Топ-244 цитаты из книги «Мария Фариса. Джунгли внутри тебя»

Собрали 244 цитаты из книги «Мария Фариса. Джунгли внутри тебя» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Часто женская красота — это туман, который мешает мужчинам видеть правду. Но туман рассеивается неизбежно.

   Часто женская красота — это туман, который мешает мужчинам видеть правду. Но туман рассеивается неизбежно.
2. «

   Гной незалеченных ран сердца капает с языка.

   Гной незалеченных ран сердца капает с языка.
3. «

   Люди не догадываются, насколько часто отсутствие денег — это подарок. Насколько часто огромные деньги — это проверка.

   Люди не догадываются, насколько часто отсутствие денег — это подарок. Насколько часто огромные деньги — это проверка.
4. «

   Мужчины у меня были и раньше. Они цеплялись ко мне, как репейник к платью. Каждого я таскала на себе годами. Но замуж никто не звал, а замуж хотелось.

   Мужчины у меня были и раньше. Они цеплялись ко мне, как репейник к платью. Каждого я таскала на себе годами. Но замуж никто не звал, а замуж хотелось.
5. «

   Слышал про протестантов? Сюда они не должны проникнуть. На этой земле сердца всех верующих должны быть наши. А чтобы забрать сердца, сначала нужно разбить их. Теперь золотых завитков, картинок и истуканов мало. Статуи должны двигаться, говорить, водить глазами. Римский меч будет пронизывать рёбра Христа, а оттуда настоящая кровь капать. Марии будут рыдать солёной водой и тянуть к Спасителю руки…

   Слышал про протестантов? Сюда они не должны проникнуть. На этой земле сердца всех верующих должны быть наши. А чтобы забрать сердца, сначала нужно разбить их. Теперь золотых завитков, картинок и истуканов мало. Статуи должны двигаться, говорить, водить глазами. Римский меч будет пронизывать рёбра Христа, а оттуда настоящая кровь капать. Марии будут рыдать солёной водой и тянуть к Спасителю руки…
6. «

   Мы все много раз умираем и рождаемся за время одной жизни. Чем больше раз умираем и рождаемся, тем лучше.

   Мы все много раз умираем и рождаемся за время одной жизни. Чем больше раз умираем и рождаемся, тем лучше.
7. «

   Любая карта — это карта сокровищ.

   Любая карта — это карта сокровищ.
8. «

   — Сеньорита, — окликнул мужчина. Жасинта обернулась. — Деньги того не стоят.

   — Сеньорита, — окликнул мужчина. Жасинта обернулась. — Деньги того не стоят.
9. «

   Я помчался к своим, чтобы скорее обнять жену и детей, но дома в обычном месте не обнаружил. Уже тогда меня пронзила догадка, но я отмахнулся: «Нет, быть такого не может». Всё же, чтобы удостовериться, решил пойти к дому моих родителей, который давно разобран. Шагал через яблоневый сад, и все деревья в нём были молодые, как в моём детстве. Вдруг замер: родительский дом стоял на прежнем месте. На окнах были знакомые шторы, горшки с цветами. Я подкрался ближе и в просвет между занавесками увидел свою сестру. Она наливала кипящую воду в бочку. На табуретке лежали зелёное мыло и полотенце. Ей было семнадцать, и она улыбалась. В то время она была влюблена в гробовщика с тонкими усами. Ещё не знала, что скоро выйдет за него замуж, растолстеет, родит двоих, а потом он ей изменит с трактирщицей и заразится дурной болезнью.

   Я помчался к своим, чтобы скорее обнять жену и детей, но дома в обычном месте не обнаружил. Уже тогда меня пронзила догадка, но я отмахнулся: «Нет, быть такого не может». Всё же, чтобы удостовериться, решил пойти к дому моих родителей, который давно разобран. Шагал через яблоневый сад, и все деревья в нём были молодые, как в моём детстве. Вдруг замер: родительский дом стоял на прежнем месте. На окнах были знакомые шторы, горшки с цветами. Я подкрался ближе и в просвет между занавесками увидел свою сестру. Она наливала кипящую воду в бочку. На табуретке лежали зелёное мыло и полотенце. Ей было семнадцать, и она улыбалась. В то время она была влюблена в гробовщика с тонкими усами. Ещё не знала, что скоро выйдет за него замуж, растолстеет, родит двоих, а потом он ей изменит с трактирщицей и заразится дурной болезнью.
10. «

    Раньше я бы не отважилась первой поцеловать мужчину, а его поцеловала. Едва мои губы коснулись его губ, всё поплыло. Я наблюдала за миром из-под ресниц и не видела мира — он вокруг нас сиял и вращался. Мы сделались едины, как стрелки часов в полдень, и мне стало ясно: это нас с ним когда-то давно разрезали боги, как варёное яйцо волосинкой.

    Раньше я бы не отважилась первой поцеловать мужчину, а его поцеловала. Едва мои губы коснулись его губ, всё поплыло. Я наблюдала за миром из-под ресниц и не видела мира — он вокруг нас сиял и вращался. Мы сделались едины, как стрелки часов в полдень, и мне стало ясно: это нас с ним когда-то давно разрезали боги, как варёное яйцо волосинкой.
11. «

    Ты получила свободу жить лучшей из возможных жизней — своей собственной жизнью.

    Ты получила свободу жить лучшей из возможных жизней — своей собственной жизнью.
12. «

    — Творец сделал людей из сухой звонкой глины, а потом создал из бездымного пламени злых духов — джиннов, чтобы они мешали людям, сбивали их с пути. — Зачем? — Чтобы в рай пришёл не всякий, но лишь достойный — тот, кто превратил свою жизнь в поле битвы со злыми духами и победил их.

    — Творец сделал людей из сухой звонкой глины, а потом создал из бездымного пламени злых духов — джиннов, чтобы они мешали людям, сбивали их с пути. — Зачем? — Чтобы в рай пришёл не всякий, но лишь достойный — тот, кто превратил свою жизнь в поле битвы со злыми духами и победил их.
13. «

    Человек может жить очень счастливой жизнью, если отважится слушаться своих желаний.

    Человек может жить очень счастливой жизнью, если отважится слушаться своих желаний.
14. «

    — Я давно не вижу ту женщину. Много лет назад перестал её видеть. — Она тоже манила тебя за собой? — Да. Я остался на месте. Потом мне снились гарпии и рыси, другие женщины, зубастые рыбы. Чего только не снилось, но она больше не появлялась. — Почему ты не пошёл за ней? — Тяжело сказать. Мне было страшно. Ты хоть знаешь, куда она зовёт тебя? Я покачал головой. Зару указал концом лука в глубину джунглей. — Туда. Что там — неизвестно. Кто уходил в те заросли, больше не возвращался.

    — Я давно не вижу ту женщину. Много лет назад перестал её видеть. — Она тоже манила тебя за собой? — Да. Я остался на месте. Потом мне снились гарпии и рыси, другие женщины, зубастые рыбы. Чего только не снилось, но она больше не появлялась. — Почему ты не пошёл за ней? — Тяжело сказать. Мне было страшно. Ты хоть знаешь, куда она зовёт тебя? Я покачал головой. Зару указал концом лука в глубину джунглей. — Туда. Что там — неизвестно. Кто уходил в те заросли, больше не возвращался.
15. «

    В полной тишине и темноте для меня сияло лишь лицо напротив. В его глазах я видела, что и моё лицо для него сияло.

    В полной тишине и темноте для меня сияло лишь лицо напротив. В его глазах я видела, что и моё лицо для него сияло.
16. «

    Мы сделали слабыми своих женщин, чтобы нам было легче совладать с вашей силой.

    Мы сделали слабыми своих женщин, чтобы нам было легче совладать с вашей силой.
17. «

    Она заставила себя провести несколько вечеров дома, но потом не выдержала и снова нырнула в ночь в поисках мужских глаз и объятий. Хотела спрятаться от пустоты, которая хватала её за горло и шептала: «Ты никому не нужна. Тебя никто не любит». Бросалась в свидания со свечками на столиках и вермутом в резных бокалах; бежала к поцелуям со вкусом соли, к такси до дома, к простыням, мокрым от горячего пота. Один, другой, третий — все её романы лопались мыльными пузырями.

    Она заставила себя провести несколько вечеров дома, но потом не выдержала и снова нырнула в ночь в поисках мужских глаз и объятий. Хотела спрятаться от пустоты, которая хватала её за горло и шептала: «Ты никому не нужна. Тебя никто не любит». Бросалась в свидания со свечками на столиках и вермутом в резных бокалах; бежала к поцелуям со вкусом соли, к такси до дома, к простыням, мокрым от горячего пота. Один, другой, третий — все её романы лопались мыльными пузырями.
18. «

    У каждого из нас в детстве что-то украли. Мы всю жизнь, как можем, пытаемся эту потерю восполнить. Тебя, как и меня, обокрал папа. Он не дал тебе то, что дать был обязан: любовь, восхищение, нежность, безопасность, близость. Вместо этого он вёл себя отстранённо и строго. Верно?

    У каждого из нас в детстве что-то украли. Мы всю жизнь, как можем, пытаемся эту потерю восполнить. Тебя, как и меня, обокрал папа. Он не дал тебе то, что дать был обязан: любовь, восхищение, нежность, безопасность, близость. Вместо этого он вёл себя отстранённо и строго. Верно?
19. «

    Места нужно ровно столько, сколько нужно. Иначе можно привыкнуть к комфорту, а это привязывает к стенам и ослабляет сердце.

    Места нужно ровно столько, сколько нужно. Иначе можно привыкнуть к комфорту, а это привязывает к стенам и ослабляет сердце.
20. «

    Я заплакал, посмотрел на небо, вручил Ему свою жизнь и, как Иона, попросил о спасении. «Я помогу, потому что люблю тебя. Но спасёшь себя только ты сам. Для этого я дал тебе Дух. Трудись Духом», — донёсся до меня голос. Я открыл глаза, оглянулся, но никого не увидел.

    Я заплакал, посмотрел на небо, вручил Ему свою жизнь и, как Иона, попросил о спасении. «Я помогу, потому что люблю тебя. Но спасёшь себя только ты сам. Для этого я дал тебе Дух. Трудись Духом», — донёсся до меня голос. Я открыл глаза, оглянулся, но никого не увидел.