55 цитат из книги «Марио Пьюзо. Дураки умирают» без воды

Ниже 55 цитат из книги «Марио Пьюзо. Дураки умирают»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Я не очень-то любил белых, так с чего мне было питать особые чувства к черным?

   Я не очень-то любил белых, так с чего мне было питать особые чувства к черным?

   — Джон Мерлин · книга
2. «

   — Феминистки утверждают, что мы доминируем и управляем их жизнями. Конечно, это глупость. Как и утверждение, что женщины сексуально более чистоплотны, чем мужчины. Женщины трахались бы с кем угодно, где угодно и когда угодно, если б не боялись огласки. Феминистки бухтят о том, что большинство властных постов занимают мужчины. Только это не мужчины. Они даже не люди. Эти посты и хотят занять женщины. Они не понимают, что для этого надо пройти по трупам. — Вы один из этих мужчин. — Да. И отсюда следует, что я прошел по трупам. Женщины получат то, что уже есть у мужчин. А именно дерьмо, язву и инфаркты. Плюс говняную работу, которую мужчины терпеть не могут.

   — Феминистки утверждают, что мы доминируем и управляем их жизнями. Конечно, это глупость. Как и утверждение, что женщины сексуально более чистоплотны, чем мужчины. Женщины трахались бы с кем угодно, где угодно и когда угодно, если б не боялись огласки. Феминистки бухтят о том, что большинство властных постов занимают мужчины. Только это не мужчины. Они даже не люди. Эти посты и хотят занять женщины. Они не понимают, что для этого надо пройти по трупам. — Вы один из этих мужчин. — Да. И отсюда следует, что я прошел по трупам. Женщины получат то, что уже есть у мужчин. А именно дерьмо, язву и инфаркты. Плюс говняную работу, которую мужчины терпеть не могут.

   — Озано · книга
3. «

   Искусство существует для того, чтобы человек понял, как надо жить.

   Искусство существует для того, чтобы человек понял, как надо жить.

   — Джон Мерлин · книга
4. «

   — Кино — не искусство. Это магические фокусы для детей. — Может, идею ты уловил правильно. В любой форме это магия, а не искусство. Финт, который заставляет людей забывать обо всем, даже о смерти.

   — Кино — не искусство. Это магические фокусы для детей. — Может, идею ты уловил правильно. В любой форме это магия, а не искусство. Финт, который заставляет людей забывать обо всем, даже о смерти.

   — Джон Мерлин · книга
5. «

   Знаешь, что не так с богачами? Они думают, что ничуть не хуже других только потому, что купаются в деньгах.

   Знаешь, что не так с богачами? Они думают, что ничуть не хуже других только потому, что купаются в деньгах.

   — Озано · книга
6. «

   Нет ничего смешнее, когда с тобой поступают, как с полным идиотом.

   Нет ничего смешнее, когда с тобой поступают, как с полным идиотом.
7. «

   ... Заставила увидеть внутреннюю, такую ранимую красоту, присущую всем людям, независимо от их внешности.

   ... Заставила увидеть внутреннюю, такую ранимую красоту, присущую всем людям, независимо от их внешности.

   — Джон Мерлин · книга
8. «

   Смерть — это другая история. Я никогда не стану шутить со смертью. Это за пределом моих возможностей.

   Смерть — это другая история. Я никогда не стану шутить со смертью. Это за пределом моих возможностей.
9. «

   Если я был о себе хорошего мнения, то какая разница, если другие думают обо мне плохо?

   Если я был о себе хорошего мнения, то какая разница, если другие думают обо мне плохо?
10. «

    Возможность совершения недостойного поступка подстерегает человека за каждым углом и всегда возникает неожиданно, не оставляя ему времени на раздумья.

    Возможность совершения недостойного поступка подстерегает человека за каждым углом и всегда возникает неожиданно, не оставляя ему времени на раздумья.

    — Джон Мерлин · книга
11. «

    Когда я был молод, некоторые женщины говорили, что любят меня за длинные ресницы. Я принимал это. Позже за моё остроумие. Потом за мою власть и деньги. Потом за мой талант. Потом за мой разум – глубокий. Хорошо, я могу принять всё это. Единственная женщина, которая меня пугает, это та, которая любит меня только за то, что я есть. У меня есть на неё планы. У меня есть яды и кинжалы, и тёмные гробницы в пещерах, чтобы укрыть её. Ей нельзя разрешать жить. Особенно если она сексуально преданна и никогда не врёт, и всегда ставит меня выше всего и всех.

    Когда я был молод, некоторые женщины говорили, что любят меня за длинные ресницы. Я принимал это. Позже за моё остроумие. Потом за мою власть и деньги. Потом за мой талант. Потом за мой разум – глубокий. Хорошо, я могу принять всё это. Единственная женщина, которая меня пугает, это та, которая любит меня только за то, что я есть. У меня есть на неё планы. У меня есть яды и кинжалы, и тёмные гробницы в пещерах, чтобы укрыть её. Ей нельзя разрешать жить. Особенно если она сексуально преданна и никогда не врёт, и всегда ставит меня выше всего и всех.
12. «

    Даже если раны детства заживают, ранимость никогда не проходит. Возраст не служит защитой от душевной травмы.

    Даже если раны детства заживают, ранимость никогда не проходит. Возраст не служит защитой от душевной травмы.

    — Джон Мерлин · книга
13. «

    Жизнь — это комический театр, и нет ничего забавнее любви, шествующей сквозь время.

    Жизнь — это комический театр, и нет ничего забавнее любви, шествующей сквозь время.
14. «

    Настоящий мошенник может одним и тем же приемом провести тебя два, три, четыре, пять, шесть раз и все равно остаться твоим другом. Гронвелт знал, что в настоящем мошеннике должна тлеть искорка человеколюбия, жалости и сострадания. Настоящий мошенник должен искренне любить свою жертву. Настоящий мошенник должен всегда спешить на помощь и быть хорошим другом. Никакого противоречия тут не было. Все эти добродетели жизненно важны для настоящего мошенника. Они убеждают в его полной благонадежности. Только так он может избавить верного друга от сокровищ, которые нужны ему самому. Иногда речь идет не о деньгах. Иногда мошенник перетягивает на себя власть, принадлежащую другому человеку. Разумеется, мошеннику необходимы хитрость и безжалостность, но он — ничто, его видно насквозь, он — спринтер, если только у него нет сердца.

    Настоящий мошенник может одним и тем же приемом провести тебя два, три, четыре, пять, шесть раз и все равно остаться твоим другом. Гронвелт знал, что в настоящем мошеннике должна тлеть искорка человеколюбия, жалости и сострадания. Настоящий мошенник должен искренне любить свою жертву. Настоящий мошенник должен всегда спешить на помощь и быть хорошим другом. Никакого противоречия тут не было. Все эти добродетели жизненно важны для настоящего мошенника. Они убеждают в его полной благонадежности. Только так он может избавить верного друга от сокровищ, которые нужны ему самому. Иногда речь идет не о деньгах. Иногда мошенник перетягивает на себя власть, принадлежащую другому человеку. Разумеется, мошеннику необходимы хитрость и безжалостность, но он — ничто, его видно насквозь, он — спринтер, если только у него нет сердца.
15. «

    В этом больше ничего не разглядеть. Что ты видишь, то и есть. Ничего сложного. Люди не столь важны для других людей. Когда ты станешь старше, увидишь, что это так.

    В этом больше ничего не разглядеть. Что ты видишь, то и есть. Ничего сложного. Люди не столь важны для других людей. Когда ты станешь старше, увидишь, что это так.

    — Джордан · книга
16. «

    Когда слышишь об успехе кого-то из знакомых, пришедшей к нему славе, обычно возникает ощущение, что слава эта появляется ниоткуда, вспыхивает, как «сверхновая».

    Когда слышишь об успехе кого-то из знакомых, пришедшей к нему славе, обычно возникает ощущение, что слава эта появляется ниоткуда, вспыхивает, как «сверхновая».

    — Джон Мерлин · книга
17. «

    Самому себе можно продать всё, что угодно.

    Самому себе можно продать всё, что угодно.
18. «

    Могу простить Дженел все, когда я с ней, и ничего не прощу вдали от нее.

    Могу простить Дженел все, когда я с ней, и ничего не прощу вдали от нее.
19. «

    Нельзя держать умную богатую даму за тупую бедную телку.

    Нельзя держать умную богатую даму за тупую бедную телку.

    — Альфред Гронвелт · книга
20. «

    У людей все более запутано, чем у белых медведей.

    У людей все более запутано, чем у белых медведей.