26 цитат из книги «Наталья Тимошенко, Лена Обухова. Тишина старого кладбища» на каждый день

26 цитат из книги «Наталья Тимошенко, Лена Обухова. Тишина старого кладбища» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   Смерть очищает от всех грехов.

   Смерть очищает от всех грехов.
2. «

   Никогда раньше она не думала, что в мире бывает так холодно. Жуткий, леденящий холод пронизывал до костей, заставлял еще почти бессознательное тело дрожать крупной дрожью. От него немели и руки, и ноги, и спина. Лицо почему-то жгло адской болью.

   Никогда раньше она не думала, что в мире бывает так холодно. Жуткий, леденящий холод пронизывал до костей, заставлял еще почти бессознательное тело дрожать крупной дрожью. От него немели и руки, и ноги, и спина. Лицо почему-то жгло адской болью.

   — Александра Рейхерд · книга
3. «

   Формально интерес к оккультизму официально пока не числился под запертом, но все, кто относился к теме серьезно, не любили афишировать свои предпочтения.

   Формально интерес к оккультизму официально пока не числился под запертом, но все, кто относился к теме серьезно, не любили афишировать свои предпочтения.

   — Нев · книга
4. «

   Саша: «Тебе что-нибудь еще нужно?» Войтех: Впервые за последние два с лишни года чувствовал, что ему нужно очень многое. Чтобы кто-то взял его за руку и погладил по голове, уверяя тихим шепотом, что скоро все пройдет. Имея отменное здоровье, он редко испытывал боль или недомогание, почти никогда не простужался и не болел гриппом. И поэтому в такие моменты он чествовал себя особенно уязвимым. Почему-то только сейчас он осознал, что в его жизни больше нет никого, кто мог бы поддержать в минуту слабости... Все эти сентиментальные желания и мысли сразу же были классифицированы им как недостойное мужчины нытье.

   Саша: «Тебе что-нибудь еще нужно?» Войтех: Впервые за последние два с лишни года чувствовал, что ему нужно очень многое. Чтобы кто-то взял его за руку и погладил по голове, уверяя тихим шепотом, что скоро все пройдет. Имея отменное здоровье, он редко испытывал боль или недомогание, почти никогда не простужался и не болел гриппом. И поэтому в такие моменты он чествовал себя особенно уязвимым. Почему-то только сейчас он осознал, что в его жизни больше нет никого, кто мог бы поддержать в минуту слабости... Все эти сентиментальные желания и мысли сразу же были классифицированы им как недостойное мужчины нытье.

   — Войтех Дворжак · книга
5. «

   Если я с тобой разговариваю в два часа ночи, вместо того чтобы спать, значит мне это нравится. Я тебе доверяю, и у меня не вызывает сомнений то, что ты говоришь.

   Если я с тобой разговариваю в два часа ночи, вместо того чтобы спать, значит мне это нравится. Я тебе доверяю, и у меня не вызывает сомнений то, что ты говоришь.

   — Александра Рейхерд · книга
6. «

   Можно потерять все, что угодно, но подняться и пойти дальше. А потеря жизни — это конец. Это навсегда. Это нельзя изменить.

   Можно потерять все, что угодно, но подняться и пойти дальше. А потеря жизни — это конец. Это навсегда. Это нельзя изменить.

   — Александра Рейхерд · книга
7. «

   — Не пытайся заставить меня уйти самой, не получится. Я уйду, только если ты сам меня об этом попросишь. — Если я захочу, чтобы ты ушла, я не буду ни заставлять тебя уйти, ни просить тебя остаться.

   — Не пытайся заставить меня уйти самой, не получится. Я уйду, только если ты сам меня об этом попросишь. — Если я захочу, чтобы ты ушла, я не буду ни заставлять тебя уйти, ни просить тебя остаться.

   — Александра Рейхерд · книга
8. «

   Одно дело предлагать помощь, и другое — навязывать ее силой.

   Одно дело предлагать помощь, и другое — навязывать ее силой.

   — Александра Рейхерд · книга
9. «

   Девушки, особенно достойные, требуют времени. Серьезные отношения требуют времени. И сил.

   Девушки, особенно достойные, требуют времени. Серьезные отношения требуют времени. И сил.

   — Войтех Дворжак · книга
10. «

    Деление магии на черную и белую — это условность, имеющая своей целью манипуляцию общественным мнением.

    Деление магии на черную и белую — это условность, имеющая своей целью манипуляцию общественным мнением.
11. «

    Типичное китайское барахло, которое лично он своему ребенку в руки дал бы только после дезинфекции.

    Типичное китайское барахло, которое лично он своему ребенку в руки дал бы только после дезинфекции.

    — Максим Рейхерд · книга
12. «

    Первый раз ему дали по-настоящему важное задание, связанное с его специализацией, у него просто не было права его провалить и подвести остальных.

    Первый раз ему дали по-настоящему важное задание, связанное с его специализацией, у него просто не было права его провалить и подвести остальных.

    — Нев · книга
13. «

    Ей казалось, что даже в шутку он больше никогда не будет предлагать ей свою кампанию, чтобы она больше не приближалась к нему, не задавала личных вопросов и не могла в очередной раз сказать что-то такое, что может его задеть.

    Ей казалось, что даже в шутку он больше никогда не будет предлагать ей свою кампанию, чтобы она больше не приближалась к нему, не задавала личных вопросов и не могла в очередной раз сказать что-то такое, что может его задеть.

    — Александра Рейхерд · книга
14. «

    Страх — это такая вещь, которая имеет свойство прятаться глубоко внутри. И даже, когда кажется, что все забыто, он выныривает на поверхность в самый неподходящий момент.

    Страх — это такая вещь, которая имеет свойство прятаться глубоко внутри. И даже, когда кажется, что все забыто, он выныривает на поверхность в самый неподходящий момент.
15. «

    Она не могла не признать,, что он прав. Пожалуй, вот это она в нем и любила больше всего: он всегда умел разложить проблему на составляющие и показать, что не такая уж она и проблема. То, что Саша в упор не видела, для него лежало на самой поверхности.

    Она не могла не признать,, что он прав. Пожалуй, вот это она в нем и любила больше всего: он всегда умел разложить проблему на составляющие и показать, что не такая уж она и проблема. То, что Саша в упор не видела, для него лежало на самой поверхности.
16. «

    Темнота за окном и шум дождя навевали сонливое состояние.

    Темнота за окном и шум дождя навевали сонливое состояние.
17. «

    Подоконник на кухне можно было назвать ее кабинетом. Она проводила здесь много времени, поэтому на нем лежали все необходимые вещи: два теплых пледа, несколько книг, планшет, пепельница, пачка сигарет, иногда оставались стоять чашки из под кофе.

    Подоконник на кухне можно было назвать ее кабинетом. Она проводила здесь много времени, поэтому на нем лежали все необходимые вещи: два теплых пледа, несколько книг, планшет, пепельница, пачка сигарет, иногда оставались стоять чашки из под кофе.
18. «

    — Тебе, в отличие от других, можно давать оценку действиям и чувствам окружающих тебя людей? — В отличие от других, я хотя бы формирую эту оценку, опираясь на логику и данные, которые эти другие мне сами и сообщили, а не на собственные эмоции и сведения, которые выявились у них за спиной и против их воли.

    — Тебе, в отличие от других, можно давать оценку действиям и чувствам окружающих тебя людей? — В отличие от других, я хотя бы формирую эту оценку, опираясь на логику и данные, которые эти другие мне сами и сообщили, а не на собственные эмоции и сведения, которые выявились у них за спиной и против их воли.

    — Александра Рейхерд · книга
19. «

    Если кому-то вдруг прямо сейчас понадобится помощь, половина этих людей сделает вид, что ничего не замечает, и пройдет мимо, а вторая половина остановится и поможет, если будет в состоянии это сделать.

    Если кому-то вдруг прямо сейчас понадобится помощь, половина этих людей сделает вид, что ничего не замечает, и пройдет мимо, а вторая половина остановится и поможет, если будет в состоянии это сделать.

    — Максим Рейхерд · книга
20. «

    Не бывает лжи во благо. И близкие — последние люди, кому можно врать. Потому что когда ложь открывается, это всегда больно и обидно, неважно, в чем именно ты лгал. А обидеть близкого человека гораздо страшнее, чем едва знакомого.

    Не бывает лжи во благо. И близкие — последние люди, кому можно врать. Потому что когда ложь открывается, это всегда больно и обидно, неважно, в чем именно ты лгал. А обидеть близкого человека гораздо страшнее, чем едва знакомого.

    — Александра Рейхерд · книга