137 сильных цитат из книги «Михаил Булгаков. Мастер и Маргарита»

Ниже 137 цитат из книги «Михаил Булгаков. Мастер и Маргарита»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   — …Хороши ваши стихи, скажите сами? – Чудовищны! – вдруг смело и откровенно произнес Иван. – Не пишите больше! – попросил пришедший умоляюще. – Обещаю и клянусь! – торжественно произнес Иван.

   — …Хороши ваши стихи, скажите сами? – Чудовищны! – вдруг смело и откровенно произнес Иван. – Не пишите больше! – попросил пришедший умоляюще. – Обещаю и клянусь! – торжественно произнес Иван.

   — Мастер · книга
2. «

   Истина прежде всего в том, что у тебя болит голова, и болит так сильно, что ты малодушно помышляешь о смерти.

   Истина прежде всего в том, что у тебя болит голова, и болит так сильно, что ты малодушно помышляешь о смерти.

   — Иешуа Га-Ноцри · книга
3. «

   Вторая свежесть — вот что вздор! Свежесть бывает только одна — первая, она же и последняя. А если осетрина второй свежести, то это означает, что она тухлая!

   Вторая свежесть — вот что вздор! Свежесть бывает только одна — первая, она же и последняя. А если осетрина второй свежести, то это означает, что она тухлая!

   — Воланд · книга
4. «

   – Я в восхищении, – монотонно пел Коровьев, – мы в восхищении, королева в восхищении. – Королева в восхищении, – гнусил за спиною Азазелло. – Я восхищен, – вскрикивал кот.

   – Я в восхищении, – монотонно пел Коровьев, – мы в восхищении, королева в восхищении. – Королева в восхищении, – гнусил за спиною Азазелло. – Я восхищен, – вскрикивал кот.

   — Коровьев (Фагот) · книга
5. «

   Но лишь только исчез грязный снег с тротуаров и мостовых, лишь только потянуло в форточки гниловатым беспокойным ветром весны, Маргарита Николаевна затосковала пуще, чем зимой. Она плакала часто втайне долгим и горьким плачем. Она не знала, кого она любит: живого или мертвого? И чем дальше шли отчаянные дни, тем чаще, и в особенности в сумерки, ей приходила мысль о том, что она связана с мертвым. Нужно было или забыть его, или самой умереть. Ведь нельзя же влачить такую жизнь. Нельзя! Забыть его, чего бы ни стоило — забыть! Но он не забывается, вот горе в чем.

   Но лишь только исчез грязный снег с тротуаров и мостовых, лишь только потянуло в форточки гниловатым беспокойным ветром весны, Маргарита Николаевна затосковала пуще, чем зимой. Она плакала часто втайне долгим и горьким плачем. Она не знала, кого она любит: живого или мертвого? И чем дальше шли отчаянные дни, тем чаще, и в особенности в сумерки, ей приходила мысль о том, что она связана с мертвым. Нужно было или забыть его, или самой умереть. Ведь нельзя же влачить такую жизнь. Нельзя! Забыть его, чего бы ни стоило — забыть! Но он не забывается, вот горе в чем.

   — Маргарита · книга
6. «

   – А-а! Вы историк? – с большим облегчением и уважением спросил Берлиоз. – Я – историк, – подтвердил ученый и добавил ни к селу ни к городу: – Сегодня вечером на Патриарших прудах будет интересная история!

   – А-а! Вы историк? – с большим облегчением и уважением спросил Берлиоз. – Я – историк, – подтвердил ученый и добавил ни к селу ни к городу: – Сегодня вечером на Патриарших прудах будет интересная история!

   — Михаил Александрович Берлиоз · книга
7. «

   И ночью при луне мне нет покоя, зачем потревожили меня? О боги, боги...

   И ночью при луне мне нет покоя, зачем потревожили меня? О боги, боги...

   — Мастер · книга
8. «

   Ах, мессир, моя жена, если б только она у меня была, двадцать раз рисковала остаться вдовой! Но, по счастью, мессир, я не женат, и скажу вам прямо — счастлив, что не женат. Ах, мессир, можно ли променять холостую свободу на тягостное ярмо!

   Ах, мессир, моя жена, если б только она у меня была, двадцать раз рисковала остаться вдовой! Но, по счастью, мессир, я не женат, и скажу вам прямо — счастлив, что не женат. Ах, мессир, можно ли променять холостую свободу на тягостное ярмо!

   — Кот Бегемот · книга
9. «

   … он не был многословен на этот раз. Единственное, что он сказал, это, что в числе человеческих пороков одним из самых главных он считает трусость.

   … он не был многословен на этот раз. Единственное, что он сказал, это, что в числе человеческих пороков одним из самых главных он считает трусость.
10. «

    — Нет, это черт знает что такое, черт, черт, черт! <...> — Ты сейчас невольно сказал правду, — заговорила она, — черт знает, что такое, и черт, поверь мне, все устроит!

    — Нет, это черт знает что такое, черт, черт, черт! <...> — Ты сейчас невольно сказал правду, — заговорила она, — черт знает, что такое, и черт, поверь мне, все устроит!

    — Мастер · книга
11. «

    У меня кружится голова от всех этих непонятностей...

    У меня кружится голова от всех этих непонятностей...

    — Маргарита · книга
12. «

    Да, да, представьте себе, я в общем не склонен сходиться с людьми, обладаю чертовой странностью: схожусь с людьми туго, недоверчив, подозрителен.

    Да, да, представьте себе, я в общем не склонен сходиться с людьми, обладаю чертовой странностью: схожусь с людьми туго, недоверчив, подозрителен.

    — Мастер · книга
13. «

    Ремиз, — заорал кот, — ура! — И тут он, отставив в сторону примус, выхватил из-за спины браунинг.

    Ремиз, — заорал кот, — ура! — И тут он, отставив в сторону примус, выхватил из-за спины браунинг.

    — Кот Бегемот · книга
14. «

    Никогда и ничего не просите! Никогда и ничего, и в особенности у тех, кто сильнее вас. Сами предложат и сами все дадут!

    Никогда и ничего не просите! Никогда и ничего, и в особенности у тех, кто сильнее вас. Сами предложат и сами все дадут!

    — Воланд · книга
15. «

    Я не могу стрелять, когда под руку говорят!

    Я не могу стрелять, когда под руку говорят!

    — Кот Бегемот · книга
16. «

    Кто скажет что-нибудь в защиту зависти? Это чувство дрянной категории...

    Кто скажет что-нибудь в защиту зависти? Это чувство дрянной категории...
17. «

    — Ах, не напоминайте мне, Азазелло! Я была глупа тогда. Да, впрочем, меня и нельзя строго винить за это — ведь не каждый же день встречаешься с нечистой силой! — Еще бы, — подтверждал Азазелло, — если б каждый день, это было бы приятно!

    — Ах, не напоминайте мне, Азазелло! Я была глупа тогда. Да, впрочем, меня и нельзя строго винить за это — ведь не каждый же день встречаешься с нечистой силой! — Еще бы, — подтверждал Азазелло, — если б каждый день, это было бы приятно!

    — Азазелло · книга
18. «

    Человек без сюрприза внутри, в своём ящике, неинтересен.

    Человек без сюрприза внутри, в своём ящике, неинтересен.

    — Мастер · книга
19. «

    Факт — самая упрямая в мире вещь.

    Факт — самая упрямая в мире вещь.

    — Воланд · книга
20. «

    До чего нервозны современные люди!

    До чего нервозны современные люди!

    — Воланд · книга