15 цитат из книги «Макс Фрай. Ключ из жёлтого металла» — коротко и по делу

15 цитат из книги «Макс Фрай. Ключ из жёлтого металла» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Постепенно я привык считать свою жизнь несбывшимся обещанием, но в глубине души подозревал, что несбывшимся обещанием оказался я сам.

   Постепенно я привык считать свою жизнь несбывшимся обещанием, но в глубине души подозревал, что несбывшимся обещанием оказался я сам.

   — Филипп Карлович · книга
2. «

   Пожалуй, в самом начале любых отношений всегда есть момент, когда человек сам решает, влюбляться или нет. Иногда он принимает такое решение ещё до встречи с потенциальным объектом страсти — намерение влюбиться есть, а кто под руку подвернётся — дело десятое. Другое дело, что такое решение мало кто принимает осознанно.

   Пожалуй, в самом начале любых отношений всегда есть момент, когда человек сам решает, влюбляться или нет. Иногда он принимает такое решение ещё до встречи с потенциальным объектом страсти — намерение влюбиться есть, а кто под руку подвернётся — дело десятое. Другое дело, что такое решение мало кто принимает осознанно.

   — Филипп Карлович · книга
3. «

   Я до сих пор так и не понял, зачем люди подолгу сердятся друг на друга. Жизнь и так непростительно коротка, ничего толком успеть невозможно, времени так мало, что, можно сказать, вовсе нет, даже если не тратить его на всякие глупости вроде ссор.

   Я до сих пор так и не понял, зачем люди подолгу сердятся друг на друга. Жизнь и так непростительно коротка, ничего толком успеть невозможно, времени так мало, что, можно сказать, вовсе нет, даже если не тратить его на всякие глупости вроде ссор.

   — Филипп Карлович · книга
4. «

   Хорошо быть диктатором. И как я раньше справлялся?

   Хорошо быть диктатором. И как я раньше справлялся?

   — Филипп Карлович · книга
5. «

   — Проследишь, чтобы несчастный ребёнок не сбежал домой в последний момент. — И это тоже. Несчастный ребёнок, которого моя злая воля гонит в один из лучших отелей прекраснейшего европейского города. Бедняжечка.

   — Проследишь, чтобы несчастный ребёнок не сбежал домой в последний момент. — И это тоже. Несчастный ребёнок, которого моя злая воля гонит в один из лучших отелей прекраснейшего европейского города. Бедняжечка.

   — Карл · книга
6. «

   ...видимо, есть во мне какая-то червоточина, которая как магнитом притягивает всякое фуфло, а настоящее, наоборот, отталкивает.

   ...видимо, есть во мне какая-то червоточина, которая как магнитом притягивает всякое фуфло, а настоящее, наоборот, отталкивает.

   — Филлип · книга
7. «

   Лето красное настало! Соловьи поют в садах! Нагуляв за зиму сало, Сидят дятлы на дубах!

   Лето красное настало! Соловьи поют в садах! Нагуляв за зиму сало, Сидят дятлы на дубах!

   — Мирра · книга
8. «

   Дело — это святое. Особенно чужое, особенно, когда своих уже давно нет.

   Дело — это святое. Особенно чужое, особенно, когда своих уже давно нет.

   — Макс Фрай · книга
9. «

   Сейчас всего девять утра, а в Праге, соответственно, семь, и что, спрашивается, делать в таких обстоятельствах человеку, который никогда никому не звонит раньше полудня? Правильно, писать sms.

   Сейчас всего девять утра, а в Праге, соответственно, семь, и что, спрашивается, делать в таких обстоятельствах человеку, который никогда никому не звонит раньше полудня? Правильно, писать sms.

   — Филипп Карлович · книга
10. «

    ... своё будущее мы создаем желаниями и поступками, а основной инструмент воздействия на прошлое — память.

    ... своё будущее мы создаем желаниями и поступками, а основной инструмент воздействия на прошлое — память.
11. «

    Я люблю Москву, но это совершенно не мешает её ненавидеть.

    Я люблю Москву, но это совершенно не мешает её ненавидеть.
12. «

    Быть живым человеком и не быть при этом сумасшедшим — нереально, невыносимо страшно и больно. Поэтому все вокруг сумасшедшие, и мне пора браться за ум, поскорее с него сходить и никогда больше не возвращаться, а то безобразие, вот уж действительно.

    Быть живым человеком и не быть при этом сумасшедшим — нереально, невыносимо страшно и больно. Поэтому все вокруг сумасшедшие, и мне пора браться за ум, поскорее с него сходить и никогда больше не возвращаться, а то безобразие, вот уж действительно.

    — Филипп Карлович · книга
13. «

    Это был Адский-Уборщик-из-Тьмы. Ходит по домам, прикидывается сантехником, ищет беззащитных, доверчивых женщин. Как найдёт такую — свяжет по рукам и ногам и ну чистоту в квартире наводить. Бедняжка стонет, просит пощадить, оставить хоть немного пыли по углам. Но Адский Уборщик неумолим...

    Это был Адский-Уборщик-из-Тьмы. Ходит по домам, прикидывается сантехником, ищет беззащитных, доверчивых женщин. Как найдёт такую — свяжет по рукам и ногам и ну чистоту в квартире наводить. Бедняжка стонет, просит пощадить, оставить хоть немного пыли по углам. Но Адский Уборщик неумолим...

    — Филипп Карлович · книга
14. «

    Просрать свою единственную и неповторимую жизнь — дело житейское, почти все так делают. Но забыть её — это перебор. Зачем тогда было жить, если даже памяти не осталось?

    Просрать свою единственную и неповторимую жизнь — дело житейское, почти все так делают. Но забыть её — это перебор. Зачем тогда было жить, если даже памяти не осталось?

    — Мирра Жукотовская · книга
15. «

    — На экзальтированного поклонника, которому только и надо, что под окном кумира ночи напролёт стоять, он, извини уж, не похож. — А почему «извини»? — Ну мало ли. Вдруг ты в кои-то веки решил обзавестись поклонником. Причём непременно экзальтированным. А я отнимаю у тебя последнюю надежду. — И правда! Отнимаешь. У других людей дети как дети, оболтусы бессмысленные, и только у меня — настоящий злодей. Повезло.

    — На экзальтированного поклонника, которому только и надо, что под окном кумира ночи напролёт стоять, он, извини уж, не похож. — А почему «извини»? — Ну мало ли. Вдруг ты в кои-то веки решил обзавестись поклонником. Причём непременно экзальтированным. А я отнимаю у тебя последнюю надежду. — И правда! Отнимаешь. У других людей дети как дети, оболтусы бессмысленные, и только у меня — настоящий злодей. Повезло.

    — Филипп · книга