167 цитат из книги «Мария Фариса. Люди, которые стареют красиво» на каждый день

167 цитат из книги «Мария Фариса. Люди, которые стареют красиво» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — А ты когда-нибудь так целовался… чтобы как прыжок в бездну? — Я не люблю целоваться. — Мой муж тоже, — Латифа вспомнила сухие поцелуи Хасана — она знала, что у него есть язык только потому, что он говорил с ней.

   — А ты когда-нибудь так целовался… чтобы как прыжок в бездну? — Я не люблю целоваться. — Мой муж тоже, — Латифа вспомнила сухие поцелуи Хасана — она знала, что у него есть язык только потому, что он говорил с ней.
2. «

   Она меняла местами перстни на пальцах, складывала в платок абрикосы и говорила: «Пойду посушу их». Было бесполезно убеждать её, что сушить фрукты можно на крыше. «На вершине другое солнце», — фыркала она и удалялась. Возвращалась худая, загорелая, без абрикосов, зато с бусами из коры и ягод. Её муж ничего не спрашивал, лишь любовался её осанкой и глазами, такими яркими, словно их отмыли.

   Она меняла местами перстни на пальцах, складывала в платок абрикосы и говорила: «Пойду посушу их». Было бесполезно убеждать её, что сушить фрукты можно на крыше. «На вершине другое солнце», — фыркала она и удалялась. Возвращалась худая, загорелая, без абрикосов, зато с бусами из коры и ягод. Её муж ничего не спрашивал, лишь любовался её осанкой и глазами, такими яркими, словно их отмыли.
3. «

   После школы я болтался у лавки отца и разглядывал покупателей: все они были авантюристы, жили ярко, весело и опасно. Можно сказать проще: все они жили.

   После школы я болтался у лавки отца и разглядывал покупателей: все они были авантюристы, жили ярко, весело и опасно. Можно сказать проще: все они жили.
4. «

   Мальчик закричал: «Паук» и показал на меня пальцем. Я запрыгал, как сумасшедший, а паренёк заиграл на флейте мелодию, достойную рая. Я догадался, что не было паука, но не мог остановить свой неистовый танец — руки двигались сами: ласкали кого-то, к кому я не смел прикоснуться. Ноги перебирали по залу, перепрыгивали через преграды. Наконец мелодия оборвалась, я упал на пол. Твой дядя наклонился ко мне: — Теперь знаешь, что делать.

   Мальчик закричал: «Паук» и показал на меня пальцем. Я запрыгал, как сумасшедший, а паренёк заиграл на флейте мелодию, достойную рая. Я догадался, что не было паука, но не мог остановить свой неистовый танец — руки двигались сами: ласкали кого-то, к кому я не смел прикоснуться. Ноги перебирали по залу, перепрыгивали через преграды. Наконец мелодия оборвалась, я упал на пол. Твой дядя наклонился ко мне: — Теперь знаешь, что делать.
5. «

   Аладдин потребовал еды, а когда наелся, спросил: — Почему пещера открылась, когда я произнёс имя отца? — Наши предки — ключ ко всему.

   Аладдин потребовал еды, а когда наелся, спросил: — Почему пещера открылась, когда я произнёс имя отца? — Наши предки — ключ ко всему.
6. «

   Заклятие спало, стоило мне задать вопрос: «Когда это было раньше?» — и вспомнить.

   Заклятие спало, стоило мне задать вопрос: «Когда это было раньше?» — и вспомнить.
7. «

   Чай был с козьим молоком и солью. София сделала глоток и поморщилась. — Такой пьют в пустыне, где живут люди-тени, — пояснил хозяин. — Это где такая? — Она рядом, я там был с божьего благословения. Своих любимчиков Творец отводит в эту пустыню и растягивает между молотом одиночества и наковальней воспоминаний, чтобы с каждым ударом приближать нас к разгадке, для чего мы здесь, и что нас водит по кругу.

   Чай был с козьим молоком и солью. София сделала глоток и поморщилась. — Такой пьют в пустыне, где живут люди-тени, — пояснил хозяин. — Это где такая? — Она рядом, я там был с божьего благословения. Своих любимчиков Творец отводит в эту пустыню и растягивает между молотом одиночества и наковальней воспоминаний, чтобы с каждым ударом приближать нас к разгадке, для чего мы здесь, и что нас водит по кругу.
8. «

   — Как ты ему попалась? — Я сама, виляя задом, зашла в его клетку. Кто вырос в клетке, обречён в неё попадаться.

   — Как ты ему попалась? — Я сама, виляя задом, зашла в его клетку. Кто вырос в клетке, обречён в неё попадаться.
9. «

   Злость — это здоровая реакция на всё больное.

   Злость — это здоровая реакция на всё больное.
10. «

    Да, подошва — толщиной с крылышко мухи, ведь люди идут в этих туфлях к месту, где заканчиваются страдания, а значит, должны чувствовать всё по дороге. Каждый камень, каждую щепку. Мир ранит. Он должен ранить. Чтобы с каждым разом болело сильнее, и человек шёл вглубь, до места, где появилась рана.

    Да, подошва — толщиной с крылышко мухи, ведь люди идут в этих туфлях к месту, где заканчиваются страдания, а значит, должны чувствовать всё по дороге. Каждый камень, каждую щепку. Мир ранит. Он должен ранить. Чтобы с каждым разом болело сильнее, и человек шёл вглубь, до места, где появилась рана.
11. «

    В те месяцы жизнь замирала. До обеда Шоана украшала вышивкой белые, как поля за окном, полотенца. Когда темнело, отец доставал из иконы книгу, приподнимал обложку — и всё озарялось. То были самые светлые ночи.

    В те месяцы жизнь замирала. До обеда Шоана украшала вышивкой белые, как поля за окном, полотенца. Когда темнело, отец доставал из иконы книгу, приподнимал обложку — и всё озарялось. То были самые светлые ночи.
12. «

    Только великие могут признать великое.

    Только великие могут признать великое.
13. «

    Любовь — это когда хочешь видеть.

    Любовь — это когда хочешь видеть.
14. «

    У кого есть разум, тому достаточно и намёка. Сохраняй взгляд чистым и увидишь моё послание.

    У кого есть разум, тому достаточно и намёка. Сохраняй взгляд чистым и увидишь моё послание.
15. «

    В этом мире всё не то, чем кажется с первого взгляда.

    В этом мире всё не то, чем кажется с первого взгляда.
16. «

    — Тебе не страшно? — Чего бояться тем, у кого чистое сердце? Всё будет прекрасно. — Откуда ты знаешь? — Птица присматривает с высоты за своими птенцами. Просто верь в это, потому что я верю.

    — Тебе не страшно? — Чего бояться тем, у кого чистое сердце? Всё будет прекрасно. — Откуда ты знаешь? — Птица присматривает с высоты за своими птенцами. Просто верь в это, потому что я верю.
17. «

    Жилище без печки, с одной плитой, напомнило ей, как далеко её север, сияющий и прозрачный, где землю полгода нельзя тревожить ни лопатой, ни плугом.

    Жилище без печки, с одной плитой, напомнило ей, как далеко её север, сияющий и прозрачный, где землю полгода нельзя тревожить ни лопатой, ни плугом.
18. «

    Последний луч солнца отразился в чьей-то изогнутой сабле. Я упала на песок вместе с седлом с перерезанными ремешками. Облака надо мной сменились лицом иностранца, он поцеловал меня и умчался, а я осталась лежать с чувством, будто от меня оторвали что-то. Эта рваная рана и отправила меня скитаться.

    Последний луч солнца отразился в чьей-то изогнутой сабле. Я упала на песок вместе с седлом с перерезанными ремешками. Облака надо мной сменились лицом иностранца, он поцеловал меня и умчался, а я осталась лежать с чувством, будто от меня оторвали что-то. Эта рваная рана и отправила меня скитаться.
19. «

    Если что-то болит в душе или теле, значит, там поселилось что-то плохое, и через это место энергия утекает. Чтобы заткнуть пробоину, нужно нащупать боль и целиком ей отдаться — тогда она перестанет просить внимания и отпустит.

    Если что-то болит в душе или теле, значит, там поселилось что-то плохое, и через это место энергия утекает. Чтобы заткнуть пробоину, нужно нащупать боль и целиком ей отдаться — тогда она перестанет просить внимания и отпустит.
20. «

    — Жаль, у меня не было такой встречи, — вздохнула она. — Вода спешит к тому, кто жаждет.

    — Жаль, у меня не было такой встречи, — вздохнула она. — Вода спешит к тому, кто жаждет.