31 цитата из книги «Панас Мирный. Гулящая» — коротко и по делу

Ниже 31 цитата из книги «Панас Мирный. Гулящая»: короткие фразы для статуса и развёрнутые — для размышлений.

1. «

   Когда настало другое время, надо и самому не отстать от века, не топтаться на месте. Кто не идет вперед, невольно отстает. Ну а тому, что умерло, что обречено на гибель, я поклоняться не буду. Надо идти вперед, а не пятиться.

   Когда настало другое время, надо и самому не отстать от века, не топтаться на месте. Кто не идет вперед, невольно отстает. Ну а тому, что умерло, что обречено на гибель, я поклоняться не буду. Надо идти вперед, а не пятиться.

   — Лошаков · книга
2. «

   Тяжелая, саднящая тоска сдавила ее сердце, гнетущие мысли заполнили голову. Картины ее долгой жизни промелькнули перед глазами. Где ее радости, веселье? День-деньской работа, хлопоты, ни погулять, ни отдохнуть. А нужда какая была, такая и есть, с детства привязалась и не отвяжется.

   Тяжелая, саднящая тоска сдавила ее сердце, гнетущие мысли заполнили голову. Картины ее долгой жизни промелькнули перед глазами. Где ее радости, веселье? День-деньской работа, хлопоты, ни погулять, ни отдохнуть. А нужда какая была, такая и есть, с детства привязалась и не отвяжется.
3. «

   Месяц совсем спустился к горизонту и лежал над землею, точно каравай, из ярко-серебристого он стал мутно-багровым, на небе мигали потускневшие звезды, да земля светилась своим белоснежным покровом.

   Месяц совсем спустился к горизонту и лежал над землею, точно каравай, из ярко-серебристого он стал мутно-багровым, на небе мигали потускневшие звезды, да земля светилась своим белоснежным покровом.
4. «

   Его лицо, фигура, походка говорили, что это человек сильный, решительный: ничто его не испугает, ни перед чем не отступит в достижении своих целей.

   Его лицо, фигура, походка говорили, что это человек сильный, решительный: ничто его не испугает, ни перед чем не отступит в достижении своих целей.
5. «

   Берегись, Христя! Если тебе кто-нибудь приглянется, отвернись от него скорей; если шевельнется любовь в твоем сердце, задуши ее, пока не поздно, не давай ей воли! Никому не пожелаю мучиться так, как я мучаюсь.

   Берегись, Христя! Если тебе кто-нибудь приглянется, отвернись от него скорей; если шевельнется любовь в твоем сердце, задуши ее, пока не поздно, не давай ей воли! Никому не пожелаю мучиться так, как я мучаюсь.

   — Марья · книга
6. «

   Солнце, вынырнув из облаков, закрывавших его почти всю неделю, осветило город. Кругом громоздились тучи, синие, как печенка или запекшаяся кровь, словно они сердились, что кто-то освободил из их плена огненный диск, который теперь спокойно катился к горизонту, собираясь на покой.

   Солнце, вынырнув из облаков, закрывавших его почти всю неделю, осветило город. Кругом громоздились тучи, синие, как печенка или запекшаяся кровь, словно они сердились, что кто-то освободил из их плена огненный диск, который теперь спокойно катился к горизонту, собираясь на покой.
7. «

   Миновало теплое лето с его солнечными, ясными днями; пришла осень, ненастная, с густыми туманами и темными, непроглядными ночами. Настанет день — оглянуться не успеешь, а он уж на исходе, а ночь длинная-предлинная.

   Миновало теплое лето с его солнечными, ясными днями; пришла осень, ненастная, с густыми туманами и темными, непроглядными ночами. Настанет день — оглянуться не успеешь, а он уж на исходе, а ночь длинная-предлинная.
8. «

   Молодежь всегда любит свободу, приносит в жизнь новые думы и мечты, лелеет иные надежды — весну свою справляет.

   Молодежь всегда любит свободу, приносит в жизнь новые думы и мечты, лелеет иные надежды — весну свою справляет.
9. «

   Грыць помирился со своей долей. Одним он поддакивал, с другими отмалчивался, с молодыми посмеивался над стариками, со старыми помалкивал. Все это шло ему на пользу: молодые считали его своим приверженцем, а старые не трогали смирного и почтительного юношу. В враждующих лагерях такие люди всегда встречаются; они служат тем и другим и обманывают обоих.

   Грыць помирился со своей долей. Одним он поддакивал, с другими отмалчивался, с молодыми посмеивался над стариками, со старыми помалкивал. Все это шло ему на пользу: молодые считали его своим приверженцем, а старые не трогали смирного и почтительного юношу. В враждующих лагерях такие люди всегда встречаются; они служат тем и другим и обманывают обоих.
10. «

    Ночь ясная, морозная. Лунный серп высоко плывет в чистом небе, сверкает; вокруг него столпились звезды, как рой около матки, как маленькие пряники вокруг доброго каравая хлеба, — так они блестят и маячат на небе; а он так радостно светит на весь мир, выстилает светлой пеленой заснеженную землю.

    Ночь ясная, морозная. Лунный серп высоко плывет в чистом небе, сверкает; вокруг него столпились звезды, как рой около матки, как маленькие пряники вокруг доброго каравая хлеба, — так они блестят и маячат на небе; а он так радостно светит на весь мир, выстилает светлой пеленой заснеженную землю.
11. «

    Христя молода, жизнь ей кажется прекрасной... Когда-то и она была такой. А теперь... То, что раньше улыбалось ей, теперь — кривится, насмехается; то, что радовало сердце, нынче гнетет ее.

    Христя молода, жизнь ей кажется прекрасной... Когда-то и она была такой. А теперь... То, что раньше улыбалось ей, теперь — кривится, насмехается; то, что радовало сердце, нынче гнетет ее.

    — Марья · книга
12. «

    И казалось ей, что жизнь с незапамятных времен была бесконечной цепью горестей и утрат сотен тысяч людей, обойденных судьбой.

    И казалось ей, что жизнь с незапамятных времен была бесконечной цепью горестей и утрат сотен тысяч людей, обойденных судьбой.
13. «

    ЧуднЫе люди! А впрочем, не чудные, а лукавые, подлые! Наделали разных перегородок, разделили людей; морочат голову, разбивают сердце, прячут свои мысли и стремления, не живут, а мучаются, седеют, и все это называют жизнью. А попробуй им противиться, сделай что-нибудь такое, что не вяжется с их проклятыми обычаями, они сразу завопят: нельзя!

    ЧуднЫе люди! А впрочем, не чудные, а лукавые, подлые! Наделали разных перегородок, разделили людей; морочат голову, разбивают сердце, прячут свои мысли и стремления, не живут, а мучаются, седеют, и все это называют жизнью. А попробуй им противиться, сделай что-нибудь такое, что не вяжется с их проклятыми обычаями, они сразу завопят: нельзя!

    — Христя · книга
14. «

    Напрасно она ломает руки, напрасно поднимает глаза к небу: там на холодном чистом шатре только слабо мерцают звезды. Равнодушно глядят они на землю, как гаснущие искры, отражаются в снежинках, словно играют своим светом.

    Напрасно она ломает руки, напрасно поднимает глаза к небу: там на холодном чистом шатре только слабо мерцают звезды. Равнодушно глядят они на землю, как гаснущие искры, отражаются в снежинках, словно играют своим светом.
15. «

    Сидит гнида-гнидой, а небось хорошо изучил взятковедение.

    Сидит гнида-гнидой, а небось хорошо изучил взятковедение.

    — Колесник · книга
16. «

    — Неужели вы оцениваете людей по их достатку? — А по чему же еще?

    — Неужели вы оцениваете людей по их достатку? — А по чему же еще?

    — Проценко · книга
17. «

    — Что же он делает? — Пишет, читает. — Дурак, видно! — Само собой — дурак! Молодому человеку погулять, поиграть, а он сиднем сидит в комнате. Молодому человеку все нужно знать, все видеть — да!

    — Что же он делает? — Пишет, читает. — Дурак, видно! — Само собой — дурак! Молодому человеку погулять, поиграть, а он сиднем сидит в комнате. Молодому человеку все нужно знать, все видеть — да!

    — Кныш · книга
18. «

    Жизнь представилась ей высокой горой, на которую она с трудом взбирается. Только она достигает вершины, как уж снова летит вниз головой.

    Жизнь представилась ей высокой горой, на которую она с трудом взбирается. Только она достигает вершины, как уж снова летит вниз головой.
19. «

    Жить каждому хочется, а ему не меньше. Да и кто он, чтобы противиться чему бы то ни было? Маленький человек. Раздавить его — раз плюнуть... Родители бедные...

    Жить каждому хочется, а ему не меньше. Да и кто он, чтобы противиться чему бы то ни было? Маленький человек. Раздавить его — раз плюнуть... Родители бедные...
20. «

    И стар и мал, и тот, и тот, кто пожил, и тот, кто только начинает жить, богатый и убогий, пышно наряженный и одетый в лохмотья — все смешались в толпе, словно равные, — ведь всем одинаково светит солнце, всех одинаково обвевает теплый ветер, всем одинаково хочется жить.

    И стар и мал, и тот, и тот, кто пожил, и тот, кто только начинает жить, богатый и убогий, пышно наряженный и одетый в лохмотья — все смешались в толпе, словно равные, — ведь всем одинаково светит солнце, всех одинаково обвевает теплый ветер, всем одинаково хочется жить.