27 фраз из книги «Мари Руткоски. Преступление победителя», которые запомнились

27 цитат из книги «Мари Руткоски. Преступление победителя» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Тенсен разжал пальцы. — Перемирие было ложью. Каждая минута, которую мы провели здесь, — частьимператорского спектакля: он отвлекал наше внимание, чтобы заставить нас поверить, будто мы действительно независимы — настолько, что даже былиприглашены ко двору. Император хочет заполучить Геран обратно. Освобожденным от геранцев.

   Тенсен разжал пальцы. — Перемирие было ложью. Каждая минута, которую мы провели здесь, — частьимператорского спектакля: он отвлекал наше внимание, чтобы заставить нас поверить, будто мы действительно независимы — настолько, что даже былиприглашены ко двору. Император хочет заполучить Геран обратно. Освобожденным от геранцев.

   — Арин · книга
2. «

   Он увидел, как Кестрел дает цветок ребенку, на которого больше никто необращал внимания. Смотрел, как она жизнерадостно проиграла в карты пожилойвалорианке, над которой общество открыто смеялось, потому что, какговорили, она была слишком стара, чтобы это понять. Во время этой игры Арин стоял у Кестрел за спиной. Он видел, что еекомбинация была выигрышной. Он видел, что она честна с ним. Ее искренность была подобна чаше скристально чистой водой, которую он выпивал до дна. Он видел ее слезы, поблескивающие в темноте. Ее живой ум — острый и находчивый, который очень непросто было загнать втупик.

   Он увидел, как Кестрел дает цветок ребенку, на которого больше никто необращал внимания. Смотрел, как она жизнерадостно проиграла в карты пожилойвалорианке, над которой общество открыто смеялось, потому что, какговорили, она была слишком стара, чтобы это понять. Во время этой игры Арин стоял у Кестрел за спиной. Он видел, что еекомбинация была выигрышной. Он видел, что она честна с ним. Ее искренность была подобна чаше скристально чистой водой, которую он выпивал до дна. Он видел ее слезы, поблескивающие в темноте. Ее живой ум — острый и находчивый, который очень непросто было загнать втупик.

   — Кестрел · книга
3. «

   Арин словно забыл, что сидит за столом отца, а сменилось уже две поры года. Он забыл, что Тенсен ждет его слова. Арин снова был на арене. Он помнил, как смотрел на девчонку, испытывая ненависть столь же твердую, сколь ичистую. Как алмаз.

   Арин словно забыл, что сидит за столом отца, а сменилось уже две поры года. Он забыл, что Тенсен ждет его слова. Арин снова был на арене. Он помнил, как смотрел на девчонку, испытывая ненависть столь же твердую, сколь ичистую. Как алмаз.

   — Арин · книга
4. «

   Тигренок куснул Арина за лодыжку. Тот мягко оттолкнул его морду. — Рошар, зачем ты здесь? — Я дал тигренку имя. Назвал его в твою честь. — Рошар. — Когда Арин подрастет, тебя приговорят к смерти от зубов тигра на дакранской арене. Арин сожрет тебя живьем.

   Тигренок куснул Арина за лодыжку. Тот мягко оттолкнул его морду. — Рошар, зачем ты здесь? — Я дал тигренку имя. Назвал его в твою честь. — Рошар. — Когда Арин подрастет, тебя приговорят к смерти от зубов тигра на дакранской арене. Арин сожрет тебя живьем.

   — Арин · книга
5. «

   — Мне жаль, — осторожно сказал Арин. — Я пытался. Но я не мог ничего сделать. — Нет, ты смог. Ты спас во мне что-то, что помогло мне снова решиться напобег.

   — Мне жаль, — осторожно сказал Арин. — Я пытался. Но я не мог ничего сделать. — Нет, ты смог. Ты спас во мне что-то, что помогло мне снова решиться напобег.

   — Арин · книга
6. «

   — Брат, ты сошел с ума, — сказала королева. — Он любит меня, — возразил Рошар. Тигренок спал, свернувшись клубком уего ноги. — А что будет, когда он вырастет и станет достаточно большим, чтобы съестьживьем человека? — Тогда я заставлю Арина заботиться о нем.

   — Брат, ты сошел с ума, — сказала королева. — Он любит меня, — возразил Рошар. Тигренок спал, свернувшись клубком уего ноги. — А что будет, когда он вырастет и станет достаточно большим, чтобы съестьживьем человека? — Тогда я заставлю Арина заботиться о нем.

   — Арин · книга
7. «

   Ее пожирал страх. Когда часы отметили уже третий час ее пребывания здесь, она поерзала на подушках. От них исходил легкий аромат духов Джесс. Ароматбелого цветка из Герана. Он расцвел перед глазами Кестрел. Аромат был оставлен недавно. Окна салона выходили на дорогу. Кестрел видела свою карету и свиту, ожидающую снаружи. Девушка боролась с осознанием. Она не хотела понимать. Но затем... оначетко представила себе, как Джесс сидела на этом самом диване, когдаподъехала карета Кестрел. Джесс переговорила с лакеем. А потом ушла вдругую часть дома. И сейчас ждет там. Ждет, когда Кестрел уедет. От запаха духов у Кестрел заслезились глаза.

   Ее пожирал страх. Когда часы отметили уже третий час ее пребывания здесь, она поерзала на подушках. От них исходил легкий аромат духов Джесс. Ароматбелого цветка из Герана. Он расцвел перед глазами Кестрел. Аромат был оставлен недавно. Окна салона выходили на дорогу. Кестрел видела свою карету и свиту, ожидающую снаружи. Девушка боролась с осознанием. Она не хотела понимать. Но затем... оначетко представила себе, как Джесс сидела на этом самом диване, когдаподъехала карета Кестрел. Джесс переговорила с лакеем. А потом ушла вдругую часть дома. И сейчас ждет там. Ждет, когда Кестрел уедет. От запаха духов у Кестрел заслезились глаза.

   — Кестрел · книга
8. «

   Любимица двора. Дочь генерала. Приближенная императора. Невеста его сына.

   Любимица двора. Дочь генерала. Приближенная императора. Невеста его сына.
9. «

   Кестрел заставила себя успокоиться. Император не знал правду о том дне, когда она настояла на прекращении Геранского восстания. Никто не знал. ДажеАрин не догадывался, что она купила его свободу несколькими расчетливымисловами... и обещанием выйти замуж за наследника короны. Если бы Арин знал, то воспротивился бы. Он бы уничтожил сам себя. Если бы император знал, почему она сделала это, то уничтожил бы ее.

   Кестрел заставила себя успокоиться. Император не знал правду о том дне, когда она настояла на прекращении Геранского восстания. Никто не знал. ДажеАрин не догадывался, что она купила его свободу несколькими расчетливымисловами... и обещанием выйти замуж за наследника короны. Если бы Арин знал, то воспротивился бы. Он бы уничтожил сам себя. Если бы император знал, почему она сделала это, то уничтожил бы ее.

   — Кестрел · книга
10. «

    — Это мужчина или женщина? — Мужчина. — Почему же так важно, чтобы я с ним увиделась? Капитан пожал плечами. — Император не сказал. — Но кто это? Капитан тяжело переступил с ноги на ногу. — Я так же люблю сюрпризы, — сказала Кестрел, — как и император любит делиться своими маслами.

    — Это мужчина или женщина? — Мужчина. — Почему же так важно, чтобы я с ним увиделась? Капитан пожал плечами. — Император не сказал. — Но кто это? Капитан тяжело переступил с ноги на ногу. — Я так же люблю сюрпризы, — сказала Кестрел, — как и император любит делиться своими маслами.

    — Кестрел · книга
11. «

    — Что ж... — А догадки? Например, — она постучала пальцами по столу чёрного дерева, будто сыграв аккорд, — я предполагаю, что мы направляемся в тюрьму. — Это было не так уж сложно, миледи. — Мне стоит попробовать что-нибудь посложнее? Ваши руки чистые, но ботинкигрязные. Немного забрызганные. Пятна блестящие, только что высохли. Кровь? Он заинтересовался. Ему понравилась эта игра. — Как я погляжу, сегодня вы встали даже раньше, чем я, — сказала Кестрел.— И вы были заняты. Как противоречат, однако, кровь на ваших ботинках иэтот запах... тонкий аромат. Ветивер. Дорогой. Нотка амбры. Слабый отзвукперца. О, капитан. Неужели вы... одалживали у императора душистое масло? Удовольствие исчезло с его лица. — Я считаю, такая хорошая догадка заслуживает намёка, капитан. Он вздохнул. — Я отведу вас к заключённому-геранцу.

    — Что ж... — А догадки? Например, — она постучала пальцами по столу чёрного дерева, будто сыграв аккорд, — я предполагаю, что мы направляемся в тюрьму. — Это было не так уж сложно, миледи. — Мне стоит попробовать что-нибудь посложнее? Ваши руки чистые, но ботинкигрязные. Немного забрызганные. Пятна блестящие, только что высохли. Кровь? Он заинтересовался. Ему понравилась эта игра. — Как я погляжу, сегодня вы встали даже раньше, чем я, — сказала Кестрел.— И вы были заняты. Как противоречат, однако, кровь на ваших ботинках иэтот запах... тонкий аромат. Ветивер. Дорогой. Нотка амбры. Слабый отзвукперца. О, капитан. Неужели вы... одалживали у императора душистое масло? Удовольствие исчезло с его лица. — Я считаю, такая хорошая догадка заслуживает намёка, капитан. Он вздохнул. — Я отведу вас к заключённому-геранцу.

    — Кестрел · книга
12. «

    — Кроме того, — продолжила девушка, — я бы не хотела упустить такуювозможность. Вы же знаете, что дворяне и губернаторы провинций заплатят чемугодно — услугами, информацией, золотом — ради того, чтобы получить лучшиеместа на свадьбе. Загадка того, что я надену, и какая музыка будет звучать, отвлечет внимание империи. Никто не заметит, если вы примете политическоерешение, которое бы в ином случае повергло тысячи людей в ярость. На вашемместе я бы не стала торопить свадьбу, а воспользовалась всеми выгодамипродолжительной помолвки.

    — Кроме того, — продолжила девушка, — я бы не хотела упустить такуювозможность. Вы же знаете, что дворяне и губернаторы провинций заплатят чемугодно — услугами, информацией, золотом — ради того, чтобы получить лучшиеместа на свадьбе. Загадка того, что я надену, и какая музыка будет звучать, отвлечет внимание империи. Никто не заметит, если вы примете политическоерешение, которое бы в ином случае повергло тысячи людей в ярость. На вашемместе я бы не стала торопить свадьбу, а воспользовалась всеми выгодамипродолжительной помолвки.

    — Кестрел · книга
13. «

    Перемирие. Перемирие, которое Кестрел передала ему у стен города. Оноспасло Арину жизнь. Почему Арин так долго сомневался, что именно Кестрелспасла его?«Глупец», — снова проговорил голос.

    Перемирие. Перемирие, которое Кестрел передала ему у стен города. Оноспасло Арину жизнь. Почему Арин так долго сомневался, что именно Кестрелспасла его?«Глупец», — снова проговорил голос.

    — Арин · книга
14. «

    — Это не история из книжки! — Разве нет? — спросил Тенсен. — Разве это не рассказ о том, как мальчикстал мужчиной и спас свой народ? Мне нравится этот рассказ. Однажды, несколько десятелетий назад, я играл в его постановке для геранской королевской семьи. Все закончилось счастливо.

    — Это не история из книжки! — Разве нет? — спросил Тенсен. — Разве это не рассказ о том, как мальчикстал мужчиной и спас свой народ? Мне нравится этот рассказ. Однажды, несколько десятелетий назад, я играл в его постановке для геранской королевской семьи. Все закончилось счастливо.

    — Арин · книга
15. «

    — Мне здесь не место, — сказала она. — Вы — моя будущая императрица, — отозвался капитан. — Вы должныприсутствовать. Или вы полагали, что власть заключается лишь в платьях ибалах? — Он проверил, чтобы цепь была натянута туго. Мужчину приподняло, так что он повис в кандалах. — Лампу, миледи, — подозвал Кестрел капитан.

    — Мне здесь не место, — сказала она. — Вы — моя будущая императрица, — отозвался капитан. — Вы должныприсутствовать. Или вы полагали, что власть заключается лишь в платьях ибалах? — Он проверил, чтобы цепь была натянута туго. Мужчину приподняло, так что он повис в кандалах. — Лампу, миледи, — подозвал Кестрел капитан.

    — Кестрел · книга
16. «

    Кестрел подумала, что должна открыть глаза еще шире. Она взглянула на мир. На ней был роскошный халат: невесте принца должны быть доступны любыеудобства. В окнах ванной комнаты стояли витражные стекла: валорианка должнанаслаждаться красотой. На сморщенных пальцах Кестрел влажно блестелизолотые кольца: победы генерала принесли богатство его дочери. А во влажном воздухе невидимым грузом висели правила. Но кто ихустанавливает? Кто решил, что валорианцы должны чтить свое слово? Ктоубедил ее отца, что империя должна продолжать пожирать целые страны и что рабы принадлежат Валории по праву завоевания?

    Кестрел подумала, что должна открыть глаза еще шире. Она взглянула на мир. На ней был роскошный халат: невесте принца должны быть доступны любыеудобства. В окнах ванной комнаты стояли витражные стекла: валорианка должнанаслаждаться красотой. На сморщенных пальцах Кестрел влажно блестелизолотые кольца: победы генерала принесли богатство его дочери. А во влажном воздухе невидимым грузом висели правила. Но кто ихустанавливает? Кто решил, что валорианцы должны чтить свое слово? Ктоубедил ее отца, что империя должна продолжать пожирать целые страны и что рабы принадлежат Валории по праву завоевания?

    — Кестрел · книга
17. «

    «Зачем ты подслушивал под дверями, — спрашивал капитан стражи у Тринна втюрьме, — во время личной встречи императора с главой Сената?» Внезапно Кестрел показалось, будто ее бокал наполнен не вином, а кровью.

    «Зачем ты подслушивал под дверями, — спрашивал капитан стражи у Тринна втюрьме, — во время личной встречи императора с главой Сената?» Внезапно Кестрел показалось, будто ее бокал наполнен не вином, а кровью.
18. «

    — От тебя пахнет мужчиной. — Он немного отодвинулся. — Где ты взяла этукуртку? В ее голосе не отразился охвативший ее трепет: — Выиграла. — Кто стал твоей жертвой на этот раз? — Какой-то моряк. В карты. Мне было холодно. — Не стыдно, Кестрел? — Нет, совершенно. — Она заставила свой голос звучать тверже. — Честноговоря, он отдал мне ее. — Какой интересный у тебя был вечер. Сбежала из дворца. Украла куртку уморяка. Почему мне кажется, что это еще не все?

    — От тебя пахнет мужчиной. — Он немного отодвинулся. — Где ты взяла этукуртку? В ее голосе не отразился охвативший ее трепет: — Выиграла. — Кто стал твоей жертвой на этот раз? — Какой-то моряк. В карты. Мне было холодно. — Не стыдно, Кестрел? — Нет, совершенно. — Она заставила свой голос звучать тверже. — Честноговоря, он отдал мне ее. — Какой интересный у тебя был вечер. Сбежала из дворца. Украла куртку уморяка. Почему мне кажется, что это еще не все?

    — Кестрел · книга
19. «

    Но она не ожидала, что Джесс ответит ей. А это письмо — Кестрел взвесилаего в ладони — было столь же пухлым, как и то, что отправила сама Кестрел. Джесс не стала бы так много писать, если бы совершенно не хотела иметь сКестрел дела. Кестрел распечатала конверт. Она снова ощутила смесь знания и незнания, потрясения и обреченности. Она полностью развернула конверт. Разве она это не предвидела? Разве это небыло очевидно? В конверте было то самое письмо, которое Кестрел отправила Джесс. Неоткрытое и непрочитанное.

    Но она не ожидала, что Джесс ответит ей. А это письмо — Кестрел взвесилаего в ладони — было столь же пухлым, как и то, что отправила сама Кестрел. Джесс не стала бы так много писать, если бы совершенно не хотела иметь сКестрел дела. Кестрел распечатала конверт. Она снова ощутила смесь знания и незнания, потрясения и обреченности. Она полностью развернула конверт. Разве она это не предвидела? Разве это небыло очевидно? В конверте было то самое письмо, которое Кестрел отправила Джесс. Неоткрытое и непрочитанное.
20. «

    «Он покровительствует торговле, — говорила Инэй, — а значит, ипереговорам. А также тому, что скрыто. Обе стороны монеты сразу увидетьневозможно, верно, дитя? У бога денег всегда есть секреты». Бог денег был также покровителем шпионов.

    «Он покровительствует торговле, — говорила Инэй, — а значит, ипереговорам. А также тому, что скрыто. Обе стороны монеты сразу увидетьневозможно, верно, дитя? У бога денег всегда есть секреты». Бог денег был также покровителем шпионов.

    — Инэй · книга