41 цитата из книги «Олег Рой. Фантомная боль» — топ по популярности

Ниже 41 цитата из книги «Олег Рой. Фантомная боль»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Большие города излучают одиночество, как солнце излучает свет и тепло. И горожане, пытаясь убежать от этого довлеющего одиночества, лишь всё больше и больше впутываются в его сети — через иллюзии отношений, своего рода заменители, которые выглядят идентичными натуральному.

   Большие города излучают одиночество, как солнце излучает свет и тепло. И горожане, пытаясь убежать от этого довлеющего одиночества, лишь всё больше и больше впутываются в его сети — через иллюзии отношений, своего рода заменители, которые выглядят идентичными натуральному.
2. «

   Ах, память, память, мы слишком мало ценим тебя, когда ты при нас, а когда ты нас покидаешь, мы уже не в состоянии оценить масштаб потери...

   Ах, память, память, мы слишком мало ценим тебя, когда ты при нас, а когда ты нас покидаешь, мы уже не в состоянии оценить масштаб потери...
3. «

   Деньги — потрясающая штука. Черта с два без них станешь душой компании! Без них даже физиономия становится унылой, что от тебя все шарахаться начинают. Деньги — это миллион возможностей и никаких обязательств.

   Деньги — потрясающая штука. Черта с два без них станешь душой компании! Без них даже физиономия становится унылой, что от тебя все шарахаться начинают. Деньги — это миллион возможностей и никаких обязательств.

   — Михаил · книга
4. «

   Кривая, которую зовут судьбой, куда-нибудь в итоге да выведет, вот тогда и поглядим, а пока можно радоваться жизни... А если судьба никуда не выведет, значит, тем более можно ни о чем не задумываться, а просто получать удовольствие.

   Кривая, которую зовут судьбой, куда-нибудь в итоге да выведет, вот тогда и поглядим, а пока можно радоваться жизни... А если судьба никуда не выведет, значит, тем более можно ни о чем не задумываться, а просто получать удовольствие.
5. «

   Как не может быть света без тени, и тени без света. И уж тем более нет ни бога, ни дьявола вне тебя. Ты, как и все остальное в этом мире, просто часть общей системы, и вне тебя — лишь связи, ее образующие. А вот в тебе самом есть все — и райские высоты, и адские пропасти, ты сам выбираешь, чему и кому служить... А то — бог, дьявол. Что угодно, лишь бы не личная ответственность.

   Как не может быть света без тени, и тени без света. И уж тем более нет ни бога, ни дьявола вне тебя. Ты, как и все остальное в этом мире, просто часть общей системы, и вне тебя — лишь связи, ее образующие. А вот в тебе самом есть все — и райские высоты, и адские пропасти, ты сам выбираешь, чему и кому служить... А то — бог, дьявол. Что угодно, лишь бы не личная ответственность.
6. «

   Счастливые дети бывают только у счастливых родителей!

   Счастливые дети бывают только у счастливых родителей!
7. «

   Тепло ничуть не лучше холода, и наоборот. Чтобы растить цветы, лучше тепло, чтобы кататься на коньках, лучше холод!

   Тепло ничуть не лучше холода, и наоборот. Чтобы растить цветы, лучше тепло, чтобы кататься на коньках, лучше холод!
8. «

   Без зимних морозов нет радости от весеннего тепла. И, кстати, морозами тоже можно наслаждаться.

   Без зимних морозов нет радости от весеннего тепла. И, кстати, морозами тоже можно наслаждаться.
9. «

   Если что-то с тобой случилось, значит, либо заслужил, либо тебе послали испытание. И... каждому дается столько, сколько он может вынести...

   Если что-то с тобой случилось, значит, либо заслужил, либо тебе послали испытание. И... каждому дается столько, сколько он может вынести...
10. «

    Разве невозможна жизнь в радости и счастье, в наслаждении каждым днём?

    Разве невозможна жизнь в радости и счастье, в наслаждении каждым днём?
11. «

    Первобытные люди чувствовали себя игрушкой природных стихий. Античные герои знали, что они — игрушка богов. Чем больше человек знал о себе и окружающем мире, тем больше полагался на свои силы, тем меньше полагался на небеса.

    Первобытные люди чувствовали себя игрушкой природных стихий. Античные герои знали, что они — игрушка богов. Чем больше человек знал о себе и окружающем мире, тем больше полагался на свои силы, тем меньше полагался на небеса.

    — Голос · книга
12. «

    Поддержание огня в домашнем очаге — это тоже работа, которая не проще, не легче и тем более не хуже всякой другой. Ведь по сути-то дела это одна из самых важных человеческих работ.

    Поддержание огня в домашнем очаге — это тоже работа, которая не проще, не легче и тем более не хуже всякой другой. Ведь по сути-то дела это одна из самых важных человеческих работ.
13. «

    Надеяться нужно всегда только на себя, и не ждать, что кто-то что-то решит за вас...

    Надеяться нужно всегда только на себя, и не ждать, что кто-то что-то решит за вас...
14. «

    Человек наделен разумом и душой, где плещут хрустальные родники, распускаются сказочные цветы и поют волшебные птицы. То есть могли бы плескаться, цвести и петь. Но нет. Человек забивает этот чистый источник тоннами мусора: пустыми обидами, гневом ни о чем, бессмысленным страхом... даже перечислять отвратительно, словно само перечисление добавляет в поток жизни еще один ручеек яда.

    Человек наделен разумом и душой, где плещут хрустальные родники, распускаются сказочные цветы и поют волшебные птицы. То есть могли бы плескаться, цвести и петь. Но нет. Человек забивает этот чистый источник тоннами мусора: пустыми обидами, гневом ни о чем, бессмысленным страхом... даже перечислять отвратительно, словно само перечисление добавляет в поток жизни еще один ручеек яда.
15. «

    Ведь, в сущности, человеку вовсе не нужны ни бриллианты, ни норковые манто, ни даже короны всех на свете конкурсов красоты. Человеку нужно, чтобы его любили. Чтобы не смотрели на него как на пустое место. То есть, чтобы любили его самого, с его собственными чертами, желаниями и взглядами, а не придуманный в чьей-то голове объект для любви.

    Ведь, в сущности, человеку вовсе не нужны ни бриллианты, ни норковые манто, ни даже короны всех на свете конкурсов красоты. Человеку нужно, чтобы его любили. Чтобы не смотрели на него как на пустое место. То есть, чтобы любили его самого, с его собственными чертами, желаниями и взглядами, а не придуманный в чьей-то голове объект для любви.
16. «

    И дурное и хорошее — довольно бессмысленные категории. Бессмысленные применительно к жизни. Просто вы придаете этим фантикам до смешного много значения. Хотя на деле любая проблема, из-за которой вы готовы весь мир обрушить, — не более чем снежинка, летящая в огонь. Любая смертельная обида существует только в голове обиженного.

    И дурное и хорошее — довольно бессмысленные категории. Бессмысленные применительно к жизни. Просто вы придаете этим фантикам до смешного много значения. Хотя на деле любая проблема, из-за которой вы готовы весь мир обрушить, — не более чем снежинка, летящая в огонь. Любая смертельная обида существует только в голове обиженного.

    — Голос · книга
17. «

    Люди вообще существа разнообразные — с первого взгляда не очень-то разберешь, что у кого внутри. Но так гораздо интереснее жить, правда?

    Люди вообще существа разнообразные — с первого взгляда не очень-то разберешь, что у кого внутри. Но так гораздо интереснее жить, правда?
18. «

    Научитесь радоваться приятным мелочам, и однажды судьба отблагодарит вас огромным счастьем.

    Научитесь радоваться приятным мелочам, и однажды судьба отблагодарит вас огромным счастьем.
19. «

    Люби на здоровье. Но не привязывайся. Как только привяжешься, из тебя сразу начнут кровь пить. Потому что как только привяжешься, сразу начнешь стараться быть незаменимым. И будешь не тем, кто ты, а тем, кого хотят видеть. А сам сдуешься, как воздушный шарик. Высосут.

    Люби на здоровье. Но не привязывайся. Как только привяжешься, из тебя сразу начнут кровь пить. Потому что как только привяжешься, сразу начнешь стараться быть незаменимым. И будешь не тем, кто ты, а тем, кого хотят видеть. А сам сдуешься, как воздушный шарик. Высосут.
20. «

    Я слился с этой болью, мы с ней — одно целое, мы пульсируем вместе, в такт бешеному ритму сердца, которое, кажется, сейчас выпрыгнет из заполненной болью груди.

    Я слился с этой болью, мы с ней — одно целое, мы пульсируем вместе, в такт бешеному ритму сердца, которое, кажется, сейчас выпрыгнет из заполненной болью груди.