11 цитат из книги «Луис Сепульведа. Старик, который читал любовные романы» для вдохновения

Собрали 11 цитат из книги «Луис Сепульведа. Старик, который читал любовные романы» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Источником его теоретических познаний о любви были по большей части песни. Судя по этим куплетам, любовь больше всего походила на неожиданный и весьма болезненный укус слепня, но при этом оставалась такой привлекательной штукой, что, охотясь за ней, люди забывали обо всем на свете.

   Источником его теоретических познаний о любви были по большей части песни. Судя по этим куплетам, любовь больше всего походила на неожиданный и весьма болезненный укус слепня, но при этом оставалась такой привлекательной штукой, что, охотясь за ней, люди забывали обо всем на свете.
2. «

   Кровососы, — кивнув, согласился Рубикондо Лоачамин. — Как еще их и называть-то? Любое правительство только тем и живет, что пьет кровь и вытягивает последние жилы из своих граждан.

   Кровососы, — кивнув, согласился Рубикондо Лоачамин. — Как еще их и называть-то? Любое правительство только тем и живет, что пьет кровь и вытягивает последние жилы из своих граждан.

   — Рубикондо Лоачамин · книга
3. «

   Вопросы порождают ложь.

   Вопросы порождают ложь.
4. «

   Проще всего побороть в себе страх, спрятавшись от него.

   Проще всего побороть в себе страх, спрятавшись от него.
5. «

   Если ты чувствуешь, что охота идет слишком легко, что след зверя сам попадается тебе под ноги, то знай: тот, кого ты наметил себе в жертву, уже смотрит тебе в затылок.

   Если ты чувствуешь, что охота идет слишком легко, что след зверя сам попадается тебе под ноги, то знай: тот, кого ты наметил себе в жертву, уже смотрит тебе в затылок.
6. «

   Воздух с каждой секундой становился все более густым и горячим. Вязкий, влажный, он приклеивался к коже, словно невидимая, неприятная на ощупь пленка. Сельва стихла, и молчание это предвещало ненастье.

   Воздух с каждой секундой становился все более густым и горячим. Вязкий, влажный, он приклеивался к коже, словно невидимая, неприятная на ощупь пленка. Сельва стихла, и молчание это предвещало ненастье.
7. «

   Впервые в жизни он попал в когтистые лапы страшного безжалостного зверя — одиночества. Эта тварь была хитрее, чем любая другая. Вцепившись в жертву, она никак не желала ослабить своей мертвой хватки.

   Впервые в жизни он попал в когтистые лапы страшного безжалостного зверя — одиночества. Эта тварь была хитрее, чем любая другая. Вцепившись в жертву, она никак не желала ослабить своей мертвой хватки.
8. «

   Если у человека нет определенной цели, он так и будет ходить по кругу, раз за разом возвращаясь на одно и то же место.

   Если у человека нет определенной цели, он так и будет ходить по кругу, раз за разом возвращаясь на одно и то же место.
9. «

   Бедняки готовы великодушно простить человеку всё — всё, кроме неудачи в попытке вырваться из нищеты.

   Бедняки готовы великодушно простить человеку всё — всё, кроме неудачи в попытке вырваться из нищеты.
10. «

    Охотник всегда должен быть немного голоден, потому что голод как ничто другое обостряет чувства.

    Охотник всегда должен быть немного голоден, потому что голод как ничто другое обостряет чувства.
11. «

    Никто не в силах захватить и присвоить себе раскат грома. Никто не может отобрать небеса у другого человека. Никто не может забрать небо с собой при расставании.

    Никто не в силах захватить и присвоить себе раскат грома. Никто не может отобрать небеса у другого человека. Никто не может забрать небо с собой при расставании.