Подборка · 10 цитат из книги

10 цитат из книги «Ольга Капралова. Притчи народов мира» — подборка редакции

Собрали 10 цитат из книги «Ольга Капралова. Притчи народов мира» — те самые, которые расходятся на цитаты.

Другие размеры:11 12 все варианты

Пришли к святому епископу Аммону братья одного монастыря и стали жаловаться на монаха, который пал так низко, что к нему ночью приходила женщина, и стали требовать от преподобного Аммона, чтобы он изгнал этого монаха, сняв с него иноческие одежды. Епископ отказался: – Я не поверю, пока не смогу убедиться в этом сам. И вот монахи проследили, как блудница зашла в келью этого несчастного инока, и сообщили об этом епископу. И он сказал: – Пойдемте вместе. Постучались в дверь к монаху; тот, трепещущий от страха, вышел им навстречу. Епископ с братией вошли в келью. Аммон догадался, что монах спрятал свою ночную гостью под стоявшей в келье бочкой. Он сел на эту бочку и сказал монахам: – Обыщите все углы комнаты. Те начали искать, залезли в погреб, но никого, конечно, найти не смогли. Никто из них не посмел попросить: «Встань, Владыка, мы посмотрим под бочкой». Постояв, они сказали: – Мы никого не нашли. Аммон ответил им: – Видите, как вы согрешили? Идите и кайтесь. А сам остался с тем монахом, подошел к нему, не сказав и слова в укор, а только, взяв его за руку с любовью, шепнул ему тихо: – Брат, брат, следи за душой своей, помни, как коротка эта жизнь, – и вышел.
Пришли к святому епископу Аммону братья одного монастыря и стали жаловаться на монаха, который пал так низко, что к нему ночью приходила женщина, и стали требовать от преподобного Аммона, чтобы он изгнал этого монаха, сняв с него иноческие одежды. Епископ отказался: – Я не поверю, пока не смогу убедиться в этом сам. И вот монахи проследили, как блудница зашла в келью этого несчастного инока, и сообщили об этом епископу. И он сказал: – Пойдемте вместе. Постучались в дверь к монаху; тот, трепещущий от страха, вышел им навстречу. Епископ с братией вошли в келью. Аммон догадался, что монах спрятал свою ночную гостью под стоявшей в келье бочкой. Он сел на эту бочку и сказал монахам: – Обыщите все углы комнаты. Те начали искать, залезли в погреб, но никого, конечно, найти не смогли. Никто из них не посмел попросить: «Встань, Владыка, мы посмотрим под бочкой». Постояв, они сказали: – Мы никого не нашли. Аммон ответил им: – Видите, как вы согрешили? Идите и кайтесь. А сам остался с тем монахом, подошел к нему, не сказав и слова в укор, а только, взяв его за руку с любовью, шепнул ему тихо: – Брат, брат, следи за душой своей, помни, как коротка эта жизнь, – и вышел.
Закончив службу, священник объявил: — В следующее воскресенье я буду беседовать с вами на тему лжи. Чтобы вам было легче понять, о чём пойдет речь, прочитайте перед этим дома семнадцатую главу Евангелия от Марка. В следующее воскресение священник перед началом своей проповеди объявил: — Прошу тех, кто прочитал семнадцатую главу, поднять руки. Почти все присутствующие подняли руки. — Вот именно с вами я и хотел поговорить о лжи, — сказал священник. — У Марка нет семнадцатой главы.
Закончив службу, священник объявил: — В следующее воскресенье я буду беседовать с вами на тему лжи. Чтобы вам было легче понять, о чём пойдет речь, прочитайте перед этим дома семнадцатую главу Евангелия от Марка. В следующее воскресение священник перед началом своей проповеди объявил: — Прошу тех, кто прочитал семнадцатую главу, поднять руки. Почти все присутствующие подняли руки. — Вот именно с вами я и хотел поговорить о лжи, — сказал священник. — У Марка нет семнадцатой главы.
В кузнице отремонтировали две лопаты. Они выглядели одинаково. Одна из них осталась стоять в углу сарая. Ее жизнь была легче, чем жизнь другой лопаты, которую крестьянин на следующее утро погрузил на телегу и привез на поле. Там она стала красивой и блестящей. Когда обе лопаты вновь встретились в сарае, они с удивлением посмотрели друг на друга. Та, которую не употребляли в дело, была покрыта ржавчиной. С завистью она смотрела на блестящую подругу: – Скажи, как ты стала такой красивой? Ведь мне так хорошо было в тишине сарая стоять в своем углу. – Это безделье тебя изувечило, а я стала красивой от труда.
В кузнице отремонтировали две лопаты. Они выглядели одинаково. Одна из них осталась стоять в углу сарая. Ее жизнь была легче, чем жизнь другой лопаты, которую крестьянин на следующее утро погрузил на телегу и привез на поле. Там она стала красивой и блестящей. Когда обе лопаты вновь встретились в сарае, они с удивлением посмотрели друг на друга. Та, которую не употребляли в дело, была покрыта ржавчиной. С завистью она смотрела на блестящую подругу: – Скажи, как ты стала такой красивой? Ведь мне так хорошо было в тишине сарая стоять в своем углу. – Это безделье тебя изувечило, а я стала красивой от труда.
Умер один крестьянин. Когда стали искать людей, которые помогли бы похоронить его, вызвались три добровольца. По пути на кладбище они, заметив сторожа, стоявшего у ближайшего сада, обратились к нему: – Братец, помоги нам отнести на кладбище покойника. – Не могу, – ответил сторож, – я занят, у меня много дел. Лежащий в гробу человек приподнял голову и сказал: – И у меня много незавершенных дел, но пришла смерть. Я оставил свои дела и ухожу из этого мира. Помоги отнести меня на кладбище, чтобы и другие после твоей смерти помогли похоронить тебя.
Умер один крестьянин. Когда стали искать людей, которые помогли бы похоронить его, вызвались три добровольца. По пути на кладбище они, заметив сторожа, стоявшего у ближайшего сада, обратились к нему: – Братец, помоги нам отнести на кладбище покойника. – Не могу, – ответил сторож, – я занят, у меня много дел. Лежащий в гробу человек приподнял голову и сказал: – И у меня много незавершенных дел, но пришла смерть. Я оставил свои дела и ухожу из этого мира. Помоги отнести меня на кладбище, чтобы и другие после твоей смерти помогли похоронить тебя.
Жил-был крестьянин, который думал, что если бы он делал погоду, то было бы намного лучше. «Зерно будет быстрее поспевать, – думал он, – и в колосьях будет больше зерен». Бог увидел его мысли и сказал ему: – Раз ты считаешь, что знаешь лучше, когда какая погода нужна, управляй ею сам этим летом. Крестьянин очень обрадовался. Тут же он пожелал солнечной погоды. Когда земля подсохла, он пожелал, чтобы ночью пошел дождь. Зерно росло, как никогда. Все не могли нарадоваться, а крестьянин думал: «Отлично, в этом году все хорошо – и погода, и урожай. Таких колосьев я еще ни разу в жизни не видел». Осенью, когда поле пожелтело, крестьянин поехал собирать урожай. Но каково было его разочарование: колосья-то все были пустыми! Он собрал только солому. И опять этот крестьянин стал Богу жаловаться, что урожай никуда не годный. – Но ведь ты же заказывал погоду по своему желанию, – ответил Творец. – Я посылал по очереди то дождь, то солнце, – стал объяснять крестьянин. – Я сделал все как надо. Не могу понять, почему же колос пустой? – А про ветер-то ты забыл! Поэтому ничего и не получилось. Ветер нужен для того, чтобы переносить пыльцу с одного колоска на другой. Тогда зерно оплодотворяется и получается хороший полный колос, а без этого урожая не будет. Крестьянину стало стыдно, и он подумал: «Лучше пусть Господь сам управляет погодой. Мы только все перепутаем в природе нашей «мудростью».
Жил-был крестьянин, который думал, что если бы он делал погоду, то было бы намного лучше. «Зерно будет быстрее поспевать, – думал он, – и в колосьях будет больше зерен». Бог увидел его мысли и сказал ему: – Раз ты считаешь, что знаешь лучше, когда какая погода нужна, управляй ею сам этим летом. Крестьянин очень обрадовался. Тут же он пожелал солнечной погоды. Когда земля подсохла, он пожелал, чтобы ночью пошел дождь. Зерно росло, как никогда. Все не могли нарадоваться, а крестьянин думал: «Отлично, в этом году все хорошо – и погода, и урожай. Таких колосьев я еще ни разу в жизни не видел». Осенью, когда поле пожелтело, крестьянин поехал собирать урожай. Но каково было его разочарование: колосья-то все были пустыми! Он собрал только солому. И опять этот крестьянин стал Богу жаловаться, что урожай никуда не годный. – Но ведь ты же заказывал погоду по своему желанию, – ответил Творец. – Я посылал по очереди то дождь, то солнце, – стал объяснять крестьянин. – Я сделал все как надо. Не могу понять, почему же колос пустой? – А про ветер-то ты забыл! Поэтому ничего и не получилось. Ветер нужен для того, чтобы переносить пыльцу с одного колоска на другой. Тогда зерно оплодотворяется и получается хороший полный колос, а без этого урожая не будет. Крестьянину стало стыдно, и он подумал: «Лучше пусть Господь сам управляет погодой. Мы только все перепутаем в природе нашей «мудростью».
Однажды старец и его ученик вошли в ворота большого города, чтобы рассказать о христианской вере. Один христианин, житель этого города, подошел к нему и сказал: – Отче, вряд ли нужны жителям этого города твои проповеди. Жители эти тяжелы сердцем и сопротивляются слову истины. Они совсем не хотят учиться. Не трать свое время на них. Старец посмотрел на него и сказал: – Ты прав. Несколько минут спустя подошел к старцу другой христианин и сказал: – Отче, не сомневайся: ты будешь радушно принят в этом прекрасном городе. Люди ждут тебя и надеются услышать драгоценные слова Евангельского учения, исходящие из твоих уст. Они истосковались по знанию и готовы к служению. Их сердца и умы открыты для тебя. Старец посмотрел на него и сказал: – Ты прав. Ученик не выдержал и спросил старца: – Отче, объясни мне, как ты и одному и другому сказал одни и те же слова, хотя говорили они тебе совершенно противоположные вещи. Старец сказал ученику: – Ты прав. Но ты наверняка заметил, что оба человека изрекали истину, соответствующую их пониманию мира. Первый во всем видит только плохое, второй ищет хорошее. Оба воспринимают мир таким, каким они ожидают его увидеть. Каждый из них исходит из своего опыта понимания этого мира. Ни один из них не солгал. Они оба сказали правду. Только не всю.
Однажды старец и его ученик вошли в ворота большого города, чтобы рассказать о христианской вере. Один христианин, житель этого города, подошел к нему и сказал: – Отче, вряд ли нужны жителям этого города твои проповеди. Жители эти тяжелы сердцем и сопротивляются слову истины. Они совсем не хотят учиться. Не трать свое время на них. Старец посмотрел на него и сказал: – Ты прав. Несколько минут спустя подошел к старцу другой христианин и сказал: – Отче, не сомневайся: ты будешь радушно принят в этом прекрасном городе. Люди ждут тебя и надеются услышать драгоценные слова Евангельского учения, исходящие из твоих уст. Они истосковались по знанию и готовы к служению. Их сердца и умы открыты для тебя. Старец посмотрел на него и сказал: – Ты прав. Ученик не выдержал и спросил старца: – Отче, объясни мне, как ты и одному и другому сказал одни и те же слова, хотя говорили они тебе совершенно противоположные вещи. Старец сказал ученику: – Ты прав. Но ты наверняка заметил, что оба человека изрекали истину, соответствующую их пониманию мира. Первый во всем видит только плохое, второй ищет хорошее. Оба воспринимают мир таким, каким они ожидают его увидеть. Каждый из них исходит из своего опыта понимания этого мира. Ни один из них не солгал. Они оба сказали правду. Только не всю.
К Богу явился мужчина и заявил о своей скуке. Бог задумался: «Из чего сделать женщину, если весь материал ушел на мужчину?» Но, не желая отказывать в просьбе мужчине, после долгого раздумья Бог стал создавать женщину. Ему понадобилось несколько ярких лучей солнца, все чарующие краски зари, задумчивая грусть луны, красота лебедя, игривость котенка, грациозность стрекозы, ласковое тепло меха, притягательная сила магнита. Когда он все это собрал воедино, получилось неправдоподобно идеальное создание, не приспособленное к жизни на Земле. Для предупреждения приторности добавил холодное мерцание звезд, непостоянство ветра, слезоточивость облаков, хитрость лисы, назойливость мухи, алчность акулы, ревность тигрицы, мстительность осы, кровожадность пиявки, дурман опиума и вдул в нее жизнь. В результате появилась настоящая женщина. Бог подарил эту женщину мужчине, сказав при этом: – Бери ее такой, какая она получилась, и не пытайся переделывать.
К Богу явился мужчина и заявил о своей скуке. Бог задумался: «Из чего сделать женщину, если весь материал ушел на мужчину?» Но, не желая отказывать в просьбе мужчине, после долгого раздумья Бог стал создавать женщину. Ему понадобилось несколько ярких лучей солнца, все чарующие краски зари, задумчивая грусть луны, красота лебедя, игривость котенка, грациозность стрекозы, ласковое тепло меха, притягательная сила магнита. Когда он все это собрал воедино, получилось неправдоподобно идеальное создание, не приспособленное к жизни на Земле. Для предупреждения приторности добавил холодное мерцание звезд, непостоянство ветра, слезоточивость облаков, хитрость лисы, назойливость мухи, алчность акулы, ревность тигрицы, мстительность осы, кровожадность пиявки, дурман опиума и вдул в нее жизнь. В результате появилась настоящая женщина. Бог подарил эту женщину мужчине, сказав при этом: – Бери ее такой, какая она получилась, и не пытайся переделывать.
– Я беден и слаб, – сказал как-то учитель своим ученикам, – но вы молоды. Я учу вас, и ваш долг – найти деньги, на которые мог бы жить ваш старый учитель. – Что делать нам? – спросили ученики. – Ведь жители этого города очень скупы, и напрасно будет просить у них помощи! – Дети мои, – сказал учитель, – есть способ добыть деньги без лишних просьб, просто взяв их. Не будет для нас грехом украсть, ибо мы заслуживаем денег больше других. Но, увы, я слишком стар и слаб, чтобы стать вором! – Мы молоды, – ответили ученики, – мы справимся! Нет ничего, что бы мы ни совершили ради тебя, учитель! Скажи же, как нам поступать, а мы будем повиноваться тебе. – Вы сильны, – ответил учитель, – для вас ничего не стоит отнять кошель у богатея. Поступите так: выберите укромное место, где вас никто не увидит, потом схватите прохожего и отберите деньги, но не причиняйте ему вреда. – Отправимся прямо сейчас! – загалдели ученики. Только один из них, опустив глаза, хранил молчание. Учитель взглянул на юношу и сказал: – Другие мои ученики исполнены отваги и горят желанием помочь, а тебе нипочем страдания учителя. – Прости, учитель! – ответил юноша. – Но твое предложение невыполнимо! Вот причина моего молчания. – Почему невыполнимо? – Да ведь нет такого места, где никто не увидит, – ответил ученик. – Даже когда я совсем один, я сам вижу. Да я лучше с нищенской сумой пойду подаяние просить, чем позволю самому себе увидеть себя крадущим. От этих слов лицо учителя просияло, и он обнял своего ученика. – Счастлив я, – сказал старик, – если среди моих учеников хотя бы один понял слова мои! Остальные ученики увидели, что мастер испытывал их, и от стыда склонили свои головы. С того дня, когда бы ни пришла им на ум недостойная мысль, они вспоминали слова своего товарища: «Я сам вижу». Так все они достигли величия и жили счастливо.
– Я беден и слаб, – сказал как-то учитель своим ученикам, – но вы молоды. Я учу вас, и ваш долг – найти деньги, на которые мог бы жить ваш старый учитель. – Что делать нам? – спросили ученики. – Ведь жители этого города очень скупы, и напрасно будет просить у них помощи! – Дети мои, – сказал учитель, – есть способ добыть деньги без лишних просьб, просто взяв их. Не будет для нас грехом украсть, ибо мы заслуживаем денег больше других. Но, увы, я слишком стар и слаб, чтобы стать вором! – Мы молоды, – ответили ученики, – мы справимся! Нет ничего, что бы мы ни совершили ради тебя, учитель! Скажи же, как нам поступать, а мы будем повиноваться тебе. – Вы сильны, – ответил учитель, – для вас ничего не стоит отнять кошель у богатея. Поступите так: выберите укромное место, где вас никто не увидит, потом схватите прохожего и отберите деньги, но не причиняйте ему вреда. – Отправимся прямо сейчас! – загалдели ученики. Только один из них, опустив глаза, хранил молчание. Учитель взглянул на юношу и сказал: – Другие мои ученики исполнены отваги и горят желанием помочь, а тебе нипочем страдания учителя. – Прости, учитель! – ответил юноша. – Но твое предложение невыполнимо! Вот причина моего молчания. – Почему невыполнимо? – Да ведь нет такого места, где никто не увидит, – ответил ученик. – Даже когда я совсем один, я сам вижу. Да я лучше с нищенской сумой пойду подаяние просить, чем позволю самому себе увидеть себя крадущим. От этих слов лицо учителя просияло, и он обнял своего ученика. – Счастлив я, – сказал старик, – если среди моих учеников хотя бы один понял слова мои! Остальные ученики увидели, что мастер испытывал их, и от стыда склонили свои головы. С того дня, когда бы ни пришла им на ум недостойная мысль, они вспоминали слова своего товарища: «Я сам вижу». Так все они достигли величия и жили счастливо.
Один человек пришёл в парикмахерскую, чтобы его, как обычно, подстригли и побрили. Он разговорился с парикмахером, который его обслуживал. Говорили о разном, и вдруг разговор зашёл о Боге. Парикмахер сказал: «Что бы вы мне ни говорили, а я не верю, что Бог есть…» Почему? — спросил клиент — Ну ведь это ж и так ясно. Достаточно выйти на улицу, чтобы убедиться, что Бога нет. Если Бог существует, откуда столько больных людей? Откуда беспризорные дети? Если бы он действительно существовал, не было бы ни страданий, ни боли. Трудно представить себе любящего Бога, который допускает всё это. Клиент на мгновение задумался, но решил промолчать, чтобы не вступать в спор. Когда парикмахер закончил свою работу, клиент ушёл. Выйдя из парикмахерской, он увидел на улице заросшего и небритого человека (казалось, что тот не стригся целую вечность, настолько неряшливо он выглядел). Тогда клиент вернулся в парикмахерскую и сказал парикмахеру: " Знаете, что я вам скажу? Парикмахеров не существуе!» — Как это так? — удивился парикмахер. — А я разве не в счёт? Я же парикмахер! — Нет! — воскликнул клиент. — Их не существует, иначе не было бы заросших и небритых людей, как вон тот человек, который идёт по улице. — Но дело же не в парикмахерах. Просто люди сами ко мне не приходят! — В том — то и дело! — подтвердил клиент. — И я о том же: Бог есть! Просто люди не ищут его и не приходят к нему. Вот почему в мире так много боли и страданий…
Один человек пришёл в парикмахерскую, чтобы его, как обычно, подстригли и побрили. Он разговорился с парикмахером, который его обслуживал. Говорили о разном, и вдруг разговор зашёл о Боге. Парикмахер сказал: «Что бы вы мне ни говорили, а я не верю, что Бог есть…» Почему? — спросил клиент — Ну ведь это ж и так ясно. Достаточно выйти на улицу, чтобы убедиться, что Бога нет. Если Бог существует, откуда столько больных людей? Откуда беспризорные дети? Если бы он действительно существовал, не было бы ни страданий, ни боли. Трудно представить себе любящего Бога, который допускает всё это. Клиент на мгновение задумался, но решил промолчать, чтобы не вступать в спор. Когда парикмахер закончил свою работу, клиент ушёл. Выйдя из парикмахерской, он увидел на улице заросшего и небритого человека (казалось, что тот не стригся целую вечность, настолько неряшливо он выглядел). Тогда клиент вернулся в парикмахерскую и сказал парикмахеру: " Знаете, что я вам скажу? Парикмахеров не существуе!» — Как это так? — удивился парикмахер. — А я разве не в счёт? Я же парикмахер! — Нет! — воскликнул клиент. — Их не существует, иначе не было бы заросших и небритых людей, как вон тот человек, который идёт по улице. — Но дело же не в парикмахерах. Просто люди сами ко мне не приходят! — В том — то и дело! — подтвердил клиент. — И я о том же: Бог есть! Просто люди не ищут его и не приходят к нему. Вот почему в мире так много боли и страданий…
Однажды скорпион уговорил черепаху перевезти его на другой берег реки. Скорпион сидел спокойно всю дорогу, но перед самым берегом все-таки взял и ужалил черепаху. Она возмутилась: – В моей природе помогать другим. Я помогла тебе. Как же ты мог ужалить меня?! – Друг мой, – отвечал скорпион, твоя природа – помогать, а моя – жалить. Так что же, свою природу ты превратишь теперь в добродетель, а мою назовешь подлостью?
Однажды скорпион уговорил черепаху перевезти его на другой берег реки. Скорпион сидел спокойно всю дорогу, но перед самым берегом все-таки взял и ужалил черепаху. Она возмутилась: – В моей природе помогать другим. Я помогла тебе. Как же ты мог ужалить меня?! – Друг мой, – отвечал скорпион, твоя природа – помогать, а моя – жалить. Так что же, свою природу ты превратишь теперь в добродетель, а мою назовешь подлостью?