153 цитаты из книги «Мария Корелли. Скорбь Сатаны» для размышлений

Собрали 153 цитаты из книги «Мария Корелли. Скорбь Сатаны» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Ничто в сущности не умирает окончательно.

   Ничто в сущности не умирает окончательно.
2. «

   ... красивое тело и ангельское лицо были только пленительной маской для души гарпии.

   ... красивое тело и ангельское лицо были только пленительной маской для души гарпии.
3. «

   Мир такой потешный и двинуть его так легко! Мудрецы всех веков старались исправить его, но напрасно; мир продолжает любить сумасбродство больше разума! Это деревянный шар, или мяч для тенниса, готовый полететь, куда и когда угодно, лишь бы ракета была золотая!

   Мир такой потешный и двинуть его так легко! Мудрецы всех веков старались исправить его, но напрасно; мир продолжает любить сумасбродство больше разума! Это деревянный шар, или мяч для тенниса, готовый полететь, куда и когда угодно, лишь бы ракета была золотая!

   — Лючио Риманец · книга
4. «

   Мы вскоре открыли, что общество более интересовалось последним скандалом, чем трагедиями Софокла или мудростью Платона.

   Мы вскоре открыли, что общество более интересовалось последним скандалом, чем трагедиями Софокла или мудростью Платона.

   — Джеффри Темпест · книга
5. «

   — Не слыхали ль вы, Джеффри, что дьявол не может войти в церковь из-за креста? — Да, я слышал подобную чушь. — Это действительно чушь, потому что те, кто придумал эту легенду, забыли об одной вещи — о том, что в ней есть не только крест, но и священник. А туда, куда вошёл священник, может последовать и дьявол.

   — Не слыхали ль вы, Джеффри, что дьявол не может войти в церковь из-за креста? — Да, я слышал подобную чушь. — Это действительно чушь, потому что те, кто придумал эту легенду, забыли об одной вещи — о том, что в ней есть не только крест, но и священник. А туда, куда вошёл священник, может последовать и дьявол.

   — князь Лючио Риманец · книга
6. «

   Гении процветает на чердаке и умирает в хоромах.

   Гении процветает на чердаке и умирает в хоромах.

   — Лючио Риманец · книга
7. «

   Я был самонадеянным смертным, презирающим изношенные временем суеверия.

   Я был самонадеянным смертным, презирающим изношенные временем суеверия.

   — Джеффри Темпест · книга
8. «

   Свет так легко приводится в движение. Умные люди во все века старались сделать его менее смешным с тем результатом, что он продолжает предпочитать мудрости безрассудство. Как мяч, или, скажем, волан, готовый полететь куда угодно и как угодно, лишь бы ракетка была бы из золота.

   Свет так легко приводится в движение. Умные люди во все века старались сделать его менее смешным с тем результатом, что он продолжает предпочитать мудрости безрассудство. Как мяч, или, скажем, волан, готовый полететь куда угодно и как угодно, лишь бы ракетка была бы из золота.
9. «

   Ничего не даётся даром на этом свете, кроме воздуха и солнечного сияния; всё остальное должно покупаться — кровью, слезами, иногда стенанием, но чаще всего деньгами.

   Ничего не даётся даром на этом свете, кроме воздуха и солнечного сияния; всё остальное должно покупаться — кровью, слезами, иногда стенанием, но чаще всего деньгами.

   — Лючио Риманец · книга
10. «

    Я очень рад, что во мне есть безрассудство: глупость – единственное качество, делающее мудрость возможной.

    Я очень рад, что во мне есть безрассудство: глупость – единственное качество, делающее мудрость возможной.

    — Лючио Риманец · книга
11. «

    Богатство лишь играет роль зеркала, чтобы показать человеческую натуру в ее наихудшем виде.

    Богатство лишь играет роль зеркала, чтобы показать человеческую натуру в ее наихудшем виде.
12. «

    Таков прекраснейший закон распределения: честные люди должны жертвовать собой, чтобы позволить существовать мошенникам.

    Таков прекраснейший закон распределения: честные люди должны жертвовать собой, чтобы позволить существовать мошенникам.

    — Лючио Риманец · книга
13. «

    Каждый, кто ищет заработка одно лишь головой и пером, в начале этой карьеры ощущает себя своего рода социальным изгоем. Он никому не нужен, все его презирают. Его стремления осмеяны, его рукописи возвращаются ему непрочитанными, и о нём меньше заботятся, чем об осуждённом убийце в тюрьме. Убийца по крайней мере одет и накормлен, почтенный священник навещает его, а тюремщик иногда не прочь даже сыграть с ним в карты. Но человек, одарённый оригинальными мыслями и способный выражать их, считается худшим из преступников, и его, если б могли, затолкали бы до смерти.

    Каждый, кто ищет заработка одно лишь головой и пером, в начале этой карьеры ощущает себя своего рода социальным изгоем. Он никому не нужен, все его презирают. Его стремления осмеяны, его рукописи возвращаются ему непрочитанными, и о нём меньше заботятся, чем об осуждённом убийце в тюрьме. Убийца по крайней мере одет и накормлен, почтенный священник навещает его, а тюремщик иногда не прочь даже сыграть с ним в карты. Но человек, одарённый оригинальными мыслями и способный выражать их, считается худшим из преступников, и его, если б могли, затолкали бы до смерти.

    — Джеффри Темпест · книга
14. «

    ... теперь нет ни юношей, ни молодых девушек; двадцатипятилетние старики и старухи устало бродят по свету, обдумывая пользу жизни, расследуя порок и насмехаясь над чувствами.

    ... теперь нет ни юношей, ни молодых девушек; двадцатипятилетние старики и старухи устало бродят по свету, обдумывая пользу жизни, расследуя порок и насмехаясь над чувствами.
15. «

    Будь я сатаной, я бы наверно горевал! Потому что каждая погибшая душа напомнила бы мне мое собственное падение, мое собственное отчаяние и составила бы новое препятствие между мной и небом! Помните, сам дьявол был некогда ангелом!

    Будь я сатаной, я бы наверно горевал! Потому что каждая погибшая душа напомнила бы мне мое собственное падение, мое собственное отчаяние и составила бы новое препятствие между мной и небом! Помните, сам дьявол был некогда ангелом!

    — Лючио Риманец · книга
16. «

    Слово «христианин» меня изводит. Во всем мире нет ни одного настоящего христианина. Вы не христианин, никто не христианин в действительности, хотя многие притворяются, что они христиане и одним этим богохульствуют, делают больше зла, нежели злейший из падших духов!

    Слово «христианин» меня изводит. Во всем мире нет ни одного настоящего христианина. Вы не христианин, никто не христианин в действительности, хотя многие притворяются, что они христиане и одним этим богохульствуют, делают больше зла, нежели злейший из падших духов!

    — Лючио Риманец · книга
17. «

    Деньги — это крючок самого дьявола.

    Деньги — это крючок самого дьявола.
18. «

    Сильное грозное ругательство было для меня такого же рода лекарством, каким, я думаю, бывают слезы для взволнованной женщины.

    Сильное грозное ругательство было для меня такого же рода лекарством, каким, я думаю, бывают слезы для взволнованной женщины.
19. «

    Если вы бедны и плохо одеты — вас оттолкнут, но если вы богаты — вы можете носить потертое платье, сколь вам угодно; за вами будут ухаживать, вам будут льстить и всюду приглашать, даже если бы вы были величайшим глупцом или первостепенным негодяем.

    Если вы бедны и плохо одеты — вас оттолкнут, но если вы богаты — вы можете носить потертое платье, сколь вам угодно; за вами будут ухаживать, вам будут льстить и всюду приглашать, даже если бы вы были величайшим глупцом или первостепенным негодяем.
20. «

    Обычно люди редко искренне огорчаются, когда исчезает какой-нибудь блестящий член общества: остается вакансия для мелюзги.

    Обычно люди редко искренне огорчаются, когда исчезает какой-нибудь блестящий член общества: остается вакансия для мелюзги.