23 цитаты из книги «Макс Фрай. Ключ из жёлтого металла», которые стоит перечитать

23 цитаты из книги «Макс Фрай. Ключ из жёлтого металла» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Вопрос «Где все эти люди берут деньги?» — один из самых занимательных...

   Вопрос «Где все эти люди берут деньги?» — один из самых занимательных...

   — Филипп Карлович · книга
2. «

   Спать сидя — мой любимый спорт.

   Спать сидя — мой любимый спорт.

   — Филл · книга
3. «

   Я встал, распахнул окно пошире, по пояс высунулся наружу, в прохладную, душистую весеннюю ночь. Вдохнул, улыбнулся, выдохнул, улыбнулся ещё шире, снова вдохнул. И понял: вот чего-то в таком роде я и хочу. Чтобы так было всегда. Чтобы любое моё действие было простым, радостным, естественным и в то же время совершенно необходимым — как дыхание. И не только моё. Всякое действие. Жизнь. Вообще. Любая. Везде. А всё остальное несущественно.

   Я встал, распахнул окно пошире, по пояс высунулся наружу, в прохладную, душистую весеннюю ночь. Вдохнул, улыбнулся, выдохнул, улыбнулся ещё шире, снова вдохнул. И понял: вот чего-то в таком роде я и хочу. Чтобы так было всегда. Чтобы любое моё действие было простым, радостным, естественным и в то же время совершенно необходимым — как дыхание. И не только моё. Всякое действие. Жизнь. Вообще. Любая. Везде. А всё остальное несущественно.

   — Филипп Карлович · книга
4. «

   Лето красное настало! Соловьи поют в садах! Нагуляв за зиму сало, Сидят дятлы на дубах!

   Лето красное настало! Соловьи поют в садах! Нагуляв за зиму сало, Сидят дятлы на дубах!

   — Мирра · книга
5. «

   Мужчины её интересуют исключительно в позиции «штаны застёгнуты, руки по швам, в глазах — бескорыстная преданность».

   Мужчины её интересуют исключительно в позиции «штаны застёгнуты, руки по швам, в глазах — бескорыстная преданность».

   — детектив Митя · книга
6. «

   Порой отсутствие точной формулировки причиняет почти физическую боль.

   Порой отсутствие точной формулировки причиняет почти физическую боль.
7. «

   «Последовательны в своих убеждениях» — это крайне смелое предположение, когда речь заходит о людях.

   «Последовательны в своих убеждениях» — это крайне смелое предположение, когда речь заходит о людях.
8. «

   Обычно мы становимся идиотами по очереди, это очень удобно. Но уж когда оба сразу – всему конец, жизнь рушится, и мы внезапно оказываемся ночью на улице.

   Обычно мы становимся идиотами по очереди, это очень удобно. Но уж когда оба сразу – всему конец, жизнь рушится, и мы внезапно оказываемся ночью на улице.
9. «

   Все мегаполисы — пасти многоглавого Кроноса, а Москва — самая ненасытная из них. Она алчно пожирает мое время, а значит — меня самого.

   Все мегаполисы — пасти многоглавого Кроноса, а Москва — самая ненасытная из них. Она алчно пожирает мое время, а значит — меня самого.
10. «

    Я люблю Москву, но это совершенно не мешает её ненавидеть.

    Я люблю Москву, но это совершенно не мешает её ненавидеть.
11. «

    Быть полезным человеком чрезвычайно познавательно. От души порекомендовал бы этот метод всякому, кто желает быстро и качественно разочароваться в ближних.

    Быть полезным человеком чрезвычайно познавательно. От души порекомендовал бы этот метод всякому, кто желает быстро и качественно разочароваться в ближних.
12. «

    ...видимо, есть во мне какая-то червоточина, которая как магнитом притягивает всякое фуфло, а настоящее, наоборот, отталкивает.

    ...видимо, есть во мне какая-то червоточина, которая как магнитом притягивает всякое фуфло, а настоящее, наоборот, отталкивает.

    — Филлип · книга
13. «

    Известное дело, когда почва под ногами перестаёт казаться надёжной, единственный выход — поместить на эту самую почву ещё и задницу, такая смена позиции придаёт уверенности — иногда.

    Известное дело, когда почва под ногами перестаёт казаться надёжной, единственный выход — поместить на эту самую почву ещё и задницу, такая смена позиции придаёт уверенности — иногда.
14. «

    Если я расскажу домашним, что злой пражский колдун вышел на охоту за их скальпами, Рената заверещит от восторга, напечёт пирожков, наденет свою самую красивую юбку и с нетерпением будет ждать роковой встречи. А Карл, возможно, отнесется к делу серьёзно и перевезёт в безопасное место все свои шарманки. Если, конечно, не отправится наверх поиграть [на органе] и не забудет о своём похвальном намерении. А он скорее всего отправится. И поиграет. И забудет. Как в таких условиях проводить эвакуацию, не представляю.

    Если я расскажу домашним, что злой пражский колдун вышел на охоту за их скальпами, Рената заверещит от восторга, напечёт пирожков, наденет свою самую красивую юбку и с нетерпением будет ждать роковой встречи. А Карл, возможно, отнесется к делу серьёзно и перевезёт в безопасное место все свои шарманки. Если, конечно, не отправится наверх поиграть [на органе] и не забудет о своём похвальном намерении. А он скорее всего отправится. И поиграет. И забудет. Как в таких условиях проводить эвакуацию, не представляю.

    — Филипп Карлович · книга
15. «

    Я из тех бесхитростных людей, которые могут искренне сказать: «Вот это кино (или книга, или песенка) — про меня». Мой случай ещё проще, вся правда про меня изложена в одном-единственном коротком эпизоде из «Blade Runner» — когда репликант Рутгер Хауэр за минуту до завершения работы программы сидит на крыше, рассказывает о том, что видели его прекрасные глаза, и сокрушается, что все эти невероятные вещи канут в Лету вместе с ним. Он держит в руках белую птицу, голубя, и общий контекст такой, что теперь, в конце пути, любая жизнь кажется ему величайшей ценностью. Репликант Рутгер Хауэр, чего уж там, эффектный блондин, а я нет, но этим разница исчерпывается. Я всю жизнь сижу на этой долбанной крыше за минуту до смерти, потом что по мои внутренним часам и сто, и тысяча лет — это тоже минута, даже меньше, это практически «вот прямо сейчас». Все «вот прямо сейчас». И только в Германии, в любом из её ухоженных мухосрансков, я ощущаю себя тем самым голубем, которого держат в руках и никогда не убьют. И знал бы кто, какое это немыслимое счастье, пасхальные каникулы в аду, бархатная подушечка для сидящего на лезвии бритвы, отпуск за счет Небесной канцелярии, спасибо, аминь.

    Я из тех бесхитростных людей, которые могут искренне сказать: «Вот это кино (или книга, или песенка) — про меня». Мой случай ещё проще, вся правда про меня изложена в одном-единственном коротком эпизоде из «Blade Runner» — когда репликант Рутгер Хауэр за минуту до завершения работы программы сидит на крыше, рассказывает о том, что видели его прекрасные глаза, и сокрушается, что все эти невероятные вещи канут в Лету вместе с ним. Он держит в руках белую птицу, голубя, и общий контекст такой, что теперь, в конце пути, любая жизнь кажется ему величайшей ценностью. Репликант Рутгер Хауэр, чего уж там, эффектный блондин, а я нет, но этим разница исчерпывается. Я всю жизнь сижу на этой долбанной крыше за минуту до смерти, потом что по мои внутренним часам и сто, и тысяча лет — это тоже минута, даже меньше, это практически «вот прямо сейчас». Все «вот прямо сейчас». И только в Германии, в любом из её ухоженных мухосрансков, я ощущаю себя тем самым голубем, которого держат в руках и никогда не убьют. И знал бы кто, какое это немыслимое счастье, пасхальные каникулы в аду, бархатная подушечка для сидящего на лезвии бритвы, отпуск за счет Небесной канцелярии, спасибо, аминь.

    — Филипп Карлович · книга
16. «

    Я из тех предусмотрительных лентяев, которые готовы один раз как следует поработать, если это гарантированно избавит от будущих хлопот.

    Я из тех предусмотрительных лентяев, которые готовы один раз как следует поработать, если это гарантированно избавит от будущих хлопот.

    — Макс Фрай · книга
17. «

    — Проследишь, чтобы несчастный ребёнок не сбежал домой в последний момент. — И это тоже. Несчастный ребёнок, которого моя злая воля гонит в один из лучших отелей прекраснейшего европейского города. Бедняжечка.

    — Проследишь, чтобы несчастный ребёнок не сбежал домой в последний момент. — И это тоже. Несчастный ребёнок, которого моя злая воля гонит в один из лучших отелей прекраснейшего европейского города. Бедняжечка.

    — Карл · книга
18. «

    Я уважаю уставы чужих монастырей, по крайней мере, в тех случаях, когда мне нравятся их стены.

    Я уважаю уставы чужих монастырей, по крайней мере, в тех случаях, когда мне нравятся их стены.
19. «

    Больше всего на свете люблю, когда реальность — хлоп! — и превращается в тщательно отрежиссированный фильм. В такие моменты я как никогда близок к вере — если не в Режиссера, то хотя бы в Сценариста.

    Больше всего на свете люблю, когда реальность — хлоп! — и превращается в тщательно отрежиссированный фильм. В такие моменты я как никогда близок к вере — если не в Режиссера, то хотя бы в Сценариста.
20. «

    Сейчас всего девять утра, а в Праге, соответственно, семь, и что, спрашивается, делать в таких обстоятельствах человеку, который никогда никому не звонит раньше полудня? Правильно, писать sms.

    Сейчас всего девять утра, а в Праге, соответственно, семь, и что, спрашивается, делать в таких обстоятельствах человеку, который никогда никому не звонит раньше полудня? Правильно, писать sms.

    — Филипп Карлович · книга