19. «

    У наших жизней вместо фундамента — две-три фундаментальные условности. Наша точка зрения на мир зависит от положения в пространстве и во времени — вовсе не от личной нашей уникальности, как бы нам того ни хотелось. Так что любая интерпретация реальности предопределена исходной точкой. Пару шагов к востоку или к западу — и вся картина меняется.

    У наших жизней вместо фундамента — две-три фундаментальные условности. Наша точка зрения на мир зависит от положения в пространстве и во времени — вовсе не от личной нашей уникальности, как бы нам того ни хотелось. Так что любая интерпретация реальности предопределена исходной точкой. Пару шагов к востоку или к западу — и вся картина меняется.

    — Персуорден · книга
20. «

    Наука есть поэзия интеллекта, а поэзия — наука о заболеваниях души.

    Наука есть поэзия интеллекта, а поэзия — наука о заболеваниях души.

    — Персуорден · книга