28 цитат из книги «Марк Туллий Цицерон. Мысли и высказывания»

Собрали 28 цитат из книги «Марк Туллий Цицерон. Мысли и высказывания» — те самые, которые расходятся на цитаты.

1. «

   Люди, которые посвятили всю свою жизнь науке и которые все моменты своей жизни употребили на обогащение себя различными знаниями, не могут быть обвинены в пренебрежении к общему благу. Напротив, отечество обязано им очень большими выгодами: свет, который они распространили, просветил их сограждан, сделал их лучшими и более способными служить своему государству.

   Люди, которые посвятили всю свою жизнь науке и которые все моменты своей жизни употребили на обогащение себя различными знаниями, не могут быть обвинены в пренебрежении к общему благу. Напротив, отечество обязано им очень большими выгодами: свет, который они распространили, просветил их сограждан, сделал их лучшими и более способными служить своему государству.
2. «

   Но какая любовь сравнится с тою, которую внушает нам отечество? Мы любим наших родителей, наших родственников, детей, друзей; но все эти роды любви обнимает любовь к отечеству. Какой добрый гражданин отказался бы умереть за него, если бы своею смертью он мог послужить ему?

   Но какая любовь сравнится с тою, которую внушает нам отечество? Мы любим наших родителей, наших родственников, детей, друзей; но все эти роды любви обнимает любовь к отечеству. Какой добрый гражданин отказался бы умереть за него, если бы своею смертью он мог послужить ему?
3. «

   Как безрассудны эти богатые и могущественные люди! Они собирают сокровища, лошадей, рабов, богатые платья, драгоценные вазы и пренебрегают приобретением друзей, самого прекрасного, самого полезного сокровища! Но для кого же нагромождают они столько богатств? Для кого они так стараются? Для человека, более могущественного, чем они, добычею которого все это, может быть, станет. Обладание же нежным и верным другом останется за тем, кто его приобрел.

   Как безрассудны эти богатые и могущественные люди! Они собирают сокровища, лошадей, рабов, богатые платья, драгоценные вазы и пренебрегают приобретением друзей, самого прекрасного, самого полезного сокровища! Но для кого же нагромождают они столько богатств? Для кого они так стараются? Для человека, более могущественного, чем они, добычею которого все это, может быть, станет. Обладание же нежным и верным другом останется за тем, кто его приобрел.
4. «

   Нас увлекает какая-то страсть к знанию и разумению. Нам кажется прекраснее всего блистать своими познаниями: мы стыдимся ошибаться, впадать в заблуждение, пребывать в неведении, даваться в обман.

   Нас увлекает какая-то страсть к знанию и разумению. Нам кажется прекраснее всего блистать своими познаниями: мы стыдимся ошибаться, впадать в заблуждение, пребывать в неведении, даваться в обман.
5. «

   Если, во времена Тарквиния, Рим не имел еще писаного закона против изнасилования, то Секст Тарквиний, насилуя Лукрецию, разве не нарушил вечного закона? Разве не было достаточно вложенного в нас природою разума, чтобы побудить к добру и отвратить от преступления? Он получил законную силу не только в ту минуту, когда был написан, но с самого момента своего появления он являлся образцом законов, а появился он вместе с божественным разумом.

   Если, во времена Тарквиния, Рим не имел еще писаного закона против изнасилования, то Секст Тарквиний, насилуя Лукрецию, разве не нарушил вечного закона? Разве не было достаточно вложенного в нас природою разума, чтобы побудить к добру и отвратить от преступления? Он получил законную силу не только в ту минуту, когда был написан, но с самого момента своего появления он являлся образцом законов, а появился он вместе с божественным разумом.
6. «

   Часто почетная смерть искупает позор жизни.

   Часто почетная смерть искупает позор жизни.
7. «

   Лучшее средство сохранить выгодное положение, в котором мы находимся, – это заставить любить себя; худшее – заставить бояться себя. Ужас – плохой спутник, он плохо защищает нашу жизнь; но расположение является всегда верным стражем.

   Лучшее средство сохранить выгодное положение, в котором мы находимся, – это заставить любить себя; худшее – заставить бояться себя. Ужас – плохой спутник, он плохо защищает нашу жизнь; но расположение является всегда верным стражем.
8. «

   Руководимое только ощущениями, животное занято только настоящим и имеет лишь слабое понятие о прошедшем и будущем. Но человек, при свете разума обнаруживающий последствия вещей, видит их причины и их развитие и сравнивает их отношения между собою. Он соединяет, связывает настоящее с будущим, одним взглядом обнимает все жизненное течение и подготовляет то, что ему необходимо для ее наполнения.

   Руководимое только ощущениями, животное занято только настоящим и имеет лишь слабое понятие о прошедшем и будущем. Но человек, при свете разума обнаруживающий последствия вещей, видит их причины и их развитие и сравнивает их отношения между собою. Он соединяет, связывает настоящее с будущим, одним взглядом обнимает все жизненное течение и подготовляет то, что ему необходимо для ее наполнения.
9. «

   Нет ничего более согласного с природою человека, чем благотворительность; но она должна иметь свои законы. Следует остерегаться, чтобы наши благодеяния не повредили другим и не причинили зла тем, которым мы желаем благодетельствовать; чтобы наша щедрость не превысила наших средств и чтобы наш дар соответствовал заслуге тех, которые его получают: ибо это основа справедливости, которой должны подчиниться все наши действия.

   Нет ничего более согласного с природою человека, чем благотворительность; но она должна иметь свои законы. Следует остерегаться, чтобы наши благодеяния не повредили другим и не причинили зла тем, которым мы желаем благодетельствовать; чтобы наша щедрость не превысила наших средств и чтобы наш дар соответствовал заслуге тех, которые его получают: ибо это основа справедливости, которой должны подчиниться все наши действия.
10. «

    Нечего ожидать чего-либо от человека, уши которого закрыты для истины и который не может слышать ее даже из уст друга. Часто, по словам Катона, горечь ненависти служит нам лучше кажущейся сладости дружбы. Наш враг всегда говорит нам правду; слишком услужливый друг никогда не говорит нам ее.

    Нечего ожидать чего-либо от человека, уши которого закрыты для истины и который не может слышать ее даже из уст друга. Часто, по словам Катона, горечь ненависти служит нам лучше кажущейся сладости дружбы. Наш враг всегда говорит нам правду; слишком услужливый друг никогда не говорит нам ее.
11. «

    Достаточно малого, очень малого числа людей, поставленных во главе государства, для того, чтобы исправить или испортить нравы народа.

    Достаточно малого, очень малого числа людей, поставленных во главе государства, для того, чтобы исправить или испортить нравы народа.
12. «

    Бывает ли что-либо приятнее друга, с которым можно беседовать, как с самим собою? Как много прелести утратило бы наше счастье, если бы никто не радовался ему вместе с нами! Как трудно было бы перенести наши несчастия без друга, который испытывает их еще сильнее нас! Различные предметы наших вожделений имеют каждый свои особые выгоды: можно хорошо пользоваться богатством; могущество доставляет нам почести и уважение; сладострастие дает наслаждение; здоровье дает возможность проявить всю энергию наших физических способностей и избавляет нас от болевых ощущений. Но сколько различных выгод соединяет в себе дружба! Куда бы вы ни обратились, она к вашим услугам; она повсеместна; никогда она не докучает, никогда не приходит некстати; она придает благополучию новый блеск, и неудачи, которые она разделяет, в большой степени теряют свою остроту.

    Бывает ли что-либо приятнее друга, с которым можно беседовать, как с самим собою? Как много прелести утратило бы наше счастье, если бы никто не радовался ему вместе с нами! Как трудно было бы перенести наши несчастия без друга, который испытывает их еще сильнее нас! Различные предметы наших вожделений имеют каждый свои особые выгоды: можно хорошо пользоваться богатством; могущество доставляет нам почести и уважение; сладострастие дает наслаждение; здоровье дает возможность проявить всю энергию наших физических способностей и избавляет нас от болевых ощущений. Но сколько различных выгод соединяет в себе дружба! Куда бы вы ни обратились, она к вашим услугам; она повсеместна; никогда она не докучает, никогда не приходит некстати; она придает благополучию новый блеск, и неудачи, которые она разделяет, в большой степени теряют свою остроту.
13. «

    Подобному тому, как нет ничего прекраснее познания истины, так и нет ничего постыднее одобрения лжи и постановления ее на место первой.

    Подобному тому, как нет ничего прекраснее познания истины, так и нет ничего постыднее одобрения лжи и постановления ее на место первой.
14. «

    Тот, кто повелевает, должен иногда повиноваться, и тот, кто повинуется с достоинством, заслуживает того, чтобы повелевать в будущем.

    Тот, кто повелевает, должен иногда повиноваться, и тот, кто повинуется с достоинством, заслуживает того, чтобы повелевать в будущем.
15. «

    Тарквиний в изгнании заявил, что начал отличать своих друзей от своих вероломных царедворцев только с того времени, когда лишился возможности быть полезным кому-либо.

    Тарквиний в изгнании заявил, что начал отличать своих друзей от своих вероломных царедворцев только с того времени, когда лишился возможности быть полезным кому-либо.
16. «

    Если вы вычеркнете из жизни все объединяющее доброжелательство, дома не в состоянии будут существовать, города будут разрушены, поля останутся без обработки.

    Если вы вычеркнете из жизни все объединяющее доброжелательство, дома не в состоянии будут существовать, города будут разрушены, поля останутся без обработки.
17. «

    Разум человеческий проник до самого неба. Из всех животных только мы имеем понятие о восходе звезд, об их закате и движении. Человек разграничил дни, месяцы и годы; солнечные и лунные затмения предвидены, их предсказывают для отдаленного будущего, указывают их объем, их время и их продолжительность. Этому великому зрелищу человек обязан познанием богов, откуда вытекают благочестие, справедливость и все добродетели. Только эти последние могут дать нам счастье жизни, делающее нас равными священным богам. Для довершения сходства нам не достает только бессмертия: но необходимо ли оно для добродетельной жизни?

    Разум человеческий проник до самого неба. Из всех животных только мы имеем понятие о восходе звезд, об их закате и движении. Человек разграничил дни, месяцы и годы; солнечные и лунные затмения предвидены, их предсказывают для отдаленного будущего, указывают их объем, их время и их продолжительность. Этому великому зрелищу человек обязан познанием богов, откуда вытекают благочестие, справедливость и все добродетели. Только эти последние могут дать нам счастье жизни, делающее нас равными священным богам. Для довершения сходства нам не достает только бессмертия: но необходимо ли оно для добродетельной жизни?
18. «

    Если бы наш дух не проникал в грядущие времена, если бы он ограничивал свои мысли тесными пределами жизни, кто мог бы подчиниться стольким трудам, осудить себя на тяжелое ночное бдение, так охотно отказаться от забот о собственном сохранении? Но в великих людях скрывается тайная сила, заставляющая их чувствовать днем и ночью побуждение славы. Эта сила напоминает им, что память о них не ограничивается короткими мгновениями этой жизни, должна пройти громадные пространства грядущих веков и достичь последнего поколения.

    Если бы наш дух не проникал в грядущие времена, если бы он ограничивал свои мысли тесными пределами жизни, кто мог бы подчиниться стольким трудам, осудить себя на тяжелое ночное бдение, так охотно отказаться от забот о собственном сохранении? Но в великих людях скрывается тайная сила, заставляющая их чувствовать днем и ночью побуждение славы. Эта сила напоминает им, что память о них не ограничивается короткими мгновениями этой жизни, должна пройти громадные пространства грядущих веков и достичь последнего поколения.
19. «

    Постыдное никогда не может быть полезным, если бы даже оно доставило нам то, что мы называем большими выгодами; ибо составляет уже печальнейшее несчастье считать бесчестное полезным.

    Постыдное никогда не может быть полезным, если бы даже оно доставило нам то, что мы называем большими выгодами; ибо составляет уже печальнейшее несчастье считать бесчестное полезным.
20. «

    Следует пользоваться тем, что нам дано природой, и не предпринимать ничего, что превышает наши силы.

    Следует пользоваться тем, что нам дано природой, и не предпринимать ничего, что превышает наши силы.