87 цитат из книги «Михаил Юрьевич Лермонтов. Герой нашего времени» для вдохновения

87 цитат из книги «Михаил Юрьевич Лермонтов. Герой нашего времени» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   В вашей галиматье, однако ж, есть идея!

   В вашей галиматье, однако ж, есть идея!

   — доктор Вернер · книга
2. «

   Будет и того, что болезнь указана, а как её излечить – это уж бог знает!

   Будет и того, что болезнь указана, а как её излечить – это уж бог знает!
3. «

   У меня врожденная страсть противоречить; целая моя жизнь была только цепь грустных и неудачных противоречий сердцу или рассудку.

   У меня врожденная страсть противоречить; целая моя жизнь была только цепь грустных и неудачных противоречий сердцу или рассудку.

   — Печорин Григорий Александрович · книга
4. «

   Неужто я влюблен? Я так глупо создан, что этого можно от меня ожидать.

   Неужто я влюблен? Я так глупо создан, что этого можно от меня ожидать.

   — Печорин Григорий Александрович · книга
5. «

   ...но со всем тем какое-то отрадное чувство распространилось по всем моим жилам, и мне было как-то весело, что я так высоко над миром – чувство детское, не спорю, но, удаляясь от условий общества и приближаясь к природе, мы невольно становимся детьми: всё приобретенное отпадает от души, и она делается вновь такою, какой была некогда и верно будет когда-нибудь опять.

   ...но со всем тем какое-то отрадное чувство распространилось по всем моим жилам, и мне было как-то весело, что я так высоко над миром – чувство детское, не спорю, но, удаляясь от условий общества и приближаясь к природе, мы невольно становимся детьми: всё приобретенное отпадает от души, и она делается вновь такою, какой была некогда и верно будет когда-нибудь опять.
6. «

   Заметьте, любезный доктор, – сказал я, – что без дураков было бы на свете очень скучно!..

   Заметьте, любезный доктор, – сказал я, – что без дураков было бы на свете очень скучно!..

   — Печорин Григорий Александрович · книга
7. «

   Под конец вечера разговор принял философско-метафизическое направление; толковали об убеждениях: каждый был убежден в разных разностях.

   Под конец вечера разговор принял философско-метафизическое направление; толковали об убеждениях: каждый был убежден в разных разностях.

   — Печорин Григорий Александрович · книга
8. «

   Я опять ошибся: любовь дикарки немногим лучше любви знатной барыни; невежество и простосердечие одной так же надоедают, как и кокетство другой.

   Я опять ошибся: любовь дикарки немногим лучше любви знатной барыни; невежество и простосердечие одной так же надоедают, как и кокетство другой.

   — Печорин Григорий Александрович · книга
9. «

   О самолюбие! ты рычаг, которым Архимед хотел приподнять земной шар!..

   О самолюбие! ты рычаг, которым Архимед хотел приподнять земной шар!..

   — Печорин Григорий Александрович · книга
10. «

    Мне, однако, приятно, что я могу плакать! Впрочем, может быть, этому причиной расстроенные нервы, ночь, проведенная без сна, две минуты против дула пистолета и пустой желудок.

    Мне, однако, приятно, что я могу плакать! Впрочем, может быть, этому причиной расстроенные нервы, ночь, проведенная без сна, две минуты против дула пистолета и пустой желудок.

    — Печорин Григорий Александрович · книга
11. «

    Моя любовь никому не принесла счастья, потому что я ничем не жертвовал для тех, кого любил: я любил для себя, для собственного удовольствия: я только удовлетворял странную потребность сердца, с жадностью поглощая их чувства, их радости и страданья — и никогда не мог насытиться.

    Моя любовь никому не принесла счастья, потому что я ничем не жертвовал для тех, кого любил: я любил для себя, для собственного удовольствия: я только удовлетворял странную потребность сердца, с жадностью поглощая их чувства, их радости и страданья — и никогда не мог насытиться.

    — Печорин Григорий Александрович · книга
12. «

    — Ты озлоблен против всего рода человеческого? — И есть за что...

    — Ты озлоблен против всего рода человеческого? — И есть за что...
13. «

    Сострадание — чувство, которому покоряются так легко все женщины, впустило свои когти в ее неопытное сердце.

    Сострадание — чувство, которому покоряются так легко все женщины, впустило свои когти в ее неопытное сердце.

    — Печорин Григорий Александрович · книга
14. «

    Нет проку в том, кто старых друзей забывает!..

    Нет проку в том, кто старых друзей забывает!..

    — Максим Максимыч · книга
15. «

    Уж эта мне Азия! что люди, что речки — никак нельзя положиться!

    Уж эта мне Азия! что люди, что речки — никак нельзя положиться!

    — Максим Максимыч · книга
16. «

    Надобно отдать справедливость женщинам: они имеют инстинкт красоты душевной.

    Надобно отдать справедливость женщинам: они имеют инстинкт красоты душевной.

    — Печорин Григорий Александрович · книга
17. «

    Музыка после обеда усыпляет, а спать после обеда здорово: следовательно, я люблю музыку в медицинском отношении.

    Музыка после обеда усыпляет, а спать после обеда здорово: следовательно, я люблю музыку в медицинском отношении.

    — Печорин Григорий Александрович · книга
18. «

    Беспокойная потребность любви, которая нас мучит в первые годы молодости, бросает нас от одной женщины к другой, пока мы найдем такую, которая нас терпеть не может: тут начинается наше постоянство — истинная бесконечная страсть, которую математически можно выразить линией, падающей из точки в пространство; секрет этой бесконечности — только в невозможности достигнуть цели, то есть конца.

    Беспокойная потребность любви, которая нас мучит в первые годы молодости, бросает нас от одной женщины к другой, пока мы найдем такую, которая нас терпеть не может: тут начинается наше постоянство — истинная бесконечная страсть, которую математически можно выразить линией, падающей из точки в пространство; секрет этой бесконечности — только в невозможности достигнуть цели, то есть конца.

    — Печорин Григорий Александрович · книга
19. «

    Честолюбие есть не что иное как жажда власти, а первое мое удовольствие — подчинять моей воле все, что меня окружает; возбуждать к себе чувство любви, преданности и страха — не есть ли первый признак и величайшее торжество власти?

    Честолюбие есть не что иное как жажда власти, а первое мое удовольствие — подчинять моей воле все, что меня окружает; возбуждать к себе чувство любви, преданности и страха — не есть ли первый признак и величайшее торжество власти?

    — Печорин Григорий Александрович · книга
20. «

    Признаюсь, я имею сильное предубеждение против всех слепых, кривых, глухих, немых, безногих, безруких, горбатых и проч. Я замечал, что всегда есть какое-то странное отношение между наружностью человека и его душою: как будто с потерею члена душа теряет какое-нибудь чувство.

    Признаюсь, я имею сильное предубеждение против всех слепых, кривых, глухих, немых, безногих, безруких, горбатых и проч. Я замечал, что всегда есть какое-то странное отношение между наружностью человека и его душою: как будто с потерею члена душа теряет какое-нибудь чувство.

    — Печорин Григорий Александрович · книга