109 цитат из книги «Оскар Уайльд. Портрет Дориана Грея» — читать онлайн

Ниже 109 цитат из книги «Оскар Уайльд. Портрет Дориана Грея»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Для меня красота — чудо из чудес.

   Для меня красота — чудо из чудес.
2. «

   Любить — это значит превосходить себя.

   Любить — это значит превосходить себя.

   — Сибила Вэйн · книга
3. «

   Лучше обожать, чем быть предметом обожания. Терпеть чьё-то обожание — это скучно и тягостно.

   Лучше обожать, чем быть предметом обожания. Терпеть чьё-то обожание — это скучно и тягостно.

   — Лорд Генри Уоттон · книга
4. «

   Мы живем в такое время, когда абсолютно бесполезные вещи являются единственно необходимыми.

   Мы живем в такое время, когда абсолютно бесполезные вещи являются единственно необходимыми.
5. «

   Эта была исповедь. И после неё я словно чего-то лишился. Никогда не следует выражать свои чувства словами.

   Эта была исповедь. И после неё я словно чего-то лишился. Никогда не следует выражать свои чувства словами.

   — Бэзил Холлуорд · книга
6. «

   Ему были близки и понятны все те странные и страшные образы, что прошли на арене мира и сделали грех столь соблазнительным, зло — столь утонченным.

   Ему были близки и понятны все те странные и страшные образы, что прошли на арене мира и сделали грех столь соблазнительным, зло — столь утонченным.
7. «

   Удовольствие можно находить во всём, что входит в привычку.

   Удовольствие можно находить во всём, что входит в привычку.

   — Лорд Генри Уоттон · книга
8. «

   Собственнический инстинкт — вот что такое ревность. Мы многое бы выбрасывали, если бы не боялись, что выброшенное тут же подберут другие.

   Собственнический инстинкт — вот что такое ревность. Мы многое бы выбрасывали, если бы не боялись, что выброшенное тут же подберут другие.
9. «

   Нужно зависеть только от себя самого. Люди свободны, и привязанность — это глупость, это жажда боли.

   Нужно зависеть только от себя самого. Люди свободны, и привязанность — это глупость, это жажда боли.
10. «

    — Нынешние молодые люди воображают, что деньги это всё. — … А с годами они в этом убеждаются.

    — Нынешние молодые люди воображают, что деньги это всё. — … А с годами они в этом убеждаются.

    — Лорд Генри Уоттон · книга
11. «

    Смерти я не боюсь — страшно только её приближение.

    Смерти я не боюсь — страшно только её приближение.

    — Дориан Грей · книга
12. «

    Люди меня интересуют больше, чем их принципы, а интереснее всего – люди без принципов.

    Люди меня интересуют больше, чем их принципы, а интереснее всего – люди без принципов.

    — Лорд Генри Уоттон · книга
13. «

    Жаль <...>, что так часто человеку за одну единственную ошибку приходится расплачиваться без конца. В своих расчётах с человеком Судьба никогда не считает его долг погашенным.

    Жаль <...>, что так часто человеку за одну единственную ошибку приходится расплачиваться без конца. В своих расчётах с человеком Судьба никогда не считает его долг погашенным.
14. «

    В чужих драмах есть что-то безмерно жалкое.

    В чужих драмах есть что-то безмерно жалкое.
15. «

    «Всегда»!... Какое ужасное слово! Я содрогаюсь, когда слышу его. Его особенно любят женщины. Они портят всякий роман, стремясь, чтобы он длился вечно. Притом «всегда» – это пустое слово. Между капризом и «вечной любовью» разница только та, что каприз длится несколько дольше.

    «Всегда»!... Какое ужасное слово! Я содрогаюсь, когда слышу его. Его особенно любят женщины. Они портят всякий роман, стремясь, чтобы он длился вечно. Притом «всегда» – это пустое слово. Между капризом и «вечной любовью» разница только та, что каприз длится несколько дольше.

    — Лорд Генри Уоттон · книга
16. «

    Именно те страсти, природу которых мы неверно понимаем, сильнее всего властвуют над нами. А слабее всего бывают чувства, происхождение которых нам понятно. И часто человек воображает, будто он производит опыт над другими, тогда как в действительности производит опыт над самим собой.

    Именно те страсти, природу которых мы неверно понимаем, сильнее всего властвуют над нами. А слабее всего бывают чувства, происхождение которых нам понятно. И часто человек воображает, будто он производит опыт над другими, тогда как в действительности производит опыт над самим собой.
17. «

    То, что было хорошо для наших родителей, для нашего поколения уже недостаточно хорошо.

    То, что было хорошо для наших родителей, для нашего поколения уже недостаточно хорошо.
18. «

    Разве притворство – такой уж великий грех? Вряд ли. Оно – только способ придать многообразие человеческой личности.

    Разве притворство – такой уж великий грех? Вряд ли. Оно – только способ придать многообразие человеческой личности.
19. «

    Он терпеть не мог, когда на него глазели, — чувство, знакомое гениям только на закате жизни, но никогда не оставляющее людей заурядных.

    Он терпеть не мог, когда на него глазели, — чувство, знакомое гениям только на закате жизни, но никогда не оставляющее людей заурядных.
20. «

    Если верить психологам, бывают моменты, когда жажда греха (или того, что люди называют грехом) так овладевает человеком, что каждым фибром его тела, каждой клеточкой его мозга движут опасные инстинкты. В такие моменты люди теряют свободу воли. Как автоматы, идут они навстречу своей гибели. У них уже нет иного выхода, сознание их — либо молчит, — либо своим вмешательством только делает бунт заманчивее. Ведь теологи не устают твердить нам, что самый страшный из грехов — это грех непослушания. Великий дух, предтеча зла, был изгнан с небес именно за мятеж.

    Если верить психологам, бывают моменты, когда жажда греха (или того, что люди называют грехом) так овладевает человеком, что каждым фибром его тела, каждой клеточкой его мозга движут опасные инстинкты. В такие моменты люди теряют свободу воли. Как автоматы, идут они навстречу своей гибели. У них уже нет иного выхода, сознание их — либо молчит, — либо своим вмешательством только делает бунт заманчивее. Ведь теологи не устают твердить нам, что самый страшный из грехов — это грех непослушания. Великий дух, предтеча зла, был изгнан с небес именно за мятеж.