367 цитат из книги «Оскар Уайльд. Портрет Дориана Грея» для вдохновения

Ниже 367 цитат из книги «Оскар Уайльд. Портрет Дориана Грея»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Человек не может брать на себя миссию возмездия.

   Человек не может брать на себя миссию возмездия.

   — Дориан Грей · книга
2. «

   Ничто так не льстит женскому тщеславию как репутация грешницы.

   Ничто так не льстит женскому тщеславию как репутация грешницы.

   — Лорд Генри Уоттон · книга
3. «

   Все туалеты этой странной женщины имели такой вид, как будто они были задуманы в припадке безумия и надеты в бурю.

   Все туалеты этой странной женщины имели такой вид, как будто они были задуманы в припадке безумия и надеты в бурю.
4. «

   Если нельзя себе что-то простить, можно об этом забыть.

   Если нельзя себе что-то простить, можно об этом забыть.
5. «

   Женщина вступает в новый брак, только если не выносила своего предыдущего мужа. Мужчина женится снова, только если обожал первую жену. Женщины пытают счастье, мужчины им рисуют.

   Женщина вступает в новый брак, только если не выносила своего предыдущего мужа. Мужчина женится снова, только если обожал первую жену. Женщины пытают счастье, мужчины им рисуют.

   — Лорд Генри Уоттон · книга
6. «

   Частенько подлинные трагедии в жизни принимают такую неэстетическую форму, что оскорбляют нас своим грубым неистовством, крайней нелогичностью и бессмысленностью, полным отсутствием изящества. Они нам претят, как все вульгарное. Мы чуем в них одну лишь грубую животную силу и восстаем против неё. Но случается, что мы в жизни наталкиваемся на драму, в которой есть элементы художественной красоты. Если красота эта — подлинная, то драматизм события нас захватывает. И мы неожиданно замечаем, что мы уже более не действующие лица, а только зрители этой трагедии. Или, вернее, то и другое вместе. Мы наблюдаем самих себя, и самая необычайность такого зрелища нас увлекает.

   Частенько подлинные трагедии в жизни принимают такую неэстетическую форму, что оскорбляют нас своим грубым неистовством, крайней нелогичностью и бессмысленностью, полным отсутствием изящества. Они нам претят, как все вульгарное. Мы чуем в них одну лишь грубую животную силу и восстаем против неё. Но случается, что мы в жизни наталкиваемся на драму, в которой есть элементы художественной красоты. Если красота эта — подлинная, то драматизм события нас захватывает. И мы неожиданно замечаем, что мы уже более не действующие лица, а только зрители этой трагедии. Или, вернее, то и другое вместе. Мы наблюдаем самих себя, и самая необычайность такого зрелища нас увлекает.

   — Лорд Генри Уоттон · книга
7. «

   В наш век ничего серьезного не происходит. Во всяком случае, не должно происходить.

   В наш век ничего серьезного не происходит. Во всяком случае, не должно происходить.

   — Дориан Грей · книга
8. «

   У жизни маки для нас всегда наготове.

   У жизни маки для нас всегда наготове.

   — Лорд Генри Уоттон · книга
9. «

   Ты любишь всех, а любить всех – значит не любить никого. Тебе все одинаково безразличны.

   Ты любишь всех, а любить всех – значит не любить никого. Тебе все одинаково безразличны.

   — Бэзил Холлуорд · книга
10. «

    Достаточно обладать яркой индивидуальностью и толикой ума, чтобы твоё имя трепал любой.

    Достаточно обладать яркой индивидуальностью и толикой ума, чтобы твоё имя трепал любой.

    — Дориан Грей · книга
11. «

    Утешение в искусстве.

    Утешение в искусстве.

    — Дориан Грей · книга
12. «

    Эта женщина и в старости сохранила следы изумительного своего безобразия.

    Эта женщина и в старости сохранила следы изумительного своего безобразия.
13. «

    Даже самая заурядная вещь становится восхительной, стоит только начать её скрывать.

    Даже самая заурядная вещь становится восхительной, стоит только начать её скрывать.

    — Бэзил Холлуорд · книга
14. «

    Почему я страдаю не так сильно, как хотел бы? Неужели у меня нет сердца?

    Почему я страдаю не так сильно, как хотел бы? Неужели у меня нет сердца?

    — Дориан Грей · книга
15. «

    А улыбался он потому, что молодость весела без причин, — в этом ее главное очарование.

    А улыбался он потому, что молодость весела без причин, — в этом ее главное очарование.
16. «

    Я могла изображать на сцене любовь, которой не знала, но не могу делать это теперь, когда любовь сжигает меня, как огонь.

    Я могла изображать на сцене любовь, которой не знала, но не могу делать это теперь, когда любовь сжигает меня, как огонь.

    — Сибила Вэйн · книга
17. «

    Хотел бы я, чтобы вы питали ко мне хоть тысячную долю того сострадания, какое я питаю к вам.

    Хотел бы я, чтобы вы питали ко мне хоть тысячную долю того сострадания, какое я питаю к вам.

    — Дориан Грей · книга
18. «

    Я пришел к выводу, что в основном женщины делятся на две категории: ненакрашенные и накрашенные. Первые нам очень полезны. Если хотите приобрести репутацию почтенного человека, вам стоит только пригласить такую женщину поужинать с вами. Женщины второй категории очаровательны. Но они совершают одну ошибку: красятся лишь для того, чтобы казаться моложе.

    Я пришел к выводу, что в основном женщины делятся на две категории: ненакрашенные и накрашенные. Первые нам очень полезны. Если хотите приобрести репутацию почтенного человека, вам стоит только пригласить такую женщину поужинать с вами. Женщины второй категории очаровательны. Но они совершают одну ошибку: красятся лишь для того, чтобы казаться моложе.

    — Лорд Генри Уоттон · книга
19. «

    Гедонизм научит людей во всей полноте переживать каждое мгновение жизни, ибо и сама жизнь – лишь преходящее мгновение.

    Гедонизм научит людей во всей полноте переживать каждое мгновение жизни, ибо и сама жизнь – лишь преходящее мгновение.

    — Лорд Генри Уоттон · книга
20. «

    Жизнь ничего не утаила от вас. И все в ней вы воспринимали как музыку, поэтому она вас не испортила.

    Жизнь ничего не утаила от вас. И все в ней вы воспринимали как музыку, поэтому она вас не испортила.

    — Лорд Генри Уоттон · книга