Подборка из книги: 178 цитат — «Маргарет Митчелл. Унесённые ветром»

Собрали 178 цитат из книги «Маргарет Митчелл. Унесённые ветром» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Скарлетт: Если на то пошло, я скорее поцелую хрюшку. Ретт: О вкусах не спорят.

   Скарлетт: Если на то пошло, я скорее поцелую хрюшку. Ретт: О вкусах не спорят.

   — Скарлетт О'Хара · книга
2. «

   Она потерпела поражение, но сильнее, чем горечь этого поражения, был страх: что, если она сделалась теперь всеобщим посмешищем?

   Она потерпела поражение, но сильнее, чем горечь этого поражения, был страх: что, если она сделалась теперь всеобщим посмешищем?
3. «

   И в этот самый миг в ней вспыхнуло желание. Она захотела, чтобы он принадлежал ей, захотела не рассуждая, так же естественно и просто, как хотела иметь еду, чтобы утолять голод, лошадь, чтобы скакать верхом, мягкую постель, чтобы на ней покоиться.

   И в этот самый миг в ней вспыхнуло желание. Она захотела, чтобы он принадлежал ей, захотела не рассуждая, так же естественно и просто, как хотела иметь еду, чтобы утолять голод, лошадь, чтобы скакать верхом, мягкую постель, чтобы на ней покоиться.
4. «

   О, эти лениво-неспешные дни и тихие теплые сельские сумерки! Приглушенный женский смех в службах! Какой золотисто-теплой была тогда жизнь, как грела спокойная уверенность, что и завтра будет так же! Да разве можно все это зачеркнуть?

   О, эти лениво-неспешные дни и тихие теплые сельские сумерки! Приглушенный женский смех в службах! Какой золотисто-теплой была тогда жизнь, как грела спокойная уверенность, что и завтра будет так же! Да разве можно все это зачеркнуть?
5. «

   А цену имело уменье вырастить хлопок, хорошо сидеть в седле, метко стрелять, не ударить в грязь лицом в танцах, галантно ухаживать за дамами и оставаться джентельменом даже во хмелю.

   А цену имело уменье вырастить хлопок, хорошо сидеть в седле, метко стрелять, не ударить в грязь лицом в танцах, галантно ухаживать за дамами и оставаться джентельменом даже во хмелю.
6. «

   Они пролетели быстро, эти дни, напоенные ароматом сосновых веток и рождественской елки, в трепетном свете елочных свечей, в сверкании блесток и мишуры, — пролетели как во сне, где каждая минута жизни равна одному сердцебиению.

   Они пролетели быстро, эти дни, напоенные ароматом сосновых веток и рождественской елки, в трепетном свете елочных свечей, в сверкании блесток и мишуры, — пролетели как во сне, где каждая минута жизни равна одному сердцебиению.
7. «

   Внезапно ей стало жалко его, так жалко, что она почти забыла и о собственном горе, и о страхе, рождённом его словами. Впервые в жизни ей было жалко кого-то, к кому она не чувствовала презрения, потому что впервые в жизни приблизилась к подлинному пониманию другого человека. А она могла понять его упорное желание оградить себя — столь похожее на её собственное, его несгибаемую гордость, не позволяющую признаться в любви из боязни быть отвергнутым.

   Внезапно ей стало жалко его, так жалко, что она почти забыла и о собственном горе, и о страхе, рождённом его словами. Впервые в жизни ей было жалко кого-то, к кому она не чувствовала презрения, потому что впервые в жизни приблизилась к подлинному пониманию другого человека. А она могла понять его упорное желание оградить себя — столь похожее на её собственное, его несгибаемую гордость, не позволяющую признаться в любви из боязни быть отвергнутым.
8. «

   У Скарлетт возникло странное, тягостное ощущение, что этот человек, для которого закрыты двери хороших домов, — единственный из всех присутствующих догадывается о том, что кроется под ее отчаянной напускной веселостью, и забавляется, словно получает от этого какое-то желчное удовольствие.

   У Скарлетт возникло странное, тягостное ощущение, что этот человек, для которого закрыты двери хороших домов, — единственный из всех присутствующих догадывается о том, что кроется под ее отчаянной напускной веселостью, и забавляется, словно получает от этого какое-то желчное удовольствие.
9. «

   А разговор с Реттом вызывал у нее такое облегчение и успокоение, какое ощущаешь, когда, протанцевав целый вечер в узких туфлях, надеваешь удобные домашние шлепанцы.

   А разговор с Реттом вызывал у нее такое облегчение и успокоение, какое ощущаешь, когда, протанцевав целый вечер в узких туфлях, надеваешь удобные домашние шлепанцы.
10. «

    Она была так похожа на вас — такая же своенравная, храбрая, веселая, задорная, и я могу холить и баловать её — как мне хотелось холить и баловать вас. Только она была не такая, как вы, — она меня любила. И я был счастлив отдать ей всю свою любовь, которая вам была не нужна… Когда её не стало, с ней вместе ушло всё.

    Она была так похожа на вас — такая же своенравная, храбрая, веселая, задорная, и я могу холить и баловать её — как мне хотелось холить и баловать вас. Только она была не такая, как вы, — она меня любила. И я был счастлив отдать ей всю свою любовь, которая вам была не нужна… Когда её не стало, с ней вместе ушло всё.

    — Ретт Батлер · книга
11. «

    Нет, дорогая моя, я в вас не влюблен — как и вы в меня, но если бы даже и был влюблен, то вы были бы последним человеком, которому я бы в этом признался.

    Нет, дорогая моя, я в вас не влюблен — как и вы в меня, но если бы даже и был влюблен, то вы были бы последним человеком, которому я бы в этом признался.

    — Ретт Батлер · книга
12. «

    Он просто проявлял вежливый интерес к тому, чему другие отдавали душу.

    Он просто проявлял вежливый интерес к тому, чему другие отдавали душу.
13. «

    На предложение руки и сердца благородная леди должна три раза отказаться, и только на четвёртый раз согласиться.

    На предложение руки и сердца благородная леди должна три раза отказаться, и только на четвёртый раз согласиться.
14. «

    Вы либо будете делать деньги неподобающим для дамы способом и всюду встречать холодный приём, либо будете бедны и благородны, зато приобретёте кучу друзей.

    Вы либо будете делать деньги неподобающим для дамы способом и всюду встречать холодный приём, либо будете бедны и благородны, зато приобретёте кучу друзей.

    — Ретт Батлер · книга
15. «

    Ни одна жена на всём свете не сумела ещё переделать мужа и советую тебе зарубить это себе на носу.

    Ни одна жена на всём свете не сумела ещё переделать мужа и советую тебе зарубить это себе на носу.

    — Джералд О'Хара · книга
16. «

    И если можешь, старайся не быть большей дурой, чем ты есть на самом деле.

    И если можешь, старайся не быть большей дурой, чем ты есть на самом деле.

    — Ретт Батлер · книга
17. «

    Я не приспособлен жить в этом мире, а мир, к которому я принадлежал, – исчез.

    Я не приспособлен жить в этом мире, а мир, к которому я принадлежал, – исчез.

    — Эшли Уилкс · книга
18. «

    В конце концов с нами произойдёт, видимо, то, что происходит всегда, когда рушится цивилизация. Люди, обладающие умом и мужеством, выплывают, а те, кто не обладает этими качествами, идут ко дну.

    В конце концов с нами произойдёт, видимо, то, что происходит всегда, когда рушится цивилизация. Люди, обладающие умом и мужеством, выплывают, а те, кто не обладает этими качествами, идут ко дну.

    — Ретт Батлер · книга
19. «

    Можно лишь пожалеть того человека и тот народ, что опускает руки и проливает слезы, потому что жизнь оказалась не такой, какой хотелось бы.

    Можно лишь пожалеть того человека и тот народ, что опускает руки и проливает слезы, потому что жизнь оказалась не такой, какой хотелось бы.

    — Томми Уэллберн · книга
20. «

    ... нервный, застенчивый и добропорядочный, а уж паршивее качеств для мужчины не придумаешь.

    ... нервный, застенчивый и добропорядочный, а уж паршивее качеств для мужчины не придумаешь.