10 цитат из книги «Ник Перумов. Война мага» — топ по популярности

10 цитат из книги «Ник Перумов. Война мага» в одной подборке. Листайте и выбирайте своё.

1. «

   — Плевала я на обстоятельства, — безмятежно отрезала Мегана. — Вы, мужчины, неисправимы. Думаете только о себе и своих игрушках. — Ничего себе игрушка — целый мир… — А в чём отличие? В величине? — Она в упор взглянула Анэто в глаза. Её собственные при этом подозрительно сверкали. — Мы с тобой не первый год на свете живём. Даже, страшно сказать, не первое столетие. А ссорились и подпускали друг другу шпильки, словно дети. И… сквозь пальцы утекло столько важного… Я это поняла только здесь. Смешно – обычные девчонки через такое лет в шестнадцать, наверное, проходят. И вот вдруг понимаешь, что всё, понимаешь, Ан, всё — становится неважным. Кроме одного-единственного человека. К спине которого хочется прижаться, глаза закрыть, и чтобы вокруг — тишина. И если… — Голос Меганы дрогнул. — Если этот человек… исчезает, то безразлично уже становится, что станет с миром, с небом, звёздами и всем прочим. Понимаешь, Ан? Без-раз-лич-но. Да гори он огнём, этот мир. Он нужен Западной Тьме — пусть им подавится. Поэтому я встану рядом с вами… и не смей меня отговаривать! <...> — Ан, милый… – промурлыкала Мегана, зажмуриваясь. — Не хочу про это говорить. Можешь меня ругать, можешь даже отшлёпать. Но мне действительно всё равно, что станет с этим миром, в котором не будет тебя. Ох… ну, вот и призналась. Никогда не думала, что сделаю это первой.

   — Плевала я на обстоятельства, — безмятежно отрезала Мегана. — Вы, мужчины, неисправимы. Думаете только о себе и своих игрушках. — Ничего себе игрушка — целый мир… — А в чём отличие? В величине? — Она в упор взглянула Анэто в глаза. Её собственные при этом подозрительно сверкали. — Мы с тобой не первый год на свете живём. Даже, страшно сказать, не первое столетие. А ссорились и подпускали друг другу шпильки, словно дети. И… сквозь пальцы утекло столько важного… Я это поняла только здесь. Смешно – обычные девчонки через такое лет в шестнадцать, наверное, проходят. И вот вдруг понимаешь, что всё, понимаешь, Ан, всё — становится неважным. Кроме одного-единственного человека. К спине которого хочется прижаться, глаза закрыть, и чтобы вокруг — тишина. И если… — Голос Меганы дрогнул. — Если этот человек… исчезает, то безразлично уже становится, что станет с миром, с небом, звёздами и всем прочим. Понимаешь, Ан? Без-раз-лич-но. Да гори он огнём, этот мир. Он нужен Западной Тьме — пусть им подавится. Поэтому я встану рядом с вами… и не смей меня отговаривать! <...> — Ан, милый… – промурлыкала Мегана, зажмуриваясь. — Не хочу про это говорить. Можешь меня ругать, можешь даже отшлёпать. Но мне действительно всё равно, что станет с этим миром, в котором не будет тебя. Ох… ну, вот и призналась. Никогда не думала, что сделаю это первой.

   — Мегана · книга
2. «

   Спокойно, спокойно, осторожил он сам себя. Не допускай посторонних мыслей. Строгая дисциплина — залог успеха. Будь последователен. Один успех вытекает из другого. Добьёмся же первого, за ним последуют и другие. Сомнений быть не может.

   Спокойно, спокойно, осторожил он сам себя. Не допускай посторонних мыслей. Строгая дисциплина — залог успеха. Будь последователен. Один успех вытекает из другого. Добьёмся же первого, за ним последуют и другие. Сомнений быть не может.

   — Игнациус Коппер · книга
3. «

   Разговаривающий враг, это уже полврага!

   Разговаривающий враг, это уже полврага!

   — Фесс · книга
4. «

   Мессир Архимаг оттого и стал «мессиром», что никогда, ни разу в жизни, не относился с пренебрежением ни к одному противнику. Даже самому захудалому.

   Мессир Архимаг оттого и стал «мессиром», что никогда, ни разу в жизни, не относился с пренебрежением ни к одному противнику. Даже самому захудалому.
5. «

   — События следует направлять, а не подталкивать. — Оставаясь при этом в тени? — Именно, — кивнул Игнациус. — Вот поэтому, любезный Динтра, мы никуда и не торопимся.

   — События следует направлять, а не подталкивать. — Оставаясь при этом в тени? — Именно, — кивнул Игнациус. — Вот поэтому, любезный Динтра, мы никуда и не торопимся.

   — Игнациус Коппер · книга
6. «

   Никогда не вскармливай волка. Не натаскивай его на лесных собратьев. Убей его или оставь в покое.

   Никогда не вскармливай волка. Не натаскивай его на лесных собратьев. Убей его или оставь в покое.
7. «

   Сильному нет нужды обращать внимание на якобы обидные слова слабого.

   Сильному нет нужды обращать внимание на якобы обидные слова слабого.

   — Левый · книга
8. «

   Испытывать страх не позорно, позорно и недостойно мыслителя игнорировать причину, этот страх вызвавшую.

   Испытывать страх не позорно, позорно и недостойно мыслителя игнорировать причину, этот страх вызвавшую.

   — Игнациус Коппер · книга
9. «

   Золото, богатство, драгоценности — ничто по сравнению с властью праведной ярости и ощущения непобедимости. Уверенности в том, что творишь правое дело и, какие бы потоки крови ни пролились по твоему слову или жесту, ты окажешься прав и неуязвим.

   Золото, богатство, драгоценности — ничто по сравнению с властью праведной ярости и ощущения непобедимости. Уверенности в том, что творишь правое дело и, какие бы потоки крови ни пролились по твоему слову или жесту, ты окажешься прав и неуязвим.
10. «

    Но ты не попытался. Ты прикрылся удобным щитом неверия, ты заставил сердце если не замолчать, то с крика перейти на шёпот. И теперь не можешь себя за это простить.

    Но ты не попытался. Ты прикрылся удобным щитом неверия, ты заставил сердце если не замолчать, то с крика перейти на шёпот. И теперь не можешь себя за это простить.

    — Хедин · книга