16 лучших цитат из книги «Майкл Питер Бэлзари. Моя безумная история»

16 цитат из книги «Майкл Питер Бэлзари. Моя безумная история» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Я до сих пор чувствую себя так, когда слышу нашу музыку на радио. Что-то такое личное и близкое нам ушло жить собственной жизнью и для каждого теперь будет значить что-то своё.

   Я до сих пор чувствую себя так, когда слышу нашу музыку на радио. Что-то такое личное и близкое нам ушло жить собственной жизнью и для каждого теперь будет значить что-то своё.
2. «

   В тот период на распространение музыки уходило больше времени. Группа людей будет открывать для себя звучание, которое будет медленно гореть, распространяясь по району, в котором они жили. Открытие новой музыки было глубоко социальным, общинным опытом.

   В тот период на распространение музыки уходило больше времени. Группа людей будет открывать для себя звучание, которое будет медленно гореть, распространяясь по району, в котором они жили. Открытие новой музыки было глубоко социальным, общинным опытом.
3. «

   Куда бы я ни пошел, я искал доброты и одобрения, жаждал любви.

   Куда бы я ни пошел, я искал доброты и одобрения, жаждал любви.
4. «

   Моя немая робость перед девушками была самой громкой тишиной на земле. Я думал, что это слышат все.

   Моя немая робость перед девушками была самой громкой тишиной на земле. Я думал, что это слышат все.
5. «

   Он был энергичным и харизматичным, и такой нуждающийся в эмоциональной поддержке ребёнок, как я, мог быть с легкостью втянут в его философию.

   Он был энергичным и харизматичным, и такой нуждающийся в эмоциональной поддержке ребёнок, как я, мог быть с легкостью втянут в его философию.
6. «

   И если в детстве вы испытали много боли и страданий, это не значит, что так должно продолжаться и во взрослой жизни. Пусть ваша боль станет источником величайшего сострадания, глубочайшей любви и понимания. Вы можете делать всё, что угодно. Проживите её, не прячьтесь, не отстраняйтесь.

   И если в детстве вы испытали много боли и страданий, это не значит, что так должно продолжаться и во взрослой жизни. Пусть ваша боль станет источником величайшего сострадания, глубочайшей любви и понимания. Вы можете делать всё, что угодно. Проживите её, не прячьтесь, не отстраняйтесь.
7. «

   В любой музыке есть магия, даже в дерьмовой.

   В любой музыке есть магия, даже в дерьмовой.
8. «

   Боб Марли сказал, что не имеет значения, какую музыку ты играешь и даже её качество. Всё, что имеет значение, — это полная самоотдача в творческом процессе ченнелинга.

   Боб Марли сказал, что не имеет значения, какую музыку ты играешь и даже её качество. Всё, что имеет значение, — это полная самоотдача в творческом процессе ченнелинга.
9. «

   Когда мы разговаривали с ним мне казалось что мои слова обретают дом.

   Когда мы разговаривали с ним мне казалось что мои слова обретают дом.
10. «

    Когда кто-то добирается до точки, где он может быть настолько счастлив, что ему просто нравится смотреть, как крутятся колеса, — это было похоже на настоящее счастье, о котором я мог только мечтать.

    Когда кто-то добирается до точки, где он может быть настолько счастлив, что ему просто нравится смотреть, как крутятся колеса, — это было похоже на настоящее счастье, о котором я мог только мечтать.
11. «

    Я слышал, что это продукт, созданный для бездумных людей, которые на самом деле не любят музыку. Они просто делали то, что им говорили, и довольствовались пустышкой, запихнутой им в глотку, чтобы они могли красиво отдохнуть. Если всем это нравилось, это не могло быть хорошо. Дайте мне что-то запрещенное, что-то странное, что-то для людей, которым не всё равно.

    Я слышал, что это продукт, созданный для бездумных людей, которые на самом деле не любят музыку. Они просто делали то, что им говорили, и довольствовались пустышкой, запихнутой им в глотку, чтобы они могли красиво отдохнуть. Если всем это нравилось, это не могло быть хорошо. Дайте мне что-то запрещенное, что-то странное, что-то для людей, которым не всё равно.
12. «

    Когда он пел эти ноты, он восставал против всего мира. Музыка — это сила, которая объединяет людей и дает им власть. Людям, живущим вне общества, нужен звук, в который можно верить. Звук, который не может воспроизвести кто угодно. Он вдохновляет маргиналов и мятежников. Он как саундтрек к их жизни, который понимают только они. Он говорит за людей, у которых иначе не было бы голоса.

    Когда он пел эти ноты, он восставал против всего мира. Музыка — это сила, которая объединяет людей и дает им власть. Людям, живущим вне общества, нужен звук, в который можно верить. Звук, который не может воспроизвести кто угодно. Он вдохновляет маргиналов и мятежников. Он как саундтрек к их жизни, который понимают только они. Он говорит за людей, у которых иначе не было бы голоса.
13. «

    Наконец-то секс открылся мне во всей красе. Быть так близко к ней, обнимать, встречаться в этом новом измерении, где любовь может быть дана принята так глубоко.

    Наконец-то секс открылся мне во всей красе. Быть так близко к ней, обнимать, встречаться в этом новом измерении, где любовь может быть дана принята так глубоко.
14. «

    Всё, что не есть любовь, — есть трусость.

    Всё, что не есть любовь, — есть трусость.
15. «

    Слёзы не означают грусть или радость, они показывают, что тебе не всё равно.

    Слёзы не означают грусть или радость, они показывают, что тебе не всё равно.
16. «

    Как обычно, я подскочил к отцу, чтобы поцеловать его. Он остановил меня, крепко обнял за плечи и сказал: «Ты уже слишком взрослый, чтобы целовать меня, не делай так больше, понятно?» Я молча кивнул, высвободился из его объятий и выбежал за дверь. Мне показалось это неправильным и бесчувственным, и даже в возрасте шести лет я знал, что это было ошибочное представление о том, как должны вести себя настоящие мужчины. Я знал, что поцелуи – это хорошо.

    Как обычно, я подскочил к отцу, чтобы поцеловать его. Он остановил меня, крепко обнял за плечи и сказал: «Ты уже слишком взрослый, чтобы целовать меня, не делай так больше, понятно?» Я молча кивнул, высвободился из его объятий и выбежал за дверь. Мне показалось это неправильным и бесчувственным, и даже в возрасте шести лет я знал, что это было ошибочное представление о том, как должны вести себя настоящие мужчины. Я знал, что поцелуи – это хорошо.