59 цитат из книги «Нил Гейман. Океан в конце дороги» для размышлений

Ниже 59 цитат из книги «Нил Гейман. Океан в конце дороги»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Вот вы стоите рядом, а вполне может быть, вы бесконечно далеки и друг от друга, и от самой истины.

   Вот вы стоите рядом, а вполне может быть, вы бесконечно далеки и друг от друга, и от самой истины.

   — Лэтти Хэмпсток · книга
2. «

   Детские воспоминания иногда скрываются и меркнут под грузом того, что приходит позже, как детские игрушки, забытые взрослыми на самом дне переполненной кладовки, но они всегда начеку и ждут своего часа.

   Детские воспоминания иногда скрываются и меркнут под грузом того, что приходит позже, как детские игрушки, забытые взрослыми на самом дне переполненной кладовки, но они всегда начеку и ждут своего часа.
3. «

   Воцарилось молчание, и оно было громче слов.

   Воцарилось молчание, и оно было громче слов.
4. «

   Извинения всегда запаздывают, хорошо, хоть сожаление есть.

   Извинения всегда запаздывают, хорошо, хоть сожаление есть.
5. «

   У разных людей воспоминания разные, не найдётся и двух человек, которые хоть что-то помнят одинаково, пусть даже они и видели это собственными глазами.

   У разных людей воспоминания разные, не найдётся и двух человек, которые хоть что-то помнят одинаково, пусть даже они и видели это собственными глазами.
6. «

   Страх смерти дает нам силы.

   Страх смерти дает нам силы.
7. «

   — Это же озеро? — Нет, это мой океан.

   — Это же озеро? — Нет, это мой океан.
8. «

   На мне был черный костюм и белая рубашка, черный галстук и начищенные до блеска черные туфли: вещи, в которых обычно мне неуютно, будто я украл чужую униформу или притворяюсь взрослым. Сегодня они придавали какую-то уверенность. Подходящие вещи для трудного дня.

   На мне был черный костюм и белая рубашка, черный галстук и начищенные до блеска черные туфли: вещи, в которых обычно мне неуютно, будто я украл чужую униформу или притворяюсь взрослым. Сегодня они придавали какую-то уверенность. Подходящие вещи для трудного дня.
9. «

   Я никогда не понимал историй для взрослых, и начало там было слишком затянуто. После них мне казалось, что у взрослых свои секреты, масонские заговоры, мистификации. Почему они не хотели читать про Нарнию, таинственные острова, контрабандистов и опасных волшебниц?

   Я никогда не понимал историй для взрослых, и начало там было слишком затянуто. После них мне казалось, что у взрослых свои секреты, масонские заговоры, мистификации. Почему они не хотели читать про Нарнию, таинственные острова, контрабандистов и опасных волшебниц?
10. «

    ... «Больно не будет». Я глядел на него. Когда взрослые так говорили, не важно о чем, потом было очень больно.

    ... «Больно не будет». Я глядел на него. Когда взрослые так говорили, не важно о чем, потом было очень больно.
11. «

    Её отдали океану. Настанет час, и океан вернёт её.

    Её отдали океану. Настанет час, и океан вернёт её.
12. «

    Время от времени я бросал орех в середину пруда — пруда, который Лэтти Хэмпсток называла... Морем...

    Время от времени я бросал орех в середину пруда — пруда, который Лэтти Хэмпсток называла... Морем...
13. «

    Вот ведь она, какая беда с живыми. Не живут долго. Сегодня котенок, завтра старая кошка. А потом лишь воспоминания. Да и они тускнеют, стираются, затираются...

    Вот ведь она, какая беда с живыми. Не живут долго. Сегодня котенок, завтра старая кошка. А потом лишь воспоминания. Да и они тускнеют, стираются, затираются...
14. «

    «Ты не забываешь, и всё время всё знаешь?» Она покачала головой. На её лице не было улыбки. Она сказала: «Скучно это, всё знать. Ты вынужден отказаться и забыть, если хочешь копаться в здешнем навозе». «То есть когда-то ты всё знала?» Она наморщила нос. «Все знали. Я же тебе говорила. Знать, как устроен мир, тоже мне невидаль. Ты и вправду вынужден отказаться, если уж вздумал играть». «Во что?» «В это», — сказала она. И обвела рукой дом, небо, невероятную луну, звёздные вихри, спирали, скопления ярких галактик.

    «Ты не забываешь, и всё время всё знаешь?» Она покачала головой. На её лице не было улыбки. Она сказала: «Скучно это, всё знать. Ты вынужден отказаться и забыть, если хочешь копаться в здешнем навозе». «То есть когда-то ты всё знала?» Она наморщила нос. «Все знали. Я же тебе говорила. Знать, как устроен мир, тоже мне невидаль. Ты и вправду вынужден отказаться, если уж вздумал играть». «Во что?» «В это», — сказала она. И обвела рукой дом, небо, невероятную луну, звёздные вихри, спирали, скопления ярких галактик.
15. «

    Дети идут обходными путями и тайными тропами, а взрослым нужна накатанная дорога и протоптанный путь.

    Дети идут обходными путями и тайными тропами, а взрослым нужна накатанная дорога и протоптанный путь.
16. «

    Взрослые тоже изнутри не такие уж взрослые. Снаружи они большие и безрассудные, и всегда знают, что делают. А изнутри они нисколько не поменялись. Остались такими же, как ты сейчас. А вся правда в том, что нет никаких взрослых. Ни единого в целом огромном свете.

    Взрослые тоже изнутри не такие уж взрослые. Снаружи они большие и безрассудные, и всегда знают, что делают. А изнутри они нисколько не поменялись. Остались такими же, как ты сейчас. А вся правда в том, что нет никаких взрослых. Ни единого в целом огромном свете.
17. «

    Мне нравились мифы. Они не были историями для взрослых или детей. Они были лучше. Лучше, и всё.

    Мне нравились мифы. Они не были историями для взрослых или детей. Они были лучше. Лучше, и всё.
18. «

    Когда знаешь, чего бояться, оно как-то легче.

    Когда знаешь, чего бояться, оно как-то легче.
19. «

    Ночью Пушок спал со мной на кровати. Иногда, когда сестры не было рядом, я разговаривал с ним, немного надеясь, что он ответит по-человечески.

    Ночью Пушок спал со мной на кровати. Иногда, когда сестры не было рядом, я разговаривал с ним, немного надеясь, что он ответит по-человечески.
20. «

    В коробке был пушистый черный котенок непонятного пола, он тут же получил имя Пушок и всю мою любовь без остатка.

    В коробке был пушистый черный котенок непонятного пола, он тут же получил имя Пушок и всю мою любовь без остатка.